«Большая политика topless»: между памфлетом и хроникой

Сергей Беляк – человек-оркестр: адвокат, и музыкант, и писатель, и ещё много «и». Книга «Адвокат дьяволов» осела на полках людей, которые серьёзно занимаются политикой и/или литературой. Не участвуют в политическом и литературном процессе, а именно занимаются (чувствуете разницу?). Книга попадала в лонг-лист премии «Национальный бестселлер» и собирала хорошую критику.

Фото: litres.ru

И вот вышла «Большая политика topless» – новый сборник памфлетов. И это довольно неожиданно. Все ждали мемуаров или отдельной книги об Эдуарде Лимонове (уверен, рано или поздно и такая появится), а вышла эта. Чем автора привлёк жанр памфлетов? Как он с ним работает? Об этом и поговорим.

Начнём вот с чего. В предисловии Алексей Колобродов разбирается с жанром памфлетов и объясняет, почему работа Беляка заслуживает внимания:

«… сегодня не то революции выцвели (даром, что почти все цветные), не то революционеры вымерли, а скорее потенциальные персонажи измельчали хуже всякого Каутского. И тут самое интересное в том, что Сергей Беляк, понятно, не революционер ни разу. И даже будучи большим художником – отнюдь не либерал. Парадоксально, что возрождает жанр памфлета для русской литературы если не консерватор, то убежденный адепт здравого смысла, сторонник существующего в стране порядка вещей (главное слово здесь – «порядок»)».

Сам Сергей Беляк объясняет появление книги следующим образом:

«Даже если мы чего-то хорошего и добьемся – мост, например, нужный построим, людей в космос отправим, войну выиграем или Москву из «большой деревни» превратим в лучший город планеты, – все равно сами же потом себя обосрём <…> В общем, все у нас как-то не так. А вот американцы, даже если где и опростоволосятся, себя не ругают, голову пеплом не посыпают, прощения не просят и вины своей не признают. Так же поступают испокон веков и англичане, и многократно битые русскими турки, и суровые шведы, и любознательные японцы. <…> И таких стран по всему миру много. Но себя никто из них не ругает и на посмешище перед другими не выставляет. Они ругают нас. А чего бы и не ругать нас, если мы сами себя постоянно поносим, выворачиваем прилюдно наизнанку и безжалостно сечём. Поэтому будем теперь ругать властителей других стран. Дураков, подлецов и воров везде хватает».

Но под конец всё-таки Сергей Беляк доходит и до наших политиков с их 900-ми поправками в Конституцию, зарплатами топ-менеджеров нефтяных компаний и командой Путина.

Памфлеты получаются колкими и смешными, однако персонажи такие (язык не поворачивается назвать их героями), что вкрадываются сомнения: действительно ли мы имеем дело с прозаической карикатурой, а не с хроникой вялотекущих дней, которую автор подсмотрел в замочную скважину?

Вот фигура Петра Порошенко комична сама по себе: конфетный король и хронический алкоголик, пролезший в большую политику и наворотивший там дел. Тугодум, лжец и хапуга. Или Дональд Трамп – ещё больший «король» и «хапуга», но на американский манер: гопник на мировой арене (так, кажется, покойный Эдуард Лимонов аттестовал представителей американской империи?), по-ковбойски самоуверенный, но уже страдающий старческим слабоумием. Не нужно быть физиогномистом, чтобы всё это разглядеть.

Но что делает с таким исходным материалом Сергей Беляк? Как и всякий творец (хоть с большой буквы напиши его, хоть с малой), лепит нечто на своё усмотрение из глины и вдыхает дух святой.

Начну издалека. Вы слышали двойной альбом песен на стихи Эдуарда Лимонова? Там среди звёздных музыкантов выступает и наш герой: он исполняет «Бактрию и Согдиану» («Страшно проснулся: пустая тюрьма…»), «Пулю» («Времени всё меньше…»), «Хризантему» («Подари мне хризантему…») и «Хочешь» («Хотишь куплю шампанского…»). Вот три строфы из первого лимоновского стихотворения:

Страшно проснулся: пустая тюрьма

Утром проснулся рано

А под ногами с крутого холма

…Бактрия и Согдиана

Желтые обе. Милые две

Родины у султана

Бактрия – словно бы грива на льве

Дождь золотой – Согдиана

Я не доставлю вам… я не умру

Как лепестки у фонтана

Нежно стучат о земную кору

…Бактрия …Согдиана

Лирический герой сидит в тюрьме. Он философ и «ересиарх». Ему тесно физически в этом пространстве, но метафизически он может его одолевать и преодолевать. Например, он отправляется в «путешествие» по империи Ахеменидов – в Бактрию и Согдиану. В третьей строфе «стучат о земную кору как лепестки у фонтана» два древних топонима и будят воображение лирического героя. Что делает Сергей Беляк при исполнении песни? Меняет предлог «у» на «из»: с одной стороны, так логичней (иначе как лепестки могут стучать? только вместе с брызгами вылетая из фонтана), а с другой стороны, в этом ещё больше метафизики. Ибо, как известно, человек любит смотреть, как горит огонь и как льётся вода, – и философствовать.

Одно движение, одна смена предлога – и без того парящий текст уходит в космос.

Нечто сродни происходит и с персонажами «Большой политики topless». Сначала берётся живой человек и помещается в пространство памфлета. Но самого этого действия недостаточно. Нужен ещё творец, который вдохнёт дух святой в эту куклу. И Сергей Беляк – приступает к работе.

Если исходный человеческий материал смешон в жизни, что с ним делать в пространстве текста? Деконструировать – так эта «сорокинщина» всем уже давно надоела. Гиперболизировать – так персонажи и сами с этим справляются. Придумывать – так жизнь куда изощрённей в этом деле. И Сергей Беляк делает следующий ход – даёт «кукол» во всей их бытийной простоте (с понтами, бизнесом, дорогими эскортницами и прочей прелестью) и с психологической достоверностью. Благо большую часть времени он живёт в Испании и читает европейскую прессу, поэтому с материалом знаком очень хорошо.

В самом начале книги стремление к бытийной простоте и психологической достоверности автор объясняет следующим образом:

Так чем же занят мистер Трамп, что делает? Давно мы о нем не слышали. В настоящий момент, когда я пишу эти строки (в 14:03 по московскому времени, а по вашингтонскому – в 7:03 утра) Дональд Джон, извиняюсь, писает. Да, прошу прощения за такие интимные подробности, но, увы и увы, все известные политики и даже руководители государств – президенты, премьеры, председатели и короли – писают и отправляют иные естественные потребности точно так же, как обыкновенные люди. В это, конечно, трудно поверить, и ещё труднее такое представить, но факт есть факт. А непризнание его рано или поздно приведет вас к пению хором патриотических песен и тасканию камней на прокладку дороги в светлое будущее под руководством какого-нибудь очередного гения человечества, фюрера, отца народов или покровителя».

Главное «оружие» Сергея Беляка – как ни странно, здравый смысл, о котором писал Алексей Колобродов. В нашем мире, полном натуральной человеческой беспечности, граничащей с идиотизмом, и откровенной содомии, время набирает скорость. События сменяются так быстро, что не остаётся времени для рефлексии. А сибаритствующий Сергей Беляк всматривается в большую политику и видит цирковую арену: вот старушка Тереза Мэй заявляет о русских шпионах, поселившихся на её крыше (оказалось, что это ласки – зверьки, а не то, о чём вы подумали); вот Ксавье Беттель (премьер-министр Люксембурга) берёт свою «супругу» Готье Дестне на европейскую встречу на самом высоком уровне. Правильней было бы сказать, что Мэй нуждается в помощи медиков, а слово «супруга» в сочетании с мужчиной никуда не годится, но здравый смысл заставляет применять мужские и женские роли даже к гей-парам.

Topless – если дословно, без верха. Но что значит «Большая политика topless»? Показать фрау Меркель с голой грудью? Это работка для Charlie Hebdo – фривольно, забавно и, может быть, остро, но откровенно не тот уровень. У Сергея Беляка это скорее в значении «без мозгов»» (потому иллюстрации художника Чеслава Червинского столь аккуратны, а порой и комплиментарны). И тот же писающий Трамп думает об Украине, о Петре Порошенко и Владимире Путине и о том, что необходимо разделять и властвовать. И тот же Ксавье Беттель смотрит Сашу Барона Коэна в образе Бората и собирается с официальным визитом в Казахстан. Такое, получается, не скатывающееся в пошлость, а держащее на плаву иронии смешение «чистого образа» и «нечистого».

(Представителям «новой критики», «альтернативной критики», «новой редактуры», «альтернативной редактуры» или как там они ещё называют друг дружку – стоит поучиться.)

Добивает своих персонажей Сергей Беляк с помощью точных и психологически верных деталей: Трамп меняет галстук, потому что другой политик пришёл к нему на приём в галстуке такого же цвета; чудик Борис Джонсон ходит в «вылезшей из штанов рубашке, с растрепанными волосами или в кроссовках со строгим костюмом»; Свинцово-Мраморная Леди Тереза Мэй расхаживает в леопердовых туфлях, пользующихся спросом у «****** и рублёвских жён», и в «красном костюме женщины-победительницы».

Можно было бы ещё сравнить «кукол» и «куколок» Сергея Беляка с одноимённой энтэвэшной передачей Виктора Шендеровича: и там, и там серьёзные политики в несерьёзных ситуациях. Однако в одном случае мы имеем дело с остроумцем (о, это «одесское» остроумие, разлитое по всему постсоветскому пространству!..), а в другом – с умной сатирой без всякого злорадства, потому что Старый свет и Новый свет нам дороги своей историей и культурой, которые тесно переплетены с нашими историей и культурой. Или, как выражается Сергея Беляк, потому, что «нам родина битлов дорога как память».

В общем, две большие разницы, как говорили сами знаете где.

Я бы поставил эту книгу на одну полку (или в один ряд) с «Украиной трёх революций» Аглаи Топоровой. У Сергея Беляка про мировых политиков в целом, но украинцы там занимают весомое место. У Топоровой – не памфлеты, а как раз-таки хроника распада страны, но читается всё равно уморительно и познавательно. Видимо, братья-славяне, стремящиеся в европейский союз, – сама по себе тема такая – трагикомическая.

Но эта тема порождает и любопытные лингвистические наблюдения. Спор вокруг того, как говорить «на Украине» или «в Украине», восходит к уголовным понятиям, в которых послать «на» – непростительно. А малограмотные украинские политики, прекрасно знакомые с тюремными обычаями, вдруг проецируют сленг одесского кичмана и говор деревень на язык государства и даже более – делают его оружием в политической борьбе.

Вызывает вопрос во всей «Большой политике topless» только привязанность к политическим событиям, которые дают повод для разговора. Можно было бы, наверное, просто пройтись по персоналиям, но тогда получилась бы совершенно другая книга. А в таком формате можно ожидать и вторую часть, и третью – благо циркачество и безумства ещё долго будут в повестке дня, а автору только и надо, что следить за ними да не забывать записывать. Но, думается, Сергей Беляк не станет этим заниматься. Как эксперимент «Большая политика topless» интересна, а как возможный конвейерный продукт – потеряется и превратится в условные «Письма счастья» Дмитрия Быкова.

А так – книга в какой-то мере заменяет нам колкие речи, статьи и посты Эдуарда Лимонова. Он уже больше ничего не напишет. Писать «вместо» него невозможно. Но работать в том же регистре – почему нет? Получается отлично.

Последнее, о чём надо сказать, тоже касается Одессы. Был такой писатель – Исаак Бабель, «отец» Бени Крика, автор «Конармии» и один из самых известных рассказчиков своего времени. Его звали в литературные салоны и на званые обеды, в правительственные и чекистские дома, потому что знали, что писатель обязательно что-нибудь эдакое сможет поведать. И не просто поведать, а представить в лицах, изобразить и фантастически подать. То, что мы читаем у него, имеет лишь эхо таланта профессионального рассказчика.

Так и с Сергеем Беляком: «Большая политика topless» – это сборник едкой иронии, которая на бумаге смотрится несколько иначе, нежели чем она была бы выплеснута в дружеской компании за бутылочкой-другой чего-нибудь крепкого. Но и в таком виде она заслуживает пристального внимания. Вы же хотите быть здравомыслящими? Так читайте.

Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии