Почему в Кремле боятся и ненавидят Ленина?

11 месяцев назад

На подходе 9 мая, а значит – парад Победы и ставшее уже традиционным противостояние левых с Кремлем по поводу мавзолея – драпировать его или нет. Исторически – а если быть более точным, то с 2005 года – так сложилось, что при праздновании дня Победы мавзолей маскировали, будто его и нет, не обращая внимания на требования – прежде всего – коммунистов не баловаться с историей. В этот год шоу грозит повториться, продемонстрировав в очередной раз отношения Кремля к российской (советской?) истории. В очередной раз продемонстрировав, как Кремль в действительности относится к «культуре отмены» (понятно, что куда легче тыкать пальцем на Запад, мол, посмотрите, что творится там, при этом у себя делая, по сути, то же самое). Демонстрируя, чего он боится (ну или побаивается). И что, скажем так помягче, не любит. Что предпочел бы забыть и вычеркнуть из истории.

Итак, все пойдет по строго заведенному порядку (по плану; в России всегда все идет по плану, это Летов точно подметил): лидер КПРФ Геннадий Зюганов уже обратился к президенту РФ Владимиру Путину с открытым письмом, в котором призвал не драпировать мавзолей на 9 мая. Следом его просьбу подхватил протестный штаб, объединяющий большинство левых организаций РФ, выпустив прокламацию с громким названием «Ни шагу назад!», в которой повторяется тот же призыв. Судя по тексту документа, в котором делается акцент на том, что реализация уже традиционной практики, учитывая непростую ситуацию, будет на руку врагам РФ (и, соответственно, наоборот: приветствие Верховного главнокомандующего с трибуны Мавзолея Ленина – чего, кстати, не делал ни один президент РФ – «явилось бы ярким символом нашей духовной крепости и единства»), власти на этот раз придется туго. В смысле – как без имиджевых потерь отвертеться от традиционной инициативы КПРФ.

Ничего не скажешь: аргументация сильная. Хотя дело не столько в ней, сколько в изменившейся конъюнктуре, то есть российско-украинском конфликте, перетекшим на сегодняшний день в глобальное противостояние (превышающее по своим масштабам даже то, что было во время «холодной войны») России с Западом. И это очень серьезный фактор, многократно усиливающийся (в политической плоскости) тем, что Кремль настойчиво пытается провести параллели между Великой Отечественной войной и спецоперацией на Украине. Так, еще в конце октября прошлого года первый замглавы АП Сергей Кириенко, выступая на Всероссийском форуме классных руководителей, заявил: «Россия всегда выигрывала любую войну, если эта война становилась народной. Так было всегда. Мы обязательно выиграем и эту войну: и «горячую», и экономическую, и ту самую психологическую, информационную войну, которая ведется против нас. Но для этого необходимо, чтобы это была именно народная война, чтобы каждый человек чувствовал свою сопричастность». Правда, стоит отметить, что войну официально Россия не ведет, но лишь СВО, однако куратору внутренней политики, разумеется, виднее. И если он так сказал – значит не просто так. Тут вспоминается и бабушка с советским флагом, из которой хотели сделать символ СВО, но потом (видимо, провели какие-то общественные замеры) решили о ней забыть. И настойчивые ассоциации с подвигом советских солдат: что, мол, сейчас добиваем «нацистскую гадину». В общем, если брать кремлевский дискурс, то СВО – это как бы завершающая стадия ВОВ. Ни больше и не меньше.

А вот такая позиция уже дает основание предполагать, что Кремль может изменить свою точку зрения касательно маскировки мавзолея: «Нет достоверных данных о том, что в этот раз Кремль не пойдет навстречу КПРФ, ведь за прошедший год политическая ситуация сильно изменилась. И пока никаких сигналов из администрации президента о том, что воззвание левых будет отклонено, не поступало. Коммунисты же вправе требовать от власти соблюдения интересов своих избирателей, формировать свою повестку для гражданского общества. Вообще-то, исходя из того, что уже реализовались многие позиции КПРФ – то же признание ДНР и ЛНР, то вполне может быть, что теперь власть ответит на призыв коммунистов по мавзолею с уважением», – считает гендиректор Центра политической информации Алексей Мухин.

Но, разумеется, власть так, по всей видимости, не сделает. И не потому, что боится дать какие лишние очки коммунистам (ну прошла инициатива КПРФ по признанию ДНР и ЛНР – и что? об этом уже все забыли, это уже история, прошлое). Кремль вообще КПРФ не боится, прошло то время – то, когда КПРФ могла вывести на улицы десятки и сотни тысяч разгневанных граждан (теперь хорошо, если хоть несколько тысяч выведет – если партийцы со всей России съедутся). Да и момент в протестном плане не самый подходящий, это – очевидно (тем более что коммунисты так солидаризовались с единороссами, что одних от других уже как-то и не отличить).

Тогда почему – с высокой долей вероятности, ибо со стопроцентной уверенностью все же заявлять не стоит: а вдруг? – Кремль не пойдет на это, если рисков никаких, а плюсы имеются (в плане исторической преемственности: как усиление дискурса по «схлопыванию» СВО с ВОВ)?

А вот тут, чтобы ответить на этот вопрос, нужно разобраться с двумя вещами. Во-первых, что такое 9 мая в общественном и политическом плане для России? Если быть честным, то есть откинуть всю ту совершенно неадекватную реальности картинку, которую чиновники и пропагандисты пытаются вбить в головы россиян, то победа в ВОВ – это единственная «духовная скрепа», которая не только на словах и бумаге. Это – то, что реально (ну еще полет Гагарина в космос, но это, понятно, с ВОВ в сравнении не идет). Действительно, победа в ВОВ – это та ценность, которую разделяет практически все население РФ; это то, что скрепляет. Именно поэтому, кстати, Кремль и пытается связать СВО с ВОВ.

Во-вторых, что есть Ленин для России? Ленин – это по сути та точка, из которой и выросла современная Россия. Основа, пронизывающая российскую реальность от Октябрьской революции до сегодняшнего дня: «И удивительные, уважаемые мной русские люди никак не хотят осознать эту элементарную связь: если вы сами разбиваете на куски, раскорчевываете фундамент советской социалистической системы, огульно проклиная в том числе и Ленина, то вы хотя бы для себя знайте, что ничего не способно в мире политики висеть в невесомости. И если Ленин зло, значит социализм – зло, красное знамя – зло, ордена Ленина – зло, советские школы – зло, советское образование – зло, советская поэзия – зло, советский кинематограф – зло и всякий человек, уходивший в атаку и оставлявший записку «считайте меня коммунистом», – адепт зла. И на все ваши манипуляции, что вот отсюда у вас зло и до сюда – тоже зло, а вот отсюда уже не зло, а добро, на все это никто внимания обращать не станет», – совершенно справедливо отмечает Захар Прилепин в 99-м «Уроке русского».

И продолжает: «Вы помните, чтоб Америка отказалась хоть от одного своего президента, какие бы поступки он ни совершал? Не помните? А знаете почему? Да потому что американцы заботятся об устойчивости своей государственной политической системы и о своем влиянии на человечество. Хотя, между прочим, как историческая фигура Ленин точно повлиятельнее будет всех американских президентов по отдельности, а то и дюжины вместе взятых. По влиянию на все человечество – тоже. И более того: влияние его, конечно же, не закончилось».

Да, влияние Ленина превосходит влияние КПРФ. Во много раз. Поэтому и является очень раздражающим. Прилепин вспоминает первое интервью Дудя*, которое он взял у Басты: «”Для тебя Ленин и Сталин – злодеи?” – cпрашиваетДудь*. Баста отвечает: “Да, для меня они преступники, не осужденные преступники, которые не понесли ответственность за преступления первых лет послереволюционного периода. Они должны понести ответственность и быть преданы суду. Это – сто процентов”. На что Дудь* говорит: “Блин, как же не любить этого человека после этих слов”. Конец цитаты. У Дудя* больше другой радости нет: лишь бы Баста не любил Ленина. Ленин очень мешает Дудю*».

Более того: Ленин мешает не только Дудю* с Бастой, но и Кремлю. Потому что вождь мирового пролетариата – это не только историческая нить, линия преемственности, но и вариант будущего, альтернатива, которая кремлевским господам не очень по душе: «Ленин – это символ возможного изменения человеческой истории. Вот вокруг наш мир со всеми его оффшорами, банками, семьями, владеющими миллиардами, колоссальным ненасытным чиновничьим аппаратом и олигархами, мир глянца, Форбса, яхт и слуг, а с другой стороны – усохшая мумия Ленина, одиноко лежащая в центре Москвы. Но если эта мумия оживет, вся эта пирамида полетит к чертям», – говорит Прилепин.

И спорить с ним бесполезно: ибо Ленин символизирует собою то, чему Кремль с его покровительством олигархату и купающимися в роскоши чиновниками является противоположностью, антагонистом. Стоит вспомнить только одно: как появляются у русского чиновника или предпринимателя деньги (достаточно крупные), так он сразу вкладывает их в Запад. В качестве примера можно привести и гостиничный бизнес в Испании Игоря Лебедева, сына Жириновского, который, Лебедев то есть, очень долгое время заседал в Госдуме, и виллу в Италии российского пропагандиста Владимира Соловьева и прочая, прочая (список велик и необъятен). И вот поэтому Ленина пытаются отменить – задрапировать, как будто его и не было, как будто он не имеет ни малейшего отношения к 9 мая.

Думается, в Кремле с удовольствием вообще от Ленина бы избавились (там вообще не любят тех, кто приходил к власти революционным путем, свергая «законную» власть), но покамест не решаются: «И все неистовые русские люди, которые неистово желают похоронить Ленина, втайне должны спросить себя: а они точно хотят оказаться в компании Собчака, Лужкова, Немцова, Новодворской и Горбачева, а заодно в компании русофобов с киевского Майдана и со всей остальной замайданной Украины. Это – ваша компания? У вас точно все в порядке с причинно-следственными связями?» – задается интересным вопросом (его стоило бы переадресовать Кремлю) Прилепин уже в 115-м выпуске «Уроков русского».

Ответ, он, правда, дал еще в 99-м выпуске: «Майдан ведь с чего начался? Майдан начался с разрушения памятника Ленину на Крещатике. И это даже не метафора, это факт. Рухнул памятник Ленину, и началась бойня, а затем – война».

Ленин – это тот стержень, который не дает окончательно «европеизироваться» (а это значит и «оранжевая революция», и падение «путинского режима», высшему руководству которого уж очень не хочется расставаться с властью и теми благами, которые она им дает). Можно сказать, пунктир «особого пути». С которого Кремль сходить не хочет. Ибо чревато.

И вот поэтому с Лениным не спешат расставаться. Как бы придерживают на всякий случай. Но при этом пытаются максимально дистанцироваться – полуотменить, что ли. Вроде бы и лежит дедушка в центре столицы, но когда речь заходит об единственной скрепе – тут, извините, обойдемся без Ленина и вообще без советов. Точно 9 мая каким-то странным образом выпадает вообще из хода истории. А все потому, что победу можно «приватизировать», чтобы использовать в политических целях, а Владимир Ильич – это вечный укор и напоминание, что есть альтернатива. А вот альтернативы (вспомним безальтернативные президентские выборы, которые проходят в РФ) Кремль очень боится, понимая, что не устоит. Ну, по крайней мере, с высокой долей вероятности.

И можно было бы, конечно, призвать господ из высоких кабинетов наконец-таки избавиться от двойных стандартов, только смысл какой? Их ответ заранее известен: а вот США постоянно с двойными стандартами играют. Ну, конечно, опять США виноваты, что подали дурной пример. И кто мы такие, чтобы этому примеру не последовать, так что ли? К сожалению, так.

P.S. …думаете, это благоприятствует крепкому сну вождя мирового пролетариата, попытавшегося бросить вызов мировому империализму?..

*Признан иноагентом

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
АКТУАЛЬНЫЕ МАТЕРИАЛЫ