«На последнем дыхании» в кино! В прокате французская классика Жан-Люка Годара

В мировом кинематографе навряд ли найдется картина, способная похвастаться таким колоссальным влиянием и авторитетом, как «На последнем дыхании». Да, был «Гражданин Кейн» Орсона Уэллса в 41-м, тоже дебют – и сразу революция, а в начале начал – великий «Броненосец «Потемкин»» Эйзенштейна 1925 года. Но это все – эпические полотна, грандиозные памятники, переворачивающие кино своей энергетикой с ног на голову.

А что такое «На последнем дыхании»?

Фото: cinetexts.ru

Малобюджетная крохотная лента, снятая ручной камерой в 1960 году французским выскочкой Жан-Люком Годаром, еще вчерашним кинокритиком из контркультурного журнала Cahiers du Cinéma. Ни исторических баталий, ни социального анализа, ни высокой метафизики – всего лишь криминальная love story. Не так уж много критериев для вечного шедевра.

Но, как ни странно, именно этому фильму суждено было разорвать традицию, взбаламутить грамматику кино и распахнуть ворота в радикальную эпоху всевозможных свобод.

Да, и такое бывает.

На экране разворачивается трагически простой сюжет: «бунтарь без причины» Мишель Пуакар (Жан-Поль Бельмондо), автомобильный вор и фанат Хамфри Богарта, во время обычной проверки документов убивает полицейского. Теперь Мишель в розыске, его лицо во всех городских газетах, но он не сильно беспокоится по этому поводу и продолжает вести привычный образ жизни – кражи, угоны, девушки. Одна из его подруг, образованная американка, журналистка Патрисия (Джин Сиберг), к которой он напрашивается домой, производит на него особое впечатление.

В отличие от стихийного и уверенного в себе Мишеля она – осторожная, холодная и сомневающаяся. Решения ей даются тяжело, она все никак не может понять, любит ли она Мишеля, может ли уехать с ним в Италию, хочет ли работать в серьезном издании, и вообще – у нее болит голова и она устала. Парочка прогуливается по летнему Парижу, с ветерком разъезжает на ворованных автомобилях и бросается цитатами из голливудских нуаров.

Конечно, чтобы говорить и писать о «На последнем дыхании», нужно иметь безмерную наглость – об этой картине сказано, пожалуй, слишком много. Стоит еще добавить пару дежурных фраз типа «кино разделилось на до и после Годара», «величайший фильм всех времен и народов» и т. д. Пусть они будут здесь для антуража.

Но самое любопытное, что это хулиганское кино с рваным монтажом, стремительным темпом и документальной стилистикой смотрится поразительно современно. Дело даже не в партизанских приемах Годара – с экрана сквозит дух времени, который невозможно поймать в конкретном кадре, лице, действии. Он словно растворяется в городском шуме, который перебивает разговоры героев, улетучивается с дымом из гротескной сигареты Мишеля, которую он не выпускает изо рта до самой смерти.

И в то же время – этот дух абсолютно противоположен сегодняшнему. Наверное, именно здесь заключена магия – в скромном обаянии эпохи, которую можно лицезреть только в кино.

Однако возникает резонный вопрос: зачем смотреть «На последнем дыхании» сегодня? Чем может быть интересен черно-белый французский фильм 1960 года для современного зрителя, выращенного в сконструированной кинематографом мифологии?

В нашем стерильном и предельно корректном тысячелетии отсутствуют герои. «Это адски негероическое время», – как замечает Андрей Аствацатуров в одном из своих интервью.

Оттого и удивительным выглядит в фильме Мишель Пуакар, блестяще сыгранный неизвестным тогда Жан-Полем Бельмондо (о котором писали, что он «гипнотически уродлив») – яркий, «неправильный», с огромным ртом и расплющенным носом, экстремально индивидуальный, воплощение подлинной, экзистенциальной свободы. На вопрос от Патрисии, что он выберет между печалью и небытием, он, естественно, выбирает небытие, в противовес автору цитаты Фолкнеру, потому что печаль – это компромисс. Такие вещи его не интересуют. Он живет на последнем дыхании, берет от жизни все, что ему вздумается, будто предчувствуя скорый конец. Бросая вызов неотвратимому року, он рассчитывает только на победу, на отстаивание себя перед судьбой. И когда Пуакар понимает, что битва проиграна – он, как достойный воин, выбирает смерть.

Есть еще одна причина для просмотра этой ленты, более приземленная, чем первая.

«На последнем дыхании» – лучший способ влюбиться в кино.

Вот так просто.

Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии