Светлана Крючкова: «Я очень русская»

Она царит на пресс-конференции, как на сцене. То читает монолог своей героини из спектакля «Жизнь впереди», который можно будет увидеть во МХАТе им. Горького 25 и 26 июня. То начинает говорить о поэзии – увлеченно, страстно, цитируя Цветаеву, Ахматову или стихотворение юного Лермонтова. Она – Светлана Крючкова, великая актриса из города на Неве, которая наконец-то приехала в Москву. Гастроли БДТ с ее участием должны были состояться еще в прошлом году, но из-за коронавируса были перенесены на 2021. Московские зрители увидят два спектакля: «Игрок» по Ф. М. Достоевскому и «Жизнь впереди» по роману Эмиля Ажара, французского писателя русского происхождения.

Широкой публике Светлана Крючкова известна по знаменитым фильмам советских времен – «Родня», «Царская охота», «Большая перемена», «Не может быть!», а также по работам постсоветского времени – «Утомленные солнцем» и «Похороните меня за плинтусом». Но театр для нее ничуть не менее важен, чем кино: Светлана Николаевна короткое время играла во МХАТе им. Горького у Олега Ефремова, а затем уехала в Ленинград и стала ведущей актрисой БДТ. Теперь благодаря гастролям театра москвичи имеют редкую возможность увидеть Крючкову на столичной сцене.

Эдуард Бояков

Эдуард Бояков

– Мы очень долго ждали этого дня, – сказал на пресс-конференции худрук МХАТа Эдуард Бояков. – МХАТ исторически был тесно связан с БДТ. Конкретно это здание – МХАТ им. Горького – было сдано в 1974 году, и Светлана Николаевна пришла аккурат в это новое пространство. Но она вышла очень быстро – вышла замуж и уехала в Ленинград уже в 1975-м. Так что возвращения ее мы ждали очень долго… И, конечно, очень символично, что она, вернувшись в Москву, возвращается именно в театр, из которого уехала.

Руководитель благотворительного фонда им. Олега Ефремова Анастасия Ефремова в своей речи процитировала Бродского («раздаваться будет только благодарность») и с волнением вспомнила, как приходила в МХАТ в годы своей учебы:

– Это очень важное лично для меня здание, потому что я училась в ГИТИСе неподалеку. Я помню здесь каждый сантиметр, я помню каждый спектакль, каждую мизансцену, каждую перемену света…

Говоря о гастролях, которые состоялись при активном участии фонда, Анастасия Олеговна рассказала, что зрители не стали сдавать билеты в прошлом году, когда из-за всех связанных с коронавирусом обстоятельств стало известно, что гастроли БДТ вынужденно откладываются.

Анастасия Ефремова

На фото: Анастасия Ефремова

Затем слово взял Роман Мархолиа, режиссер постановок «Игрок» и «Жизнь впереди»:

– Мы знаем друг друга со Светланой Николаевной давно, работаем больше 20 лет, и нам до сих пор не скучно. В этом есть какой-то феномен, потому что – мало тайны осталось, понимаете? Личности – они стерты, особенно в театре. Все всё умеют, но это немножечко другая история. А вот монстров – в хорошем смысле – не встретишь, таких чудовищ театральных, и это, конечно, удивительно, потому что в них вся тайна. Мы идем в театр, чтобы соприкоснуться с ними, увидеть то напряжение жизни, которого нет даже в жизни. Вот Светлана Николаевна способна это транслировать и потому, наверное, так притягательна… Ей верят, несмотря на турбулентность времени. Ведь должны быть какие-то ориентиры, и в театре сейчас еще больше ищет зритель: кому можно верить? 

Светлана Николаевна начала с разговора о поэзии, которая занимает в ее жизни огромное место, и напомнила, что часто приезжает в Москву с поэтическими программами.

– Мандельштам, Цветаева – 4 программы у меня по Цветаевой, 4 по Ахматовой. Я работала вплотную со специалистами по изучению творчества и жизни наших поэтов. Мы сделали программу к 80-летию Геннадия Федоровича Шпаликова – никто не сделал, а мы сделали. 

 

Я почему говорю так много о поэзии – чтобы вы поняли: я не сидела и не ждала, когда мне предложат роль. Никто не придет и никто не предложит. После того, как ушел Георгий Александрович Товстоногов, у которого я была занята в каждом спектакле – кроме «Оптимистической трагедии» – он ушел в 1989 году, и… «Давайте мы ей покажем, кто она тут на самом деле», – насмешливо изображает своих театральных недругов Светлана Крючкова. – И только московские приезжие режиссеры, которые приезжали в БДТ, брали меня в свои работы.

Она говорит своим великолепным глубоким голосом, вспоминает разные моменты, сидя за круглым столиком, на котором пламенеет букет подаренных алых роз. И в какой-то момент происходит чудо, которое почувствовали все журналисты, сидящие на пресс-конференции в несколько плотных рядов: мы – зрители, Светлана Николаевна – на сцене перед нами, и ее монолог, то иронический, то патетический, который течет свободно, как река – можно сказать, моноспектакль, где огромный талант сочетается с огромным чувством собственного достоинства, колоссальным личным обаянием и в то же время неподражаемой самоиронией. 

Эдуард Бояков, Роман Мархолиа и Светлана Крючкова

На фото: Эдуард Бояков, Роман Мархолиа и Светлана Крючкова

Поскольку размеры статьи ограничены, придется привести лишь несколько цитат Светланы Николаевны:

– С Романом Михайловичем (Мархолиа) мы успели поработать еще здесь, в Москве, в Центре Галины Вишневской. Он поставил замечательный спектакль (имеется в виду «Квартет», об артистах, которые отдали жизнь искусству)… Василий Дмитриевич Поленов в письме Васнецову писал: «Искусство должно нести свет и надежду, потому что жизнь грязна и жестока». Главным действующим лицом этого спектакля был Его Величество Театр…

У него (Мархолиа) были все время ко мне предложения – играть что-то западное. А я все время ему объясняла: я очень русская! Русская, хочу русское играть, потому что я знаю русский характер… Так, как я его знаю, его никто не знает. 

Никогда в жизни ни одна иностранная артистка не сможет сыграть Раневскую (в «Вишневом саде»), знаете почему? Потому что под дулом пистолета она не скажет: «Серебра нет, ну все равно, вот вам золотой». Да ни одна иностранка никогда этого не сделает! – со смехом добавляет Светлана Николаевна. – Золотой вместо серебра – никогда. Замужем за алкоголиком, умер, – второй алкоголик у нее уже появился. Нет совершенно никакого расчета, все по сердцу…

Я верю Роману, у него есть одно удивительное качество – он очень меня чувствует. Я прихожу на первую репетицию – я не имею понятия, как это играть. Я не тащу за собой груз штампов, которые я наработала… Я просто отдаюсь полностью в руки режиссера, а он руководит. Я ему верю на 100 процентов, а он вдруг открывает во мне то, что не только для журналистов было закрыто, и для зрителей, которые меня любят больше, чем журналисты, – но и для меня было скрыто, понимаете?

О предстоящих спектаклях Светлана Крючкова рассказала:

– «Игрок» для меня – совершенно неожиданная роль. Неожиданная форма – современная, это не классический спектакль… Не изменены текст и смысл Достоевского, все соблюдено, но подано другим театральным языком, более доступным – даже современному поколению.

Когда Рома (режиссер) мне сказал: «Вы, Светлана Николаевна, будете петь песню группы «Раммштайн», – я сказала: «Рома, ты сошел с ума». Мало того, что я эту группу не воспринимала никак, но я же еще немецкого языка вообще не знаю. Но так вот Бог распорядился, что меня унесло в Германию, потому что здесь меня просто откровенно проворонили (Светлана Николаевна имеет в виду свою болезнь), и на 3 месяца я там осталась на лечение. И каждый день я пела эту песню, глядя в листочек… и вдруг, в конце пребывания в Германии, все буквы стали на свои места, я пою и все понимаю…

Я куражистая, я хулиганка. Я не боюсь пробовать и показаться кому-то глупой. Или кому-то бездарной – это проблемы того, кому покажусь такой. Это отнюдь не мои проблемы и не проблемы режиссера.

«Жизнь впереди» – роман потрясающий. Я 25 лет мечтала сыграть мадам Розу. Потому что круг вопросов, которые возникают на протяжении чтения романа – и просмотра спектакля, – он охватывает всю человеческую жизнь.

Здесь она неожиданно для собравшихся упоминает Лермонтова, который в 15 лет написал «Я не унижусь пред тобою…», и читает целиком все стихотворение, после чего возвращается к юному герою романа, которого судьба свела с мадам Розой.

– Он с такой зрелой душой, и вдруг происходит соприкосновение его души с душой мадам Розы, которая видела все в этой жизни, всю грязь и предательство, и измены, и равнодушие. И она уже на пороге ухода, она между жизнью и смертью. И эти две души так соприкасаются, что если бы они были одного возраста, это было бы то, что мы называем у людей «пара». Две половинки одной души…

После рассказа о предстоящих спектаклях присутствующие журналисты начали задавать вопросы, причем первый касался современной поэзии – кого бы Крючкова включила в свою программу. 

– Дело в том, что человеческая жизнь – она ограничена. Мы недолго живем. Она такая короткая на самом деле… Я прыгаю туда, где по моему уровню тренировки подходит глубина. А прыгать по щиколотку, чтобы сломать ноги, я не хочу. Там мелко, и я сломаю себе что-нибудь. Я всегда говорю, что я переводчик в разговоре поэта со слушателем. Что, скажите мне, я могу понять и предъявить современным мальчикам и девочкам? Они, во-первых, рифмой не владеют. У них очень бедный словарный запас. Они изливают какой-то поток сознания, не в рифму и в никуда…

Так же обстоятельно, твердо и спокойно Светлана Николаевна отвечала на вопросы о Виктюке, с которым ей довелось поработать в начале своего творческого пути, об Эфросе, вспоминала Анатолия Кторова и других замечательных артистов, с которыми ее свела судьба. 

– Когда я заканчивала институт, меня приглашали в пять театров: «Ленком», театр Станиславского, театр «Современник», театр Маяковского и к Олегу Николаевичу в Московский художественный театр. И пойди я в другую сторону, я была бы другая.

Светлана Крючкова

Фото автора

Вопросы сыпались один за другим. Наш вопрос был связан с началом карьеры Светланы Николаевны во МХАТе:

– В 1974 году вы играли в пьесе Булгакова «Последние дни», где режиссером был Станицын, который знал Булгакова лично. Он что-нибудь говорил о Михаиле Афанасьевиче? Вообще, что осталось в памяти о том спектакле?

– Это была ученическая для меня работа, я только начинала. Станицын играл Жуковского, Кторов играл Дубельта. Нет, Станицын не рассказывал ничего о Булгакове, о нем рассказывал Илья Александрович Авербах, когда мы ехали с ним в «Красной стреле» незадолго до его ухода из жизни. Он собирался ставить «Белую гвардию» и рассказывал всю ночь. Мы сидели у него в купе, пили чай, и он рассказывал мне подробности…

Ждем спектакли с участием Светланы Крючковой на мхатовской сцене с 22 по 27 июня. После них, по словам Светланы Николаевны, она приступит вместе с Романом Мархолиа к репетициям новой пьесы, но какой именно – пока секрет.

Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии