Приходили сущности, поиграли мы немножко

Любая Медея обречена на свою судьбу.

Будь то античная Медея со страниц Еврипида, дочь-волшебница колхидского царя, влюбившаяся в предводителя аргонавтов Ясона. Ни Золотое руно, украденное у отца Медеи, ни родившиеся в браке двое мальчиков не смогли скрепить узы любовников – Ясон уходил, а Медея мстила ему, убивая своих детей, и скрывалась на солнечной колеснице.

Будь то киношная Медея, сошедшая с экранов Пазолини, Триера или Зельдовича. Режиссеры интерпретируют миф по-своему, добавляя в него поэзии, пространства или мизогинии, но от злого рока не спастись – обезумевшая мать все равно становилась убийцей собственных детей, вне зависимости от смыслов и места действия.

Свою «Медею», снятую по сценарию Василия Сигарева, Игорь Волошин переносит в наше время на окраинный жилмассив Питера, рисует ее стервозной блондинкой Лизой (Ольга Симонова), разведенной с кислым мужем (Павел Деревянко). Суд постановил, в какие дни братья-близнецы (Никита и Кирилл Колпачковы) видятся с матерью, а в какой с отцом, у которого уже наклевывается новая семья. В просторной квартире, больше напоминающей удушливый лабиринт с холодным освещением, Лиза неохотно мирится с обстоятельствами, потягивает красное вино по вечерам и наслаждается днями, когда проводит их с детьми.

Иногда в Лизе вспыхивают проблески помешательства – она может благодушно скинуть с балкона кошку (этой натуралистичной сценой открывается фильм), случайно вмазать собственному ребенку, увидев в нем нелюбимого мужа. Здесь безумие уже понемногу начинает путаться с мистикой, зыбкая реальность смешивается с тревожным сном. Волошин избегает прямых фраз, предпочитая довольствоваться играми теней, символами, движением камеры – только намеками.

Неожиданно появляется какая-то бабка, именующая себя тетей Лизы, рассказывает какие-то байки про проклятье, наложенное на весь ее род, и предрекает смерть ее ребятишек, если Лиза не бросит их. После этого кошмар по-настоящему вонзается в пустыню будней – женщину начинают преследовать «сущности» (как говорила тетя), возникающие в виде монстров, волков, соседей-алкашей (Кирилл Полухин), демонических врачей (Олег Васильков), анонимных звонков на выключенный телефон с требованием вернуть ведьминский долг. Дети превращаются в помешанных на самоубийстве дьяволят, то пропадают, то снова появляются. Сюрреалистический ужас сгущается вокруг Лизы, которая бежит от своей судьбы, прячется по съемным комнатам и не хочет верить в слова загадочной бабки – сама Лиза детдомовская, никогда не знала свою мать и не любит вспоминать зверское детство, проведенное без родителей.

Игорь Волошин использует миф в игровой форме – он снимает хоррор. Его не заботит выстраивание ясной сюжетной логики и конструирование многослойной трагедии, он наблюдает за тем, как Медея органично встраивается в жанр. Фантасмагорию, местами нелепую и фальшивую, можно списать на похмельные галюны неуравновешенной женщины. Родовое проклятье, которое навлекла Лизина мать-ведьма, оборачивается всего лишь операбельной опухолью в голове. При таких условиях время из роковой необходимости становится переменной величиной – его можно повернуть вспять. Что и делает Лиза, вглядываясь в пустоту серого мегаполиса.

«Медея» может откровенно раздражать беззубыми скримерами и писклявой Ольгой Симоновой. Может смешить дикими эпизодами, где мать защищает детей от нечистой силы… иконкой. Новый фильм нахального режиссера Волошина еще и напоминает одновременно несколько известных картин. Считываются «Другие» Алехандро Аменабара, где бравая Николь Кидман оберегала своих детей-призраков от живых людей. Ассоциации возникают с чернушными лентами Василия Сигарева («Волчок», «Жить»), с мрачным выкрутасом Даррена Аронофски «мама!», скорее всего, еще с чем-нибудь, но это, в общем, неплохо. Волошин ведь не примеряет на себя роль вдохновенного философа, вещающего с кафедры, – он погружается в материю кино и позволяет себе невинное баловство, следить за которым любопытнее, чем за серьезностями самомнительных коллег. В каком еще произведении обреченная Медея может бросить вызов фатальности, хоть и без надежды на спасение?

К тому же чем больше думаешь про эту картину, про ее финал, отпирающий еще одно измерение, тем интереснее раскрывается этот уродливый цветок.

«Медея». Россия

2023

Режиссер Игорь Волошин

В ролях: Ольга Симонова, Павел Деревянко, Паулина Андреева, Кирилл Полухин, Олег Васильков и др.