Новый русский апокалипсис

4 месяца назад

Академик Лихачёв утверждал, что в русском Средневековье не было такого понятия, как прогресс. Развитие культуры и перемены в ней, научно-технические новшества, доведение философской и богословской мысли до логического предела – всё это есть, а вот прогресса – нет.

Источник иллюстрации: funart.pro

То есть русский человек живёт плюс-минус так, как жили его предки, и их предки, и их предки – и так до бесконечности.

Вместе с тем мы все чувствуем – подкоркой, душой, назовите как хотите, – что сейчас Россия оказалась в очередной точке бифуркации, через которую необходимо пройти, сохранив себя и своих близких.

Русская эсхатология зудит внутри и подсказывает: грядёт новый русский конец свет! Как это? Да очень просто.

Начинается всё на рубеже XVI и XVII веков. В 1598 году умирает царь всея Руси Фёдор Блаженный, последний представитель династии Рюриковичей. В 1605 – избирается на царствование Борис Годунов, но править он будет недолго – считанные месяцы. Дальше начнутся Лжедмитрии, поляки, бунты, кровь, голод и болезни.

Только вдумайтесь: простой русский человек видит, как прекращается царская династия. Что дальше его может ожидать? Правильно: только конец света. Помимо священных писаний, есть ещё русская история, которая каждую сотню лет предлагает свой маленький конец света.

Что предзнаменовало апокалипсис? Четыре всадника, символизирующих собой мор, войну, голод и смерть.

Что было в Смутное время? Думаю, про войну и смерть говорить излишне, ибо всё есть в школьной программе, а вот про мор и голод надо сказать отдельно.

Ещё при Борисе Годунове в 1601–1603 годах случился небывалый неурожай. Причиной тому стали десятинедельные проливные дожди летом и ранние заморозки осенью. Где уж тут разродиться пшенице? Кроме того, сказывалась перенаселение (и сие было не только на Руси, но и по всей Европе – историки называют это кризисом позднего Средневековья).

Естественно, пытались бороться с напастью. Помещики выгоняли крестьян (часто при этом не выписывая им вольную: надеялись, что чуть позже удастся их вернуть), а те шли разбойничать. Но ничего не помогало. Привычные в употреблении в пищу голуби не спасали. Люди доходили до того, что начинали питаться навозом…

На фоне все этого не могла не разразиться чума. Она охватила тридцать пять городов по всей Руси. В Москве осталось два топонима от того времени: Чистый переулок – в нём копились заражённые люди; и Мёртвый переулок (в советское время – переулок Н. А. Островского, а в наше – Пречистенский) – но тут название говорит само за себя. Всего в столице погибло до 480 000 человек.

Вот вам и апокалипсис образца XVII века.

Едем дальше – в XVIII. Какой серьёзный социальный сдвиг ввергнул народ в очередной конец света? Думается, во всём виноват Стрелецкий бунт 1698 года. Предпосылок для него было много – и изнуряющие военные походы, и недостаток жалования, и условия жизни, и, наконец, борьба за престол: бунтовщики хотели посадить на трон царевну Софью. И это уже был третий Стрелецкий бунт на памяти Петра: до этого были события 1682 и 1689 годов.

Юный Пётр I, ему тогда было всего 26 лет, понял, что с Москвой ему дальше не по пути, и решил прорубить окно в Европу, построив на Неве новый город. В 1703 году был образован Санкт-Петербург.

Не стоит забывать, что незадолго до этого началась Великая Северная война со шведами. Продлится она до 1721 года. Россия обретёт земли и воды Прибалтики, а шведы навсегда распрощаются с мечтами об империи.

На этот двадцать один год войны, естественно, приходится в 1711-1712 годах и поветрие моровой язвы, которая окутывает наш юго-запад: Чернигов, Нежин, Киев…

Более того, Петра I многие старообрядцы (и не только старообрядцы) воспринимали как Антихриста. У них были для этого свои доводы: Пётр Алексеевич назвал себя уже не царём, а императором – и это должно было бы означать, что пошла преемственность от католического Рима; плюс к этому он изменил начало летоисчисления от Сотворения Мира на от Рождества Христова (7208 год по византийской эре стал 1700 годом от Рождества Христова).

Но едем в век XIX.

Новый русский апокалипсис хронологически расписал Лев Николаевич Толстой в «Войне и мире». Да-да, не стоит этому удивляться. В 1856 году вышел указ Александра II о помиловании декабристов. Те немногие, кто дожил, вернулись из Сибири домой. Это было большое социальное потрясение. Толстой, конечно же, сел писать об этом роман «Декабристы». Уже появились в толстых журналах первые главы, но писатель понял, что главный герой ему не удаётся. Он его не понимает: что им движет, почему тот в декабре 1825 года вышел на Сенатскую площадь?

И Лев Николаевич начал отматывать хронологию своего романа, пока не упёрся в 1805 год. Несколько ранее случилась Великая французская революция и появился Наполеон Бонапарт, который вскоре был провозглашён императором. Начались военные действия в Восточной Европе. В апреле 1805 года Россия подписала военный договор с Великобританией и Австрией.

Вот оно – начало отсчёта для XIX века. Война и смерть – на полную катушку. И если кажется, что всё закончится взятием Парижа в 1814 года, то это неверно. Впереди Кавказская война (1817–1864), русско-персидская (1826–1828) и русско-турецкая (1828-1829), а после ещё подавление польского восстания (1830).

Вы спросите: а где голод и мор? Отвечу: в 1817–1824 проходит первая пандемия холеры. Нас накроет только со второй волной в 1830-1831 году. По официальным данным, из 466 457 заболевших умерло 197 069 человек.

Помните “болдинскую осень” Александра Сергеевича Пушкина – самый насыщенный и творчески плодотворный период его жизни? Так вот, проходил он в Нижегородской губернии – на карантине от холеры. У него было стихотворение «Дорожные жалобы»:

Долго ль мне гулять на свете

То в коляске, то верхом,

То в кибитке, то в карете,

То в телеге, то пешком?

 

Не в наследственной берлоге,

Не средь отческих могил,

На большой мне, знать, дороге

Умереть господь судил,

 

На каменьях под копытом,

На горе под колесом,

Иль во рву, водой размытом,

Под разобранным мостом.

 

Иль чума меня подцепит,

Иль мороз окостенит,

Иль мне в лоб шлагбаум влепит

Непроворный инвалид.

 

Иль в лесу под нож злодею

Попадуся в стороне,

Иль со скуки околею

Где-нибудь в карантине.

Как видите, в условиях апокалипсиса мы живём постоянно. История России подкидывает новые и новые примеры. И будет подкидывать впредь. Всадники апокалипсиса приезжают к нам в гости и, собрав свою кровавую жатву, уходят восвояси. Их пребывание надо просто переждать. Как делали это буквально сто лет назад наши деды и прадеды. С чего тогда всё началось?

1905 год – неудачная попытка первой русской революции, которая влечёт за собой Кровавое воскресенье, русско-японскую войну, Февральскую революцию, отречение Николая II, Великую Октябрьскую социалистическую революцию, расстрел царской семьи, первую волну эмиграции, советско-польскую войну и, наконец, Гражданскую войну.

А ведь была ещё испанка, царившая по всей Европе с 1918 по 1920 год. Сохранились страшные фотографии с изолированными в большие ангары людьми, с простыми мещанами, которые делают семейные фотографии, а у каждого – маска на лице (ну практически как в наши дни!). Отболело испанкой более полумиллиарда человек (вдумайтесь в эту цифру!), а умерло – по разным подсчётам от 17,4 до 100 миллионов.

Не стоит забывать и про голод, который был и в начале ХХ века, и в начале 1920-х годов. Был такой замечательный писатель Анатолий Мариенгоф. В 1928 году за одно воронежское лето он написал оглушительно гениальный роман «Циники». Автор сидел по архивам, перебирал советские газеты, выписывал оттуда всё, что происходило по всей Советской России в первые революционные годы. Приведу из романа только одну маленькую главку – может быть, самую страшную – её в своё время, когда «Циников» впервые издали в СССР в 1988 году, изъяла цензура:

В селе Гохтале Гусихинской волости крестьянин Степан Малов, тридцати двух лет, и его жена Надежда, тридцати лет, зарезали и съели своего семилетнего сына Феофила.

«…положил своего сына Феофила на скамейку, взял нож и отрезал голову, волосы с которой спалил, потом отрезал руки и ноги, пустил в котел и начал варить. Когда все это было сварено, стали есть со своей женой. Вечером разрезали живот, извлекли кишки, легкие, печенку и часть мяса; также сварили и съели”.

Так много всего, что нашим предкам должно было показаться, что конец света не за горами, а случится со дня на день. А сколько было сказано и написано о том, что большевики со своими красными звёздами – это дети и слуги Антихриста? Ой…

И вот, наконец, наши дни. Как думаете, с чего всё началось?

Мне представляется, что с 2004 года, когда на Украине прошёл первый Майдан. Да-да, Незалежная – хочет она того или нет – является частью большого русского мира. Оранжевая революция предполагала решительное отделение от этого русского мира – и это серьёзнейший социальный сдвиг, который запустил самые жуткие процессы, которые мы с вами имеем счастье или несчастье видеть собственными глазами.

Вслед за 2004 годом канул 2013 – со вторым украинским Майданом, на котором уже митинговали кастрюлеголовые сумасшедшие, устраивались факельные шествия нацистов, сжигали бойцов ОМОНа из отряда «Беркут»; где неизвестные снайперы расстреливали мирных людей. Следом пришёл 2014 год со сожжёнными прорусски настроенными людьми в Одессе; с бандитами, которые бьют ветеранов за георгиевские ленточки на праздновании 9 мая; с запрещением советской символики и переделкой 9 мая из Дня Победы в День примирения и скорби; с военными действиями на Донбассе.

И всё это растянулось на долгих восемь лет, чтобы дождаться, видимо, пандемии коронавируса. За всё это время в мире от этой болезни погибло около 6 миллионов человек, а конкретно в России – 357 тысяч. По сравнению с испанкой или чумой – ерунда. Но вне сравнения – большие потери.

Остаётся дождаться голода… Или он не случится? Западная пропаганда и наши истерики предрекают скорое опустение продуктовых полок. Затянувшая спецоперация на Украине грозит тем, что некому и некогда будет собирать урожай, а от наших и украинских поставок зависят многие страны мира.

Что ж, если и случится такое, надо быть к тому готовым. История показывает: всё поправимо. Просто случился ещё один русский апокалипсис. Привет тебе, привет! Случишься – и прощай! Во что бы то ни стало – мы переживём.

Давно настало время – собирать камни и отстраивать русскую землю.

Подписаться
Уведомить о
guest
2 комментариев
Новые
Старые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Евгений
Евгений
3 месяцев назад

Во всем что происходит есть какое то провидение. Сейчас немного расскажу — история династии Романовых началась в Ипатьевском монастыре (1613г) и закончилась в Ипатьевском доме (1918г) потом Ельцин в 1977г по приказу главы КГБ Андропова сносит Ипатьевский дом и его начинают двигать в Москву. Оказавшись в Москве отрн сносит СССР и становится царем РФ За это могущественные силы в городе где когда то был Ипатьевский дом возводят ему Ельцин-Центр. Вряд ли это случайное стечение обстоятельств.

Станислав
Станислав
3 месяцев назад

М. Горький «О русском крестьянстве».
Я думаю, что русскому народу исключительно — так же исключительно, как англичанину чувство юмора — свойственно чувство особенной жестокости, хладнокровной и как бы испытывающей пределы человеческого терпения к боли, как бы изучающей цепкость, стойкость жизни.
В русской жестокости чувствуется дьявольская изощренность, в ней есть нечто тонкое, изысканное. Это свойство едва ли можно объяснить словами «психоз», «садизм», словами, которые, в сущности, и вообще ничего не объясняют. Наследие алкоголизма? Не думаю, чтоб русский народ был отравлен ядом алкоголя более других народов Европы, хотя допустимо, что при плохом питании русского крестьянства яд алкоголя действует на психику сильнее в России, чем в других странах, где питание народа обильнее и разнообразнее.
Можно допустить, что на развитие затейливой жестокости влияло чтение житий святых великомучеников, — любимое чтение грамотеев в глухих деревнях.
Если б факты жестокости являлись выражением извращенной психологии единиц — о них можно было не говорить, в этом случае они материал психиатра, а не бытописателя. Но я имею в виду только коллективные забавы муками человека.
В Сибири крестьяне, выкопав ямы, опускали туда — вниз головой — пленных красноармейцев, оставляя ноги их — до колен — на поверхности земли; потом они постепенно засыпали яму землею, следя по судорогам ног, кто из мучимых окажется выносливее, живучее, кто задохнется позднее других.
Забайкальские казаки учили рубке молодежь свою на пленных.
В Тамбовской губернии коммунистов пригвождали железнодорожными костылями в левую руку и в левую ногу к деревьям на высоте метра над землею и наблюдали, как эти — нарочито неправильно распятые люди — мучаются.
Вскрыв пленному живот, вынимали тонкую кишку и, прибив ее гвоздем к дереву или столбу телеграфа, гоняли человека ударами вокруг дерева, глядя, как из раны выматывается кишка. Раздев пленного офицера донага, сдирали с плеч его куски кожи, в форме погон, а на место звездочек вбивали гвозди; сдирали кожу по линиям портупей и лампасов — эта операция называлась «одеть по форме». Она, несомненно, требовала немало времени и большого искусства.
Творилось еще много подобных гадостей, отвращение не позволяет увеличивать количество описаний этих кровавых забав.
Кто более жесток: белые или красные? Вероятно — одинаково, ведь и те, и другие — русские. Впрочем, на вопрос о степенях жестокости весьма определенно отвечает история: наиболее жесток — наиболее активный…

АКТУАЛЬНЫЕ МАТЕРИАЛЫ