Никита Третьяков: «Об этом мы узнаем в течение ближайших нескольких месяцев…»

Состоялась эпохальная встреча Владимира Путина и Дональда Трампа на Аляске. Результаты этого саммита «на поле боя» пока непонятны. В скором времени американскому президенту, очевидно, предстоит договариваться с Зеленским и лидерами европейских стран о том, каким может быть мир на Украине. А также разъяснять им, каким мир будет в принципе. Ведь историческими переговоры на Севере Штатов называют вовсе не из-за прогресса в урегулировании украинского кризиса, а из-за явно наметившейся новой главы в истории отношений России и США. О чем будет эта глава – мы обсудили с журналистом и воином СВО Никитой Третьяковым. 

Никита Третьяков / ВН

«ВН»: – Никита, какие впечатления от встречи Путина и Трампа, точнее от пресс-подхода после встречи?

– Да и от встречи, и от пресс-подхода – всё, что окружало эту встречу, конечно, представляет определенный интерес. Скажем так, с точки зрения изучения того, как работает информационная среда. И было бы хорошо, если бы мы могли отстраниться и со стороны на всё это взирать беспристрастно и хладнокровно.

Но я думаю, что большинство заинтересовано не в изучении особенностей того, как прослойка, обслуживающая властные режимы, остро реагируют на каждое мельчайшее движение, а в том, что нас всех ждет в плане нашей войны. Ну и, смотря шире, – нашего будущего. 

В этом смысле очень характерно не столько то, что произошло на встрече, сколько соотношение произошедшего на Аляске и тех новостей, которые мы получали уже на следующий день с утра. Как мы все видели, речи президентов после встречи были достаточно нейтрально-дружелюбны, как и принято после подобных встреч. 

Естественно, сразу после встречи обычно никто не говорит о том, что «встреча прошла плохо, и ничего не получилось». И вот были сказаны все приличные слова, но не было озвучено никаких конкретных результатов. Что само по себе всегда может значить только две вещи – либо результатов нет, либо результаты есть, но «мы вам о них не скажем». 

В субботу с утра уже анонсирована и поездка Зеленского в понедельник в Вашингтон, и начинают какие-то появляются данные о готовящейся трехсторонней встрече – России, США и Украины, пока непонятно с кем в главной роли. Судя по всему этому, эффект какой-то от встречи есть. Какие-то предварительные решения приняты, какой-то план действий намечен.

Но, как это совершенно ожидаемо в текущей властной конъюнктуре, нам с вами, народу, знать об этом не дозволено. Наша роль в глазах властей предержащих заключается в том, чтобы взирать с обожанием наверх и с радостью принимать любые принятые решения. На мой взгляд, это очень прискорбно, но такова логика сегодняшнего момента.  

Никита Третьяков

«ВН»: – Вы как участник СВО можете сказать, как воспринимают эти новости наши люди на фронте?

– Конечно, наиболее трудное положение в этом смысле у всех военнослужащих, которые сейчас находятся на передовых позициях, которые отправятся на боевые задачи в ближайшие дни. Или сегодня отправляются. 

Потому что если какой-то трек к реальному завершению войны уже избран, но пока еще не спущен в качестве распоряжения в действующую армию, то все эти боевые задачи от пятничного разговора президентов и до реального завершения войны как бы становятся менее осмысленными. То есть те жертвы, которые будут принесены, будут особенно тяжелы. Если эта договоренность есть, и если всё пойдет, как там договорились. 

Никита Третьяков

«ВН»: – Мы слышим риторику украинской стороны. Там как будто вообще нет никакого стремления к миру. А как вы думаете, Зеленский не боится того, что у него могут начаться какие-то протесты из-за его нежелания мира?

– Нет, я думаю, что этого он не боится. Я думаю, что режиму Зеленского стоит опасаться исключительно гнева своих спонсоров и покровителей. Режим Зеленского – это режим, поддерживаемый искусственно. Не одобрением своего народа, а огромным количеством внешней поддержки.

Если эта внешняя поддержка иссякнет, тогда с этим режим может произойти всё что угодно. И в связи с масштабными народными выступлениями – и без них, просто из-за внутриэлитной внутривидовой борьбы. 

Но суть не в этом. Суть в том, что в реальности США имеют все средства и все силы, чтобы эту войну остановить, просто перестав поддерживать режим Зеленского. А еще быстрее – оказав на него определенное давление. 

США. Нью-Йорк. Кандидат в президенты США Дональд Трамп (справа) и президент Украины Владимир Зеленский (слева) во время встречи. Фото: AP/TASS

У них эта возможность была всегда. И вопрос заключается только в том, было ли достигнуто в реальности какое-то соглашение о том, что они эти действия предпримут. И что именно было обещано им взамен…

Этого мы не знаем. Часть этих договоренностей, возможно, мы никогда не узнаем. А то, что необходимо будет сделать публично, будет невозможно скрыть, и об этом мы узнаем в течение ближайших нескольких месяцев, скорее всего.

Либо же, как уже было неоднократно, все начинающиеся подготовительные договоренности будут сорваны, переиначены. Потому что мы помним, что есть огромное количество акторов, которые заинтересованы в продолжении и затягивании войны до бесконечности. 

Президент Франции Эмманюэль Макрон. Фото: AP/TASS

«ВН»: – Все эти переговоры проходят на фоне успехов российской армии на поле боя. Вы как участник СВО можете сказать, что происходит на фронте? Близится ли дело к прорыву фронта? 

– Мой хороший товарищ, опытный военный журналист, когда мы работали в 2022 году с ним в Донецке и освещали начало специальной военной операции, первый ее этап, очень правильно сказал мне, что чтобы быть военным аналитиком, нужно быть не на фронте, а где-нибудь поближе к штабам, в Москве, куда стекается информация, иметь источники реальной информации и так далее.

Спрашивать фронтовика за весь фронт – не вполне корректно. Из моего окопа я не вижу близости крушения ВСУ. Из моего окопа я не вижу перерастания наших тактических успехов в оперативные, а тем более в стратегические.

Но то, что я его не вижу из своего окопа (окопа фигурального, я сейчас, естественно, нахожусь не на позициях), совершенно не значит, что этого нет. Но и не значит, что это есть. Я просто должен констатировать, что я не нахожусь в той позиции, в которой я обладаю достаточной информацией.

Никита Третьяков / ВН

«ВН»: – Сможет ли Европа бесконечно «продлевать» Зеленского на войну?

– Я бы сказал, тут не о Европе речь. Речь идет о том, насколько в реальности власть президентов (глав государств и, в частности, Трампа) действительно распространяется на все аспекты влияния. Даже если предположить, что Трамп искренен в своем желании по тем или иным причинам завершить войну, огромное количество сил (и не только в Европе, но и в США) совершенно очевидно заинтересовано в том, чтобы это всё продолжалось.

И даже решение на самом высшем уровне может быть саботировано. Мы это не раз видели за прошедшие три года войны и до этого.

И в американской конъюнктуре, и в нашей конъюнктуре такое бывало не раз. И это совершенно не является чем-то из ряда вон выходящим. Поэтому даже если мы правы в своем предположении, что какие-то пути намечены и какие-то решения согласованы предварительно, это совершенно не значит, что они будут реализованы.

Д. Трамп и В. Путин. Фото: Валерий Шарифулин/ТАСС

Потому что суммарные сила и влияние тех, кто хочет эту войну продолжать, грандиозны – со всех сторон.