Войны России с НАТО не миновать, или Что задумал Макрон, заручившись поддержкой товарища Си?

Из Франции продолжают раздаваться грозные словеса. Буквально на днях глава нижней палаты французского парламента Яэль Браун-Пиве еще раз подтвердил позицию Парижа по поводу ввода иностранного военного контингента на территорию Украины: «В своем заявлении президент республики сказал, что не исключает ничего априори. В той позиции, которую Франция демонстрировала, демонстрирует и будет демонстрировать до конца войны, до самой победы ничего не исключено, все остается возможным. Я не буду дополнительно интерпретировать слова президента, эта позиция достаточно ясна», – заявил он во время своего визита в Одессу.

Фото: Лев Федосеев/ТАСС

Тут, в общем, если брать Париж, ничего нового. Интересно то, что это мнение – при том, что сразу после его артикуляции оно подверглось жесткой критике со стороны всех стран Евросоюза за исключением Эстонии – постепенно расширяет свою географию: спустя некоторое время слова Макрона поддержали Канада, пусть и не являющаяся членом ЕС, и Чехия, а также с большими оговорками – из разных ведомств шли противоречивые заявления, точно Варшава покамест не выработала единую позицию – и Польша. А вот теперь к «парижскому нарративу» присоединилась и совсем недавно вступившая в ряды Североатлантического альянса Финляндия: «Сейчас не время отправлять войска, и мы даже не хотим обсуждать это на данном этапе. Но в долгосрочной перспективе, конечно, мы не должны ничего исключать», – сказала министр иностранных дел страны Элина Валтонен в интервью Financial Times (а до нее, что важно отметить, присутствие в будущем уже британских солдат на Украине, как передает Daily Mail, допустил и бывший глава оборонного ведомства королевства Бен Уоллес, никогда не отличавшийся скороспелостью суждений).

Следовательно, вопрос можно поставить так: расширится ли география принятия «парижского нарратива» настолько, что эта точка зрения станет господствующей в Европе?

На сегодняшний день с высокой долей вероятности (то есть если не случится каких-то форс-мажоров) можно предположить, что – вряд ли. Позиция Германии (все еще первой экономики ЕС) на этот счет остается железно-неизменной: не стоит забывать, что немецкий канцлер Олаф Шольц так и не уступил давлению со стороны Парижа и Лондона по отправке дальнобойных ракет Taurus на Украину, обосновав это невозможностью участия солдат бундесвера в выборе, корректировке и поражении целей на территории РФ. Кроме того, Шольц отказался не только от продажи Taurus Великобритании, чтобы та, например, смогла передать Незалежной свои ракеты Storm Shadow, но и, как передает DW*, «заявил законодателям, что было бы безответственно поставлять ракеты без участия немецких солдат. Это было бы даже в том случае, если бы оперативное планирование происходило в Германии», подчеркнув, что передача ракет для него является «чертой на песке» (в смысле, видимо, «красной линией», а то ведь есть еще фактор ветра).

В этой связи следует отметить и позицию Италии (премьер-министр Джорджа Мелони в конце марта в эфире Rete4 заявила: «Я не согласилась со словами Макрона, я ему это сказала. Я с ними не согласна и убеждена, что мы должны обратить внимание на то, какие тона мы используем. И нужно быть осторожным с тем, как «продаются» определенные вещи, в кавычках»), а также Испании (глава МИД Хосе Альбарес в эфире Cadena Ser уточнил, что «Испания, конечно, не рассматривает возможность отправки войск в Украину»), не говоря уже о таких странах, как Австрия, Словакия, Венгрия, которые выступают за скорейшие мирные переговоры (что подразумевает полный отказ от поставки вооружений).

Но вот то, что «парижский нарратив» станет линией разлома в позиции Евросоюза по украинскому и шире – внешнеполитическому треку – это, скорее всего, да. И что тут важно: даже те страны, которые категорически отвергают идею Макрона о вводе войск на Украину, не исключают возможность войны между Европой и Россией.

Тот же Шольц, по одной из версий, как пишет Euroactiv, не хочет отправлять Taurus Незалежной из-за страха, что ракеты могут понадобиться самой Германии в случае военного столкновения с РФ (в частности, о якобы наличии у Кремля планов по «походу на Берлин» не так давно писал немецкий Bild), с которой – не исключено – воевать Евросоюзу придется самостоятельно. После приостановки военной помощи со стороны США, а также вероятной (по крайней мере, до определенного момента: судя по последним соцопросам, демократы уже начали потихоньку мудрить с общественным мнением, готовя почву к небольшим, но решающим фальсификациям) победы Дональда Трампа, надежда на американцев в Европе заметно поубавилась.

Таким образом, можно смело констатировать, что «концу истории», о котором вещал Фукуяма, – и тут без каламбура не обойтись – пришел конец. Как сказал премьер Польши Дональд Туск в интервью Die Welt: «Я знаю, это звучит разрушительно, особенно для молодого поколения, но нам нужно привыкнуть к тому, что началась новая эпоха: предвоенная эпоха. Я не преувеличиваю; с каждым днем это становится все яснее» (кстати говоря, по мнению неназванного источника, близкого к окружению хозяина Елисейского дворца, которое приводит британская The Telegraph, своим грозным «неисключением» Макрон пытался сподвигнуть Европу на «мысленный прыжок от уютной уверенности старой, умирающей эпохи к суровым реалиям новой», что в некотором роде ему удалось). Соответственно, наметившийся разлом по украинскому кейсу – это не причина, но следствие серьезных, если не сказать тектонических сдвигов в европейской социополитической реальности, которая грозит не менее серьезными сдвигами и в реальности геополитической.

И тут самое время вспомнить те условия, которые артикулировал Макрон для ввода французских регулярных войск на Украину: значительное смещение линии фронта в сторону Одессы или Киева (весьма символично, что тезис Макрона глава нижней палаты французского парламента повторил именно в Одессе). А ведь это не такая уж фантастическая перспектива, как может показаться на первый взгляд: «Чем дольше будет продолжаться война, тем больше территории получит Россия, пока она не дойдет до Днепра, который трудно преодолеть. Однако, если война продлится достаточно долго, падет и Одесса. На мой взгляд, главный вопрос заключается в том, потеряет ли Украина весь доступ к Черному морю или нет», – полагает Илон Маск.

Конечно, можно возразить, что американский визионер далек от политики и военного дела, так что его видение ситуации навряд ли можно позиционировать как экспертное, но тем не менее наличие логики в его словах отрицать не представляется возможным. Тем более что она, эта логика, подтверждается и уже сугубо экспертным мнением: так, военный аналитик Bild Юлиан Репке видит всего два возможных сценария развития событий: либо происходит заморозка конфликта, либо Незалежная продолжает терять территории (что, собственно, и предсказывал директор ЦРУ Уильям Бернс, говоря о том, что если Вашингтон не разблокирует военную помощь Киеву, то мир увидит в ближайшее время энное число «Авдеевок»). Правда, немецкий аналитик допускает и третий сценарий, могущий предотвратить два предыдущих: это – «если качество и количество западных поставок оружия резко изменятся в течение года, и Украина мобилизует не менее 300 000 солдат в следующие двенадцать месяцев». Но тут же оговаривается, что такой расклад больше похож на «выдачу желаемого за действительное».

О том же самом, по сути, говорит и украинский президент Владимир Зеленский: комментируя в интервью CBS News возможное летнее наступление российской армии (о котором писал влиятельный The Economist), он заявил, что Украина к оному не готова. А спустя несколько дней уже в интервью The Washington Post Зеленский развил эту мысль: «Если нет поддержки США, это означает, что у нас нет ни ПВО, ни ракет «Пэтриот», ни постановщиков помех для радиоэлектронной борьбы, ни 155-миллиметровых снарядов. Это значит, что мы будем идти назад, отступать шаг за шагом, маленькими шагами».

Да и сам французский президент, как сообщает Politico, на закрытом ужине «за блюдом из морепродуктов» говорил, что «Украина может пасть очень быстро».

Поэтому гипотеза Маска о потере Украиной Одессы – она очень и очень реальна. А значит, Макрону все-таки придется отправлять войска на Украину?

Не исключено. Что, понятное дело, автоматически переведет конфликт на новый уровень – уже прямого военного противостояния между РФ и Европой. Правда, надо полагать, на территории все той же Украины (выход за которые и можно будет считать началом третьей мировой).

И главный вопрос: а как в эту схему вписываются нынешние усилия Китая по мирным переговорам (не будем забывать, что Си Цзиньпин собрался в Париж, чтобы попытаться убедить европейских лидеров в необходимости российского присутствия на саммите по Украине, а до этого специальный представитель Китая Ли Хуэй по Украине совершил второе турне, посетив РФ, Украину и Европу)?

Ну альтруистические намерения Китая отметаем сразу – за их отсутствием: зачем прекращать то, что приносит нехилые барыши?

Остается одна версия: по всей видимости, товарищ Си в коалиции с Макроном, в котором он видит главного союзника КНР в Европе, действительно готовит почву к мирным переговорам, перспектива которых на данный момент не очень высока или даже близка к нулю. Чтобы она приобрела реальные контуры – нужен толчок, и довольно ощутимый, прежде всего – для Европы, для которой поражение Украины (а если сейчас Зеленский вдруг пойдет на переговоры, то это будет считаться поражением, ибо переговорная позиция у Киева нынче слабая) будет тождественно своему поражению.

И что может выступить в роли такого толчка?

Начало – в той или иной мере – военной конфронтации Европы с Россией. Вот для этого и нужен иностранный военный контингент на Украине, чтобы ветер третьей мировой не просто прогнозировался политиками и экспертами, но – обжигал лицо. Тогда проблема Украины уже не будет выглядеть чем-то действительно важным, став, скажем так, меньшим из зол. То есть, надо полагать, Незалежная, точнее, ее часть станет разменной монетой в сделке по недопуску третьей мировой и выработке новой архитектуры европейской безопасности, в которой, выработке то есть, Франция будет играть одну из главных скрипок (как-никак, это ее войска отправятся на Украину), собирая гешефты и вырывая из рук Шольца с его позиционированием себя как «канцлера мира» (этот образ, по всей видимости, станет основой его предвыборной кампании) статус неформального лидера ЕС (очевидно, что в рамках наднационального руководства сосредоточены далеко не все – и это еще мягко выражаясь – рычаги власти).

Вряд ли это будут мирные переговоры в полном смысле этого слова, скорей всего, речь будет идти о заморозке конфликта по линии фронта (что-то вроде «корейского варианта»), что позволит каждой из сторон представить такой исход как свою победу (Украине, правда, в меньшей степени). Но проблема в виде российско-украинского конфликта с финансированием последней, возложенной США непосильной ношей на Европу, будет решена.

Да, напряжение между Европой и Россией – в особенности если стартуют боевые действия между оной и НАТО – останется, вероятно, даже на порядок превышая то, что было во времена холодной войны, но кто сказал, что мир вернется к тому состоянию, что было до начала СВО? Как писал поэт, «к старому возврата больше нет». Европу, впрочем, как и Россию, ждет новая геополитическая реальность, контуры которой все четче и четче прорезаются с каждым днем: контуры противостояния. В течение которого, предположительно по мысли Макрона, если взять во внимание все его нарративы, Европа и должна будет трансформироваться в третью сверхдержаву. Разумеется, если не расколется на две (а то и более) части. И вот удастся ли Макрону его авантюра (а такой план, если данное предположение о его наличии соответствует реальности, иначе как авантюрой не назвать, ибо слишком много переменных) – станет ясно уже в этом году (отсутствие американской помощи сделает свое дело). Так что даже большим терпением нет смысла запасаться, а вот провиантом и оружием – самое время: ибо кто даст гарантию того, что ветер третьей мировой не превратится в ураган?

*Телеканал внесен Минюстом РФ в реестр СМИ-иноагентов.