СУЩЕСТВУЕТ ЛИ ЛИБЕРАЛЬНАЯ ЦЕНЗУРА?

2 недели назад

Надвигается книжная ярмарка non/fiction– большое событие в культурной жизни страны. В столицу съедутся самые разные издательства и букинистические магазинчики, будут встречи с писателями и презентации новинок. Обычно за месяц до открытия отечественные критики меряются списками: на каких авторов обратить внимание, а какие издания должны оказаться в домашней библиотеке. В этом году всё пошло по другому сценарию…

Иллюстрация: Bill Kerr/Flickr

Сначала экспертный совет отказал издательству «Питер» в презентации трёх поэтических сборников – Ольги Старушко́ (пора бы запомнить, как произносится её фамилия!), Анны Ревякиной и Игоря Караулова. Причины отказа озвучены не были. Экспертный совет сохраняет за собой право не объясняться. В условиях участия в ярмарке прописано, что книгу могут не допустить, если та не соответствуют определённому художественному уровню. Или – далека от литературы в самом широком смысле слова.

Естественно, общественность возмутилась. После 24 февраля появился небывалый читательский интерес к поэзии. Особенно к той, которая пытается осознать, что происходит во время специальной военной операции на Украине.

Анна Ревякина (Донецк) с самого начала во всей этой истории, её поэма «Шахтёрская дочь» гуляла по премиальным спискам ещё несколько лет назад – и члены экспертного совета (а он – сюрприз!!! – во всех литературных институциях, будь то премии, ярмарки или что-либо ещё, плюс-минус один и тот же).

Ольга Старушко́ (Севастополь) давно пишет и пишет на серьёзном уровне. Какая-то часть литературного сообщества заметила её после 2014 года, какая-то – не может не заметить сейчас. Такие крепкие, волевые, исполненные мужества стихи далеко не у каждого мужчины получаются.

Игорь Караулов (Москва) давным-давно всем всё доказал. Во всех политических лагерях. И то, что сегодня его пытаются замолчать или отменить, выглядит смешно. Кто его отменит? Он же памятник!

В общем, три поэтических сборника от трёх важных для нашей литературы поэтов – это событие. Тем более что вышли они не в скромном поэтическом издательстве, рассчитанном на то, что книжечки раскупят сами поэты, другие поэты и друзья поэтов, а в крупном издательстве «Питер», которое до этого выпускало разве что живого (тогда) классика Эдуарда Лимонова.

Тем не менее, экспертный совет non/fiction отказал в презентации. Однако вскоре – после волны народного возмущения – был вынужден отозвать своё решение и дать провести презентацию. И было бы странно, если бы вместо Ревякиной, Старушко́ и Караулова вышла бы очередная психологиня и начала спич «Танцуйте свою жизнь! Как вернуть себе себя!» или девочки с разноцветными волосами провели бы очередной паблик-ток о феминизме. Ну несерьёзно это.

На этот раз либеральная цензура не сработала. Но руки-то у неё чешутся, поэтому спустя несколько дней всё тот же экспертный совет фактически отказал в проведении презентации новой повести Александра Пелевина – «Гори огнём». Ну как отказал? Не ответил ничего по заявке издательства «Городец», по всем остальным позициям нашлось что сказать, а по Пелевину– нет.

Книга между тем важная. Я уже прочитал и как-нибудь напишу отдельную рецензию. «Гори огнём» – это история о власовце Иване Гуляеве, который из раза в раз делает выбор в пользу предательства. Получился тонкий психологический портрет целого социологического типа в русской культуре. И читается книга на фоне всех современных событий – очень грустно и одновременно весело. Стольких современников узнаёшь– обхохочешься… Или наплачешься – как повезёт.

И вот художественная книга о психологии предательства тоже не устроила экспертный совет. Опять поднялось народное негодование. И в итоге устроителям ярмарки пришлось пойти на уступки.

Несколько лет назад не пускали для участия в ярмарке Анну Шафран с книгой «Государство чести. Монархия – будущее России» (как думаете, кто издал? Конечно, «Питер»). Тогда был большой скандал. Поднимался вопрос: существует ли в наши дни цензура и тем более – либеральная цензура? Сначала экспертный совет пошёл в отказ. После выступила Ирина Прохорова как член экспертного совета и публично ответила: «Если у нас и существует цензура, то она точно не либерального толка. Это я бы хотела подчеркнуть. Если мы отказываем коллегам, то мы на это имеем право и у нас есть целый ряд соображений». Кажется, там уже все запутались.

Но давайте разберёмся вместе с вами.

Это всё были самые свежие истории. И, к нашей радости, со счастливым концом. Но были случаи и не такие удачные. Всё-таки 24 февраля породило не только специальную военную операцию, но и, смею надеяться, специальную культурную операцию.

Расскажу, как работала либеральная цензура до этого момента.

Буквально весной-летом этого года произошёл очередной скандал. Анна До́лгарева (недорогие оппоненты, выучите уже, как правильно произносится и эта фамилия!) выиграла «Филатов-Фест» и прошла в короткий список молодёжной премии «Лицей». Среди тех, кто мог составить ей конкуренцию, серьёзно можно говорить разве что о Ростиславе Амелине, Антоне Азаренкове и Ольге Скорлупкиной. Но и то – в узких филологических кругах, не более того. Все ждали, что и в рамках «Лицея» если не первое место, то одно из призовых мест достанется Долгаревой. Увы, это не произошло. Во время торжественной церемонии её демонстративно провели мимо всех призовых мест и – так уж и быть! – дали приз читательского голосования. Когда же экспертный совет увидел, что Долгарева пришла в футболке с символикой ДНР, попросил её никак не высказываться во время торжественной речи о политике. Анна и не стала. Зато стала Ольга Скорлупкина, выступившая против СВО.

«Все животные равны, но некоторые равнее других» – так, кажется, было у классика?

Аналогичная история приключилась с Михаилом Елизаровым. После долгого затишья он выпустил эпохальный роман «Земля», который покорил всех и вся. Критик Константин Мильчин писал: «Это лучший текст шорт-листа и лучшая книга на русском языке за последнее время. “Земля” должна выиграть и, с большой вероятностью, выиграет. По крайней мере в тройку попадет точно». Все понимали! Ну за исключением членов экспертного сообщества. Книга получила премию «Национальный бестселлер», чуть позже сам Елизаров со стихами и песнями получил «Григорьевскую поэтическую премию». И всем было понятно, что он должен получить и «Большую книгу», раз уж дошёл до короткого списка. Но премию – опять-таки демонстративно!– отдали Александру Иличевскому, Тимуру Кибирову и Шамилю Идиатуллину.

Удивительно, но и эти истории– более-менее счастливые, потому что Долгареву и Елизарова вообще допустили до участия. Дело в том, что после 2014 года (а на самом деле и намного раньше) либеральная цензура вычёркивала из всех сколько-то значимых литературных премий имена поэтов и прозаиков, поддержавших Донбасс.

Андрей Рубанов, Герман Садулаев и Захар Прилепин за всё это время ни разу не попали в короткий список «Большой книги». При том, что у первого выходили романы «Финист – Ясный сокол», получивший премию «Национальный бестселлер», и «Патриот», получивший «Ясную Поляну»; у второго – «Готские письма», получившие «Ясную Поляну» (а может быть, самая лучшая книга самого Садулаева – «Земля-воздух-небо» о чевэкашниках– вообще не была замечена литературным сообществом); у третьего –появилась фундаментальная биография Сергея Есенина (такого точного анализа и глубокого погружения в жизнь поэта нет ни у Лекманова и Свердлова, ни у отца и сына Куняевых, ни у кого-либо ещё), которую опять-таки демонстративно не заметили.

Или вот история – на уровне издательств. У нас в стране вообще-то не так много людей, издающих поэзию. Качественно это делающих– и того меньше: чтобы пересчитать, хватит пальцев на одной руке фрезеровщика.

Есть издательство «СТиХИ» – «Сибирский тракт и хорошие индивидуальности». Оно выпустило книги Виктора Куллэ, Анны Долгаревой, Евгения Чигрина, Владимир Безденежных, Игоря Караулова, Максима Жукова, Германа Титова, Михаила Свищёва, Вадима Степанцова и т. д. То есть очень и очень серьёзное издательство. Но вот беда: их просто не замечают поэтические премии. На них стоит запрет. «Московский счёт», например, собирает всё, что выпущено в Москве, и выбирает лучшие книги. Так экспертный совет этой премии отказал «СТиХам» на том основании, что свои книги они печатают в Твери. Чушь! Бред! А вот так работает либеральная цензура.

Про публикации в «толстых» литературных журналах – я вообще молчу. Это большая редкость для тех, кто в 2014 году выступил в поддержку присоединения Крыма. Книги выпускаются – это всё-таки бизнес, а вот когда начинается перераспределение символического капитала, тут двери закрываются, начинает работать экспертный совет, включаются чёрные списки и одна рука начинает мыть– допустим, другую руку.

Доходит до смешного. Есть сайт «Журнальный зал», где собраны ведущие «толстяки» (да и не только ведущие…). Попасть туда – значит, привлечь новых читателей. Там тоже есть экспертный совет (как вы помните, он везде в литературе плюс-минус один и тот же). И он на корню зарубил возможность для одного регионального «толстяка» стать частью «Журнального зала». Экспертный совет поставил условие: выведите из редакционной коллегии одного великого писателя земли русской, и тогда мы вас примем; а нет – так нет. Естественно, главный редактор даже не допустил мысли отказаться от своего земляка. И правильно сделал.

Надо ли говорить, что все «толстяки», премии, книжные ярмарки финансируются за счёт государства?.. Вопрос к простому читателю: так существует ли либеральная цензура? Думаю, ответ очевиден.

Что с этим делать? Как показывают последние истории с ярмаркой non/fiction, надо всё выводить в область публичного. Чем больше людей узнает об этой некрасивой подковёрной борьбе, тем проще будет продавливать своих авторов и свою литературу.

Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Раз в неделю мы отправляем дайджест с самыми популярными статьями.
АКТУАЛЬНЫЕ МАТЕРИАЛЫ