Алексей Рамм: «Мы не пытаемся догнать, мы пытаемся сразу перейти на следующий технологический уровень»

Гостем 84-го выпуска спецпроекта федерального издания «Ваши Новости» под названием «СВО / Большой контекст» стал заместитель главного редактора интернет-проекта «Милитарист», автор ТГ-канала «Военный оптимист» Алексей Рамм. Ведущий Вадим Авва поговорил с журналистом о ВПК противника, риске нападения Украины на Беларусь, людских резервах НАТО, ядерных силах РФ и многом другом.

Алексей Рамм и Вадим Авва / ВН

О противостоянии ВПК России и Украины

– В любом противостоянии кто-то в чем-то сильнее, кто-то в чем-то слабее. Возьмем Великую Отечественную войну, те же самые танки. Да, в чем-то мы превосходили, в чем-то у нас был паритет, в чем-то мы уступали. То же самое в авиации. В авиации это более серьезно выглядело. 

Но не может быть полное технологическое превосходство. Если так, то почему мы воюем, да? Ну конечно, можно скатиться в такой конфликт, типа как Афганистан. Это мы больше уходим в такие уже более философские рассуждения. 

Поэтому я еще раз говорю: где-то сильнее мы, где-то сильнее они. Рассматривать это как именно технологию не стоит. У них, конечно, однозначно есть преимущество в средствах связи, в средствах разведки, в целом в средствах управления.  

ВСУ. Фото: AP/TASS

Конечно, недавняя коллегия Минобороны показала, что Россия решила радикально перескочить эту систему. Мы не пытаемся догнать, мы пытаемся сразу перепрыгнуть, сразу перейти на следующий технологический уровень в области систем принятия решений, поддержки систем принятия решений командиром. 

Тяжело? Да, есть проблемы. Например если говорить про спутниковую систему связи, тот же самый Starlink. Когда Starlink создавался, я сразу говорил, что это система для ССО – сил специальных операций. Лучшего варианта нет. Для «Зеленых беретов», для «Дельты», для Шестой команды «Тюленей» – идеальное средство. Особенно для всяких сверхсекретных спецподразделений, которые методами разведки работают, это для них вообще суперсредство. 

И мне тогда рассказывали: «Ты человек, который носит шапочку из фольги. Это же гражданское! Ты не понимаешь! Это они такие заботящиеся о людях. Вот людям плохо, а у них интернет будет». 

Ну вот, как оказалось, это идеальная военная система, лучше не придумаешь. 

США. Вашингтон. Генеральный директор SpaceX и Tesla Илон Маск во время выступления на параде по случаю инаугурации президента США Дональда Трампа. Фото: Zuma\TASS

А в чём превосходит Россия

– Мы превосходим в средствах поражения. Аналогов «Циркона», «Кинжала», «Искандера», «Орешника» нет и не предвидится. «Орешник» сейчас в опытно-боевой эксплуатации находится. 

И я пытаюсь донести всем, что многие живут где-то в реалиях 2023 года, когда дроны действительно были очень дешевым. Сейчас же дроны перестали быть дешевыми. Фактически они превратились в полноценный боеприпас, который по стоимости не уступает классической крылатой ракете при меньших возможностях поражения. 

Вот Украина била рекорды по количеству запущенных дронов по территории России. Вот дроны у них всё взяли на себя. Мы все были возмущены прилетами по нефтеперерабатывающим заводам, по всему. Это плохо. Но по большому счету на фронт это никак не повлияло, как цинично это ни звучит. На нашу жизнь это повлияло, а на фронт не повлияло. 

Россия. Запорожская область. Военнослужащие во время боевой работы самоходной реактивной системы залпового огня (РСЗО) «Град» на Работинском направлении в зоне проведения специальной военной операции. Фото: Александр Полегенько/ТАСС

Россия начала новую операцию, ракетно-дроновое наступление. И мы добились за неделю кратно больше, на порядок больше, чем они вот этими всеми масштабными запусками. То есть в средствах доставки, в системе огневого поражения, в развитии наземной техники, в развитии артиллерийской техники (в таких классических системах вооружения) мы лидируем с очень серьезным отрывом. И по многим направлениям нас догнать уже не получится. 

Нападет ли Украина на Беларусь

– У украинцев на это сил и средств нету. Вот выступил Зеленский, поугрожал Белоруссии. А с 2024 года Украина прекратила формирование новых бригад. Нет у них на это необходимого количества личного состава, вооружения и военной техники. Им бы вот эти доукомплектовать. 

Александр Лукашенко. Фото: Наталия Федосенко/ТАСС

Они с диким текущим некомплектом. Если там на 30% бригада укомплектована, то это прямо вот уже «моща-то какая!» У них есть части, которые вообще пропали. Кто помнит про 1-ю танковую бригаду, да? А когда-то это была лучшая бригада вооружённых сил Украины? А 30-я механизированная? Уже не помнят их. Они уже вывалились из пространства, потому что на них даже людей нет. И сейчас им срочно нужно пять бригад формировать. Это не самый лучший вариант развития ситуации сейчас для Украины.

Боеспособность белорусской армии

– Вы знаете, у нас почему-то принято относиться к ним так достаточно скептически. Но я хочу сказать, плотно общавшись с белорусами, что это очень серьезные ребята. Не надо их недооценивать. 

Даже несмотря на то, что они не воюют. Но всё равно это советская школа. Все их офицеры в массе своей проходят обучение в российских военных вузах. Они весь передовой опыт перенимают. 

BELARUS, MINSK — MAY 23, 2024: Russia’s President Vladimir Putin (L) and Belarus’ President Alexander Lukashenko shake hands during a meeting. Mikhail Metzel/Russian Presidential Press and Information Office/TASS

Вспомнил «Вагнеров». Когда была эта ситуация, ведь они же завели большую группу к себе и как раз нарабатывали штурмовой бой, нарабатывали применение беспилотников.

У них проведена мобилизация. Да, скрытая. Да, частично. Но она проведена. Силы территориальной обороны готовы в случае необходимости сразу работать. То есть это уже не те вооруженные силы из нескольких бригад. Это уже более серьезная организация. 

И не просто так Зеленский сейчас начал бегать, искать, формировать пять бригад.

Будет ли Россия бить по целям в странах НАТО

– Я всегда придерживаюсь такой позиции. Я военный традиционалист, скажем так. И меня научили: когда ты воюешь, ты воюй. Ставь перед собой понятные, внятные военные цели.

Алексей Рамм / ВН

Победа в войне – это внятные, понятные военные цели, которые приводят к стратегическому успеху.

Вот Великая Отечественная война. Чем описывается успех Советского Союза? Освобождение Берлина. Выход на установленную линию – это обеспечило Советскому Союзу стратегическое преимущество. Мы стали великой державой, диктующей свои условия в Европе. И не только в Европе, но и в мире. И это достигнуто именно военными целями. 

То есть эти цели можно объяснить так: вот заняли здесь – это привело к тому-то. А современная военная наука изменилась. Она теперь стала про воздействие на общество, какие-то информационные операции. Это всё должно присутствовать. Но это всё должно идти как единая схема. В едином ключе всё это должно действовать.

Что происходит сейчас у нас? Мы столкнулись с новым европейским военным планированием. Впервые это появилось у британцев, потом это перекинулось на общеевропейское военное планирование. Это называется «стратегическая операция». Что она подразумевает? Это значит воздействовать на общество противника, нанося кинетические удары и одновременно проводя информационно-психологические операции. Кинетические удары – это вот поражение НПЗ, каких-то важных объектов и так далее.

Учения военнослужащих стран НАТО «Зимний лагерь» в Эстонии. Фото: Valda Kalnina / EPA / ТАСС

У американцев это называлось мультидоменные операции, но они от них отошли. Мультидоменные тактические группы, которые в Европу планируют завести, они в рамках такой же парадигмы создавались. Но американцы посмотрели, сказали: «Не очень хорошо это работает». 

Если мы откинем ситуацию, что на нас с вами специально воздействуют, нас раскачивают, создавая видимую картинку всех вот этих поражений, весь негатив, связанный с тем, что мы не можем заправиться где-то на бензоколонках. Как изменилась оперативная, стратегическая ситуация на поле боя? 

Российские войска отступили, закончили наступление? Как бы нет, не закончили наступление. Продолжаем действовать. Да, нам тяжело с вами. Но война идет. Константиновка освобождена. Разгром украинских вооруженных сил в Запорожье налицо? Налицо. В Днепропетровской области налицо? Да. 

Ведущий Вадим Авва / ВН

И вот мы сейчас займемся демонстративными ударами по Европе… Создадим какие-то красивые картинки, которые никак не повлияют на обеспечение вооруженных формирований Украины топливом. При этом важнейшие средства поражения, которые мы используем, мы потратим на эту нашу стратегическую операцию. К чему это приведёт? Ни к чему. 

И другой подход. Российские вооруженные силы активно бьют по автомобильным заправкам. Сначала на Украине смеялись. Потом выясняется: «Ой, какой неприятный факт! Это из-за того, что российские вооружённые силы уже давно все склады, все базы разбили. И украинские формирования заправляются на вот таких вот заправках». Они смеялись: «Ой, мы НПЗ вынесли, а русские заправку». А когда их вынесли вообще вдоль всех основных трасс недалеко от линии соприкосновения – сразу кризис наметился, сложности с подвозом. Что для нас важнее? Красивая картинка, которая не изменит ситуацию на линии фронта? Или мы не очень красиво уничтожим эту несчастную заправку, но это позволит сберечь жизни сотням наших ребят на линии фронта.

Мобилизационный потенциал НАТО

– Сейчас современная военная наука переживает кризис. Существовавшие старые системы расчета не работают. То же самое с учетом мобилизационного потенциала. Да, мы можем считать голые цифры: «Вот мужское население таких-то возрастных групп, значит у нас столько-то потенциал». 

Алексей Рамм / ВН

Но мы не можем всё это задействовать. Экономика и социальные процессы усложнились. И существует огромное количество категорий, которые мы не можем забрать. Казалось бы, что этот менеджер сидит там в офисе? Но, оказывается, он нужный исполнитель. 

Нужны курьеры, появилась там логистика, усложнилась логистика, усложнился менеджмент, системы управления. Нужны высококлассные специалисты. 

Всё усложнилось. Поэтому сейчас очень сложно оценить, что же такое военный потенциал. Это сейчас военной науке предстоит понять. С этим сейчас работают. Понятно, что сейчас не такая открытость, как была еще 10 лет назад. Но ясно, что вот этот поиск идет – какова сейчас правильная оценка этого мобилизационного потенциала в связи с современными открывшимися условиями. 

Может ли Россия применить ядерное оружие

– У России сейчас есть инструмент, который позволяет применить ядерное оружие. Но мы оставляем эту возможность для более серьезной ситуации. Если мы говорим о противостоянии с Европой, то однозначно у нас есть возможность нанести ядерное поражение от нуля и до стратегической глубины территории противника. При этом у нас остается ядерный потенциал, новейшие средства доставки в виде «Сармата», в виде «Посейдона», в виде «Буревестника», которые должны охладить желание США вступаться за Европу.

Дональд Трамп. Фото: AP/TASS

Появились вот эти маневрирующие боевые блоки, ракеты в ракетах, новые высокоточные системы поражения. И уже возникла ситуация, что мы можем опередить противника и нанести ему обезоруживающий ядерный удар.

Появилась современная система автоматизированного управления ядерными системами. Будущее уже наступило. Мы можем сейчас с минимальными затратами нашего ядерного оружия (тактического, нестратегического, стратегического), грубо говоря, «застеклить» Европу. 

И мы сказали: «Мы это сделаем. Мы не будем с Европой воевать обыкновенным вооружением. Мы на все ваши эти операции, которые вы планируете, ответим вот этим единым поражением. И у нас хватит потенциала, чтобы противостоять еще и Соединённым Штатам Америки».