Новая нижегородская антология поэзии

К восьмисотлетию Нижнего Новгорода издательство «Книги» выпустило двухтомную антологию «Коромыслова башня»: одна книга – поэзия, вторая – проза. Сегодня мы поговорим о стихах. Их отбирали для издания Владимир Безденежных и Денис Липатов – не только прекрасные поэты, но и люди, тонко чувствующие genius loci родного города.

Фото: vremyan.ru

О задачах антологии

Одна из задач «Коромысловой башни» – дать актуальный срез нижегородской поэзии, поэтому от участников просили новые и по возможности ещё не публиковавшиеся тексты. Однако при решении такой задачи есть целый ряд трудностей: новые стихи не всегда смотрятся выигрышней старых; малопишущие поэты вынужденно дали уже известные тексты; в итоге получается не сборник лучших произведений лучших авторов, а, как говорили раньше, «живая газета». Всему этому, правда, есть пара рациональных объяснений. Во-первых, делать в XXI как все и как всегда – моветон. А во-вторых, надо учитывать опыт предшественников.

В 2011 году уже выходила антология нижегородской поэзии – «Лит_ПЕРРОН»: её составляли Олег Рябов и Захар Прилепин, а выпускало местное отделение «Новой газеты». Получилось ярко, громко и на всю страну. Тогда во главу угла ставился как раз-таки принцип лучших текстов от лучших авторов. Спустя десять лет делать то же самое – как минимум странно, как максимум – глупо. Поэтому составители решились на иной формат – актуальный срез.

В чём преимущество такого подхода? Мы имеем дело с живой книгой. Да, гениальные авторы представлены не лучшими своими произведениями; да, не всегда понятно, почему тот или иной человек «дорос» до уровня городской антологии; и ещё можно привести десятки головосогбенных «да». Но с точки зрения историко-культурного процесса (а не с сиюминутной т. з.!) – это очень важная работа. Работая с антологиями прошлого – пятидесятилетней, столетней давности – видишь, насколько необходимо это дело.

Человек, допустим, при жизни нигде практически не публиковался, но попал в подобный сборник. Ты его прочитаешь, влюбишься в стихи, будешь искать, выходить на контакт с составителями, полезешь в архивы – и в итоге обнаружишь натуральный золотник, который, как известно, мал, но дорог. Сколько таких историй! Сколько сейчас выходит книг забытых поэтов Серебряного века и Бронзового века (термин Славы Лёны)! А всё оттого, что поэт в своё время попал в антологию.

Другая задача этой антологии – дать поэтический образ родного города. И тут никаких вопросов не возникает. Справляются не только авторы, но и филолог Алексей Коровашко, написавший предисловие к книге. Он подробно показал, как составляется genius loci, у каких поэтов какие городские локусы проявляются и как всё это работает.

Иной читатель, ознакомившийся с антологией, может приехать в город и ходить по его улицам, восклицая: «А вот Почаинский овраг, о котором писал Ларионов!», «Вот та самая Караваиха Безденежных!», «А вот и сам Денис Липатов идёт по Большой Покровской – как его не узнать? – заедает пивас шаурмой!» И подумает читатель: «Надо немедленно выпить… зелёного чая. Как Софья Грехова!»

О поэтах

Если говорить о конкретных именах, то необходимо отметить следующих нижегородцев.

Фото: vremyan.ru

Софья Грехова (р. 1984) очень женственна. Её поэтика строится на перманентной звукописи и внутренних рифмах. Темы – и донельзя откровенные (уход отца из семьи), и романтически-«девачковые» (психологически комфортная жизнь в рубашке возлюбленного). Всё вроде бы очень и очень просто, но такой тематический резонанс срабатывает. И срабатывает именно благодаря такой выборке текстов.

Такие девочки подрастают – ну просто душки:

Тихо умеют реветь в подушку, курить взатяжку,

Тонкие пальчики, щиколотки… Веснушки

Золотом сыплются с плечиков под рубашки <…>

Девочкам этим… Но кто им поставит рамки

(Кто им поставит рюмки – вопрос насущней…).

Так подрастают трогательные подранки

Жизни красивой, но вряд ли благополучной.

Вадим Демидов (р. 1961) дал публикации в антологию подборку из верлибров и гетероморфных стихов. И несказанно удивил: мы знаем, что Демидов пишет гениальные песни, крепкую прозу и хорошие стихи. Сами понимаете: при таком разноплановом потоке текстов трудно держать планку – и периодически вынуждено сдаёшь позиции. Но тут составители отобрали то, что нужно. Каждый текст работает от начала и до конца – будь то история про ангела-хранителя водителя автобуса № 43, про метафорическое ширяние рок-музыкой или про встречу одноклассников с последующим походом в BDSM-салон к их однокласснице – Демидов сохраняет напряжение до самого конца.

При этом надо понимать, что верлибров сегодня пишется как никогда много, но такого уровня – крайне мало. Право слово, тут не только в антологию нижегородской поэзии можно ставить эти стихи, но и в антологию верлибра.

Дмитрий Зернов (р. 1975) сменил регистр. Если раньше он писал от некоего «Мы» – чаще всего это была традиционная семья, но периодически возникало и поколенческое «Мы» (в книге «Глиняный поросёнок и поросёнок пластмассовый» это доведено до удивительного полифонического звучания) – то сейчас у него появился лёгкий абсурдизм и бряцание омоформами:

Чадо ничему не верит.

Чудо сплюнуло сквозь зубы.

Цирк был мним и эфемерен.

Труппы развлекали трупы.

Языковые эксперименты всегда любопытны, но за ними что-то должно стоять. Если не стоит ничего, то о чём говорить? Остаётся одно лингвистическое упражнение.

Марину Кулакову (р. 1962) можно объяснить, как это ни странно, через известные цветаевские строчки: «Кто создан из камня, кто создан из глины, / А я серебрюсь и сверкаю! / Мне дело – измена, мне имя – Марина, / Я – бренная пена морская». Поэтика Кулаковой – «морская»: строчки разных размеров подобны волнам; внутренние рифмы – подстёгивают их бег; лёгкость и ветродуйность в каждом слове. И, естественно, повсюду разлита колоссальная женская энергетика. И в отличие от цветаевской – это, несмотря на видимое роково́е звучание, положительная энергетика.

Читайте – наизусть!

Из уст, из устья речи

Рождается заря, – озвучивайте, пусть

Дивится темнота на пламень человечий –

Читайте наизусть!

 

Читай летний бег

И сумрак снежно-белый,

Частушки городков и рек великих грусть.

Пусть в ваши голоса вольются птицебеллы –

Читайте

Наизусть!

Дмитрий Ларионов (р. 1991) обладает, пожалуй, самым богатым вокабуляром. Вроде бы он пишет о самом насущном: городские пейзажи, друзья и близкие, любимые культурные феномены с ностальгическим и даже элегическим звучанием; но выходит концентрировано и сочно. А всё потому, что поэт живёт с обострённым слухом: он вслушивается в окружающее пространство и запоминает какие-то диковинные слова и выражения, он много читает и запоминает если не напрямую, то на подсознательном уровне. Впрочем, судите сами:

Но, может быть, в той долготе играют песенки «Хронопа»:

сидишь на солнечной траве, а к Богу в гости стопом –

через огни и облака. Такой сомнительный попутчик.

Или небесный BlaBlaCar. Наверное, так лучше.

Олег Макоша (р. 1966) – в первую очередь крутой прозаик, а уже потом поэт. По крайней мере, у него такое самоопределение. Тем не менее, и его стихи заслуживают пристального внимания. Они самые простые: поэтика традиционная, тропы и фигуры речи стандартные, но Макоша, в отличие от многих, обладает главной литературной ценностью – богатым жизненным опытом. А в купе с недюжинными писательскими способностями это даёт результат: провинциальные нарративы накладываются на архитектонику советских баллад – и случается чудо, и, как писал классик, настроение улучшается.

В чём-то похожим на Олега Макошу оказывается Олег Рябов (р. 1948): он тоже чересчур традиционен, максимально ясен и прост, но у него сказывается уже не только и не столько жизненный опыт, сколько культурный пласт, который он волей-неволей задевает – и в текстах, и в мироощущении. Макоша может говорить как на языке слесаря, так и на языке библиотекаря – Рябов же исключительно на «высоком штиле» (беру в кавычки, потому что не совсем всерьёз), но о многом. Чувствуете разницу? Вот, например, отрывок из «Баллады о буфете»:

Он мог бы рассказать, как сотню лет

Назад он был важней, чем гости, дети,

И кучер шлёпал пешим по земле,

Когда его везли в большой карете.

И как в день свадьбы или похорон,

А чем событий важность мне измерить,

Когда навстречу гордо, широко

Ему открыты были обе двери.

Здесь и предмет поэзии, и язык её расходятся и сходятся одновременно: ну что такое буфет? Предмет кухонного гарнитура и не более. А с другой стороны, буфет… У Андрея Битова дома стоял как раз-таки такой – огромный, потемневший от времени, когда-то собранный то ли отцом писателя, то ли его дедом – и был самым настоящим предметом гордости. Я к тому, что такие нюансы надо знать и понимать. Люди моего поколения и младше – вряд ли смогут осознать, с чем имеют дело, ежели с этим не столкнутся. А люди старших поколений и тем более такие ходячие памятники (в самом хорошем смысле!), как Олег Рябов, – памятники себе, былой и настоящей культуре, истории и т. д. – они воспринимают такие детали быта совсем-совсем по-другому. Для них это уже часть чего-то большего, что вполне легитимно становится предметом большой литературы.

***

Если говорить о тех, кого остро не хватает в антологии, то надо упомянуть как минимум пятерых прекрасных поэтов – Алика Якубовича, Павла Пиковского, Софью Александрову (Оршатник), протоиерея Владимира Гофмана и Марию Затонскую. Наверняка, кого-то забыл. Но это свидетельствует в том числе и о том, насколько нижегородская поэзия (да и русская в целом!) богата именами и стихами: упустили пятерых, но и опубликовали несколько десятков.

С поставленными задачами составители справились. Лирическую планку держат и даже более – снова оказываются впереди России всей.

Надо заметить, что подобные антологии в иных городах – большая редкость. Вологда и Санкт-Петербург ещё – и в принципе всё. Москва никогда не будет на такое способна – слишком большая и слишком разобщённая. На Урале если и объединяться, то нескольким городам: худо-бедно что-то из этого выйдет. Казань, Рязань, Курск, Ростов-на-Дону, Владивосток, Калининград (беру не случайные города, а те, в которых есть яркие авторы) просто не наберут должного количества поэтов достойного уровня. А Нижний Новгород – что и говорить?! – самая настоящая поэтическая аномалия.

Поэтому читайте их сегодня, ибо завтра кого-то из них будут изучать в школе ваши дети.

Коромыслова башня. Современная нижегородская поэзия. / Сост. В. Безденежных и Д. Липатов. – Нижний Новгород: Книги, 2021.

Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии