Мохито для пьяного Ленина

…Однажды я беседовал с кубинцем по имени Ленин. Это довольно популярное на Кубе имя, я даже встречал в трёхзвёздочном отеле Гаваны сразу двух работников ресепшена – одного звали Ленин, другого – Сталин.

Памятник Ленину в Гаване, фото: agentika.com

Так вот, с товарищем Лениным мы пили мохито в баре близ набережной Малекон и шепотом беседовали о политике.

«Мне, честно говоря, надоело жить по талонам на продукты, стоять в очередях, не иметь возможности купить машину, платить бешеные деньги за Интернет, – жаловался однофамилец Ильича. – Поверь, тут все ждут, когда братья Кастро умрут, чтобы скорее наступил капитализм».

Основная проблема демонстраций, сотрясших сейчас «остров Свободы» – коммунисты думали, что народ вполне достаточно кормить лозунгами «Социализм или смерть!», а либералы наивно уверились – после смерти Кастро они заживут богато, прямо как в США. Естественно, пролетят и те и другие. Однако сейчас вне Кубы гадают – удержится ли у власти один из последних коммунистических режимов, уцелевших после краха СССР?

Фидель Кастро

Фидель Кастро. Фото: thedailybeast.com

Покойный Фидель Кастро был не только романтиком, но и циником. Его дочь Алина Фернандес (ныне живущая в США) в своё время поведала мне в интервью:

«Фиделя не шокировал распад Советского Союза и прекращение экономической помощи. Он сказал – русские коммунисты слабаки, но мы-то сильны и обязательно устоим».

СССР больше не давал валюту – Кастро получил миллиарды долларов от канадских, европейских и мексиканских туристов, построив новые отели на курортах Варадеро, Ольгин и Кайо-Коко. Не стало бензина – команданте подружился с президентом Венесуэлы Уго Чавесом и обрёл от него нефть практически бесплатно.

Фидель по-прежнему держал всё под личным контролем: например, в девяностые годы разрешил открыть частные рестораны и вскорости… закрыл их – ведь люди перестали ходить в государственные кафе с плохим обслуживанием и ужасной едой. Правда, затем частному общепиту позволили работать снова: принципы социализма дело хорошее, однако одними лозунгами сыт не будешь.

Фото: turcalendar.ru

С появлением на острове толп туристов население получило дополнительный заработок. Кубинские зарплаты крайне низкие (10-15 долларов США ежемесячно), набор продуктов питания на месяц (сахар, подсолнечное масло, консервы, кукурузу, бананы, курицу) можно за символическую цену приобрести по карточкам, цены же в коммерческих магазинах выше, чем в соседней Америке.

Частники «крутились» – сдавали гостям комнаты (средняя цена – $25 в сутки), подвозили туристов на старых «москвичах», открывали сувенирные магазинчики, кафешки, горячие девушки дарили иностранцам любовь за скромную плату – обществом сей заработок не осуждался. И в общем всё всех устраивало: народ хаял коммунистов на кухнях, но на улицы не выходил.

Коронавирус перевернул ситуацию вверх тормашками. Почти полтора года в городах Кубы нет туристов, им позволено жить только на курортах-резервациях а-ля Варадеро: а значит, нет работы и денег. Электричество отключают на 6 часов в сутки, и сие удовольствие довольно сомнительное. Я отлично помню, как в городе Сьенфуэгосе тусил на улице, ожидая, пока включат энергию, и глотал раскалённый воздух: кондиционеры не работали.

«Куба – фабрика полиции, – жаловался мне пьяный компаньеро Ленин в промежутке между коктейлями. – На 11 миллионов населения у нас целый миллион полицейских и сотрудников госбезопасности. Контролируется всё, и им помогают дружинники из районных «комитетов защиты революции»».

Это действительно так – поднимать лапки кверху типа Януковича кубинские коммунисты отнюдь не собираются, у них вполне достаточно сторонников. Понятное дело, что может получиться по-разному. Например, как в Ливии – поначалу власть Каддафи в городах обвалилась за считанные часы, а затем повстанцам помогли бомбардировки ВВС НАТО. Или как в Венесуэле, где западная поддержка оппозиции вовсе не выкинула из кресла президента Николаса Мадуро. Или в Белоруссии… Ну чего мне вам рассказывать, небось и сами знаете.

Если полиция и армия получают от режима хорошие деньги, считаются элитной прослойкой общества, им есть что терять: поэтому силовики будут охотно бить и тащить в кутузку протестующих. В джунгли демонстранты на Кубе воевать не пойдут, время, знаете ли, не то. Им айфон и фотки в «Инсту» хочется прямо сейчас, а не с автоматом и бородой годами по горам бегать.

Фото: euronews.com

Виноваты обе стороны. Кубинская власть испугалась проводить реформы в стиле Китая: хотя именно китайцы хором забыли про политику, бросившись зарабатывать бабло.

Вожжи отпускали медленно и неохотно – интернет на острове по карточкам (как у нас в девяностые) и ещё недавно стоил безумно дорого – два доллара в час. Сами карточки часто в продаже не найти – приобретали у спекулянтов. С продуктами в магазинах хреново (да и магазины представляют собой весьма убогое зрелище), с лекарствами – тоже: сказывается 60-летнее экономическое эмбарго США.

За более чем полвека люди изрядно утомились жрать одни лозунги и обещания лучшей жизни, давясь в очередях за дефицитом и низкокачественной едой. Иностранец на Кубе для её жителей словно ходячее месторождение нефти: прогулявшись по Гаване в первый раз, я получил предложения переспать сразу от пяти мулаток, прикупить украденные с фабрики сигары, зайти выпить коктейль в бар, взять такси и просто просьбы:

«Дай срочно доллар, мне жить не на что».

Заводы и фабрики, построенные спецами из СССР, давно стоят заброшенными. Мы подарили Кубе кучу промышленности, с коей она оказалась не в состоянии управиться.

Это одна сторона. Другая – вышедшие на улицы демонстранты, поражающие своей глупостью и наивностью. Реально, они напоминают нас с вами в 1991 году.

Все оппозиционеры, беседовавшие со мной на Кубе, твёрдо считали: после свержения социализма на острове сохранится лучшая в Латинской Америке бесплатная медицина, безопасность (в отличие от других южноамериканских городов, в Гаване можно спокойно гулять по ночам) и отсутствие организованной наркомафии.

Не-не, я не шучу – они правда так думают. В Эквадоре от COVID-19 умерло 22 000 человек, а на Кубе – меньше двух тысяч, но демонстрантов успехи кубинской медицины не утешают – «властям следовало работать лучше, бесконечные карантины достали». «Мы заживём, как в Соединённых Штатах», – мечтательно восторгался набравшийся сеньор Ленин.

«Думаю, вы будете жить, как на Гаити, – цинично сказал я. – Нищее население без медицинской помощи, роскошные виллы наркобаронов и бои между бандами наркоторговцев, безработица и разруха».

Ленин со мной, безусловно, не согласился. Ему точно известно – стоит свергнуть коммунистическую диктатуру, и ты автоматически попадёшь в райские кущи.

Короче, чем именно закончится нынешняя «буча» на Кубе – мне пока неизвестно. И коммунисты, и демонстранты не желают хоть немного задуматься о последствиях собственных поступков. Одни собрались защитить революцию с талонами, без еды и электричества, другие полагают, что после свержения режима упадут в бочку с мёдом и баксами. И да, забыл упомянуть: бухать с кубинским Лениным для меня тогда вышло накладно – у товарища не было денег. Заплатил за нашу попойку я, как приезжий из бывшего СССР. Коммунисты и оппозиция на Кубе всегда не прочь выпить на халяву.

Пожалуй, это единственное, что их в данный момент объединяет.

 

Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
5 комментариев
Новые
Старые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Михаил Смирнов
Михаил Смирнов
3 месяцев назад

Неделю назад полемизировали с Жоржем на эту тему в ФБ и на тебе — статья. Прям хоть требуй соавторства :о)

Марк
Марк
3 месяцев назад

» коммунисты думали, что народ вполне достаточно кормить лозунгами «Социализм или смерть!» » — прямо вот так и думали? или это домыслы человека, который не очень понимает в экономике? то есть виноваты только неправильно думающие люди, а санкции США, географическое положение, отсутствие ресурсов непричём?

про заводы и фабрики, с которыми якобы оказались не в состоянии управиться — а ничего, что для товарного производства нужны как сырье , так и рынки сбыта? и в условиях санкций с этим тоже непросто.

короче, как обычно у Георгия, однобокая антисоветская позиция.