Вадим Левенталь: КУЛЬТУРА И ИНСТИТУТЫ

2 недели назад

Эксперты вот говорят, что наши очевидные для всех проблемы (скажем аккуратно) на фронте, равно как и проблемы с материально-техническим обеспечением армии – следствие ошибок, допущенных не сейчас, а за все последние десятилетия. Я по военным делам не эксперт (и, кстати, именно поэтому не высказываюсь, а вместо этого слушаю умных людей), но ведь похоже на правду. Чисто по обычной человеческой логике. Тут не нужно быть семи пядей во лбу: военная операция, хоть специальная, хоть не специальная – это серьезное мероприятие, а к серьезным мероприятиям надо готовиться. Нужны работающие институты, схемы и принципы работы, постоянная подготовка кадров, поддержание готовности сил и средств… Ну что тут говорить.

Фото: Андрей Алексеев/ИА Красная весна

Впрочем, еще раз, по военным делам я не специалист. А по культурным нашим делам – какой-никакой все-таки специалист. И вот тут я могу совершенно точно с уверенностью сказать: на культуру у нас последние десятилетия плевали. Культура существовала по остаточному принципу. Дело даже не в финансировании – ясно, что культура никогда не финансируется в приоритетном порядке. Дело во внятной государственной политике в сфере культуры. Ее не было.

Было не до культуры. Всегда были дела поважнее. Культуру отдали на откуп каким-то людям, бог его знает каким. Главное, чтобы своим, с правильными взглядами. Какими? Ну Ельцин-центр и Музей Гулага, главное, чтобы объясняли народу, что развал Союза – это правильно и хорошо, что итоги приватизации пересмотру не подлежат, что в октябре 1993-го подавили мятеж красно-коричневых, что коммунисты упыри, войну выиграли только благодаря заградотрядам и лендлизу, советская экономика была неконкурентоспособной, а человеческая жизнь для советского государства не стоила ничего.

Что там дальше происходит с этой культурой – какие выходят книги, какие ставятся спектакли, какие фильмы снимаются, какая музыка пишется и какие выставки проходят – ну неинтересно было. Есть и есть. Рыночек сам порешает. Отдали же на откуп, а что там дальше – не все ли равно.

И вот удивление: опа, и тут неладно что-то в датском королевстве. Выяснилось, что писатели, поэты, продюсеры, артисты и певцы, которых пестовала эта система, – во мгновение ока оказались на Западе и дружно присоединились к хору украинской пропаганды. И ведь не за бочку варенья с корзиной печенья, хотя в ряде случаев и не без этого, – а именно что по глубокому убеждению и по зову своей искалеченной совести. Потому что именно таких писателей, поэтов, артистов и певцов система и взращивала десятилетиями.

Я тут даже не про конкретных людей, а именно про институты.

Институты, которые выдавали деньги на фильмы про войну с непременными упырями-политруками и благородными немецкими офицерами. Институты, которые создавали ажиотаж вокруг книг про прекрасных хозяйственников-кулаков, которых ни за что, просто за то, что умеют руками работать, всех сослали в Сибирь. Институты, которые продюсировали музыку про то, что главное в жизни это бабки, а все остальное не имеет значения. Фонды, издательства, премии, СМИ, продюсерские центры – огромная, сложная, многоуровневая, но крепко спаянная внутри себя машина. Фильмы были бездарные, книги мерзкие, а музыка тошнотная, но чтобы найти что-то другое, надо было еще постараться, а это – пожалуйста, из каждого утюга. Ну, получите, распишитесь.

Эти институты продолжают действовать и прямо сейчас. Только-только экспертный совет non/fiction разрешил, скрипя зубами и скрепя сердце, презентацию сборников поэтов-патриотов, как тут же отклонил запрос на презентацию нового романа Саши Пелевина. На Сашину презентацию пришло бы две-три сотни человек, а на презентацию какой-нибудь юной выпускницы Литинститута, написавшей про мерзких пьяных русских, придет человек десять, и в экспертном совете это знают, но вот так.

Галину Юзефович стала де-факто главным литературным критиком страны не благодаря исключительным способностям – есть как минимум с десяток критиков и умнее, и образованнее, и талантливее ее, – ее такой сделали именно институты. И вот теперь оказывается, что, не считав простейшей литературной мистификации, Галина может мановением руки заставить издательство отозвать тираж книги Константина Крылова, который ей не нравится еще со времен «Золотого ключа». При этом в популярном подкасте она же объясняет, что «Герой нашего времени» – это такая колониальная литература, а Печорин – это такой абьюзер, не поясняя ни за исторический, ни за культурологический контекст, просто потому что ну ведь модно же в центре капиталистического мира отменять все колониальное и все русское, а люди эти всегда ориентируются на нью-йоркскую Марью Алексеевну. Рассуждения, которые были бы простительны пишущей на уроке литературы сочинение девятикласснице, но, елки-палки, не взрослому человеку и не образованному литературному критику. Так как же так получилось, что человек с таким выдающимся уровнем профессионализма стал так влиятелен?

Получите что имеем. Тут, с культурой, как и с военными делами – проблема не внезапная и неожиданная, а системная, институциональная. И решать эти проблемы, если до них когда-нибудь дойдут у кого-нибудь руки, нужно будет только институционально.

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.
АКТУАЛЬНЫЕ МАТЕРИАЛЫ