Чем станет 2027-й для Украины: годом переговоров или капитуляции?

Судя по всему, западный консенсус по Украине, начинает давать основательные трещины. И трещины эти идут не по линии идеологических разногласий, а по самой прозаической – финансовой и политической усталости. Поездка Стива Уиткоффа и Джареда Кушнера в Москву, которая должна была реанимировать переговорный трек, больших прорывов не принесла, по сути, в своём функциональном значении оставшись в диапазоне «визитов вежливости» (как сказал Уиткофф, «мы здесь сидели и ждали встречи с вами, Владимир Владимирович… обсуждали, что, когда мы уйдем на пенсию, у нас будет много потрясающих воспоминаний и рассказов для наших внуков, этот будет ontop»). По данным Bloomberg, источники в Кремле оценивают перспективы этой дипломатической миссии «крайне пессимистично», а Financial Times и вовсе пишет, что американские переговорщики привезли в Москву «мало новых идей», пытаясь оживить старые уже отвергнутые предложения. Итог, как подводит Bloomberg, – визит «не смог сломать тупик» в позиции Владимира Путина, которая, напротив, становится всё более жёсткой на фоне веры Кремля в военное преимущество.

В. Зеленский. Фото: Oleg Petrasyuk /EPA/ТАСС

Этот дипломатический провал – не просто эпизод, а симптом. Если даже личные эмиссары Трампа не могут сдвинуть ситуацию с мёртвой точки, значит, конфликт обречён на продолжение. И прогнозы, которые ещё недавно казались излишне пессимистичными, теперь выглядят как трезвый расчёт. The Economist сообщает, что Владимир Зеленский дал поручение готовиться к 2-3 годам войны, а его бывший министр иностранных дел Дмитрий Кулеба прямо заявил, что кризис продлится ещё два года и исход будет решаться не на фронте, а в тылу. Российские эксперты тоже дают похожие оценки, например, военный обозреватель Виктор Баранец тоже допускает, что конфликт может продлиться те самые 2-3 года. Так что разговоры о том, что «всё закончится до зимы», остаются лишь риторическим жестом – для мобилизации ресурсов, а не для описания реальности.

Но есть нюанс. Украина воюет не за свой счёт, а за счёт Запада. Поэтому западная политическая лояльность и солидаризация вокруг украинского трека являются ключевыми моментами (очевидно, что без политической поддержки не будет и экономической). Реперными же точками в этой констелляции является отношение стран-лидеров, определяющих курс. В данном случае– Франции и Германии (в меньшей степени – Италии). И вот здесь начинается самое интересное: ситуация складывается таким образом, что в среднесрочной перспективе (то есть в ближайшие год-полтора, а может быть, и раньше) Украина может лишиться поддержки этих стран (что сразу же переформатирует отношения всего ЕС).

Начнем с Франции. Лидер правоконсервативного «Национального объединения» Жордан Барделла заявил в интервью Le Monde: «Мы поддерживаем Украину и будем продолжать поддерживать Украину, но нашей целью не должно быть финансирование войны до бесконечности». При госдолге Франции в 3,5 трлн евро, говорит Барделла, страна не может «давать деньги без каких-либо гарантий и без уверенности в том, что эти деньги когда-нибудь будут возвращены». И тут же привёл пример США: американская помощь Украине обеспечена доступом к добыче полезных ископаемых, а у Франции такого обеспечения нет. Вице-президент партии Луи Алио высказался ещё более радикально. В ответ на вопрос журналистки, означает ли приход партии к власти «перекрытие крана» для Украины, Алио ответил: «Мы перекроем кран. Мы больше так не можем: система здравоохранения, система образования, экономика в целом – все на грани истощения». «Эта война обеднила Европу, она ослабила Европу, и, как хорошо видно, выхода из нее нет», – подчеркнул он, добавив, что его позиция не означает поддержки России, но у Франции «больше нет средств» продолжать поддержку Украины в прежнем объёме. И это – немаргинальное мнение. Президентские выборы во Франции, намеченные на весну будущего года, судя по опросам, выигрывает Марин Ле Пен (неформальный лидер «Национального объединения»), а это значит, что уже через чуть больше чем полгода французская позиция может измениться очень сильно и окончательно.

Под вопросом и Германия. Положение канцлера Фридриха Мерца становится всё более шатким. И дело не только в экономических проблемах, но и в политических. «Альтернатива для Германии», ещё недавно считавшаяся маргинальной силой, набирает обороты и становится серьёзным политическим оппонентом. Итоги выборов в Саксонии-Анхальт, где АдГ набрала 43,8% – лучший результат в истории партии на земельных выборах, – это не просто локальный успех. «Это исторический результат. Это лучшее, чего когда-либо удавалось добиться в этой федеральной земле», – заявила сопредседатель АдГ Алиса Вайдель в эфире ARD. Как пишет Politico, успех АдГ обусловлен даже не столько предвыборными обещаниями самой партии, сколько протестом против нынешнего политического истеблишмента. В этой конфигурации «украинский фактор» может иметь большое значение. Как отметил сопредседатель партии Ульрих Зигмунд в интервью Deutche Welle*, голосование продемонстрировало, что «немцы не хотят быть втянутыми в войну в Украине». «Это четкий призыв к миру. В этом заключается решающий момент», – подытожил он. А чуть позже и уже с трибуны Бундестага Вайдель призвала правительство Германии переходить к прямым переговорам с Россией по примеру США.

Более того, это показатель системного сдвига (ХДС Мерца рухнул до 17,2% – худший результат в истории земли). Причём не только в самой Германии, но и за ее пределами. Как ни удивительно, но эти выборы приобрели международное значение: «Мы все глубоко потрясены. Мы не ожидали этого в таком виде. Со вчерашнего дня что-то изменилось не только в Саксонии-Анхальт, но и во всей Германии. И результаты этих выборов будут иметь последствия. В том числе и для меня лично. Они также повлияют на международную ситуацию. Если вы посмотрите только на тех, кто поздравлял их вчера, это покажет степень международного внимания, которое привлекают результаты этих выборов», – заявил Мерц. В этом же духе победу правых интерпретирует и Bloomberg, считая её индикатором изменения самого вектора европейской политики по отношению к РФ (в особенности если рассматривать победу АдГ в контексте с недавними обвинениями Германии в адрес России в связи с предполагаемой неудавшейся атакой дрона на аэропорт Лейпцига). По мнению издания, усиление подобных настроений наличествует и в других странах ЕС, в том числе в двух других крупнейших странах Союза – Франции и Италии.

В этом контексте новый пакет военной помощи Германии, анонсированный Мерцем, выглядит уже не как стратегический ход, а как жест отчаяния. Как та помощь, которую Джо Байден отправлял Украине перед своим уходом – в надежде создать инерцию, которая сохранится после смены власти. Да, сам Мерц связал новые поставки колёсных 155-мм гаубиц RCH-155, ракет Iris-T и сотен ракет Patriot с инцидентом в аэропорту Лейпциг-Галле, где был обнаружен беспилотниксо взрывчаткой рядом с украинскими грузовыми самолётами (и который МВД Германии назвало «качественно новой угрозой» и «сценарием гибридной атаки» со стороны России). Но всё это, скорее, выглядит как попытка показать, что дверь будет открыта перед тем, как она вот-вот захлопнется. В команде Мерца не могут не понимать, что им, чтобы остаться у власти, необходимо или отстраниться от конфликта, или серьёзно снизить поддержку, перенаправив внимание на внутренние экономические проблемы. В противном случае отставка Мерца становится вопросом ближайшего будущего. И если исходить из его последних телодвижений, то немецкий канцлер смирился со своей участью. Что также означает и то, что Германия вскоре изменит своё отношение к украинскому вопросу.

А теперь добавим ещё три простых факта. Первый: у Украины катастрофическая нехватка ракет для Patriot. На встрече с Уиткоффом и Кушнером в сентябре Зеленский назвал это «слабым местом», уязвимым для баллистических ударов, и запросил около 300 ракет-перехватчиков для прохождения зимы. При этом советник Зеленского признал, что не уверен в получении нужного объёма (у США всего 800 таких ракет, и часть уходит на Ближний Восток). Второй: Украина готовится к тяжелейшему отопительному сезону. Из необходимых $6,2 млрд на подготовку к зиме к началу сентября направлено лишь $1,7 млрд. Запасы газа – 9,6 млрд кубометров при минимально необходимых 13,2 млрд. Некоторые эксперты полагают, что в крупных городах свет зимой может пропадать на срок до двух недель – ситуация, близкая к энергетическому коллапсу. Третье: бюджетный дефицит Украины достигает $32,6 млрд, по другим оценкам – до €49,5 млрд. Министр финансов Сергей Марченко заявил о проблемах с ликвидностью и предупредил: если внешняя помощь не придёт, Киеву придётся задерживать невоенные расходы – строительство укрытий, инфраструктуру. И новый бюджет, который готовит Марченко, исходит из предположения, что война продолжится до 2027 года.

И вот теперь сведём всё воедино. Если Европа, уставшая и истощённая, начинает сворачивать поддержку, если Франция уже фактически анонсировала этот разворот, а Германия качается под давлением АдГ, если Украина входит в зиму с полупустыми хранилищами газа и дефицитом ракет – то картина начинает меняться. В том смысле, что при такой конфигурации Украине не выстоять эти прогнозируемые политиками и экспертами 2-3 года. И, что самое главное, нет никаких предпосылок, что эта ситуация радикально изменится (даже если Украина получит к зиме некоторое количество ракет-перехватчиков, ясно, что его будет всё равно недостаточно, чтобы устранить баллистическую угрозу). По всей видимости, даже наоборот: проблемы будут множиться (например, нарастание внутриполитического кризиса в самой Украине, где громкие коррупционные скандалы идут один за другим: после громкого дела с Ермаком последовало дело с заместителем нового главы ОП Ириной Мудрой, а теперь – и с корпусом Генпрокуратуры: в отставку уже ушли сам главный прокурор и его первый заместитель).

И вот при таком раскладе вариант с мирными переговорами начинает уже маячить на горизонте. Возможно, даже в начале 2027 года, когда зимние проблемы Украины станут реальностью, с которой невозможно не считаться. Или ближе к концу первого полугодия, когда французские выборы оформят новый политический ландшафт Европы, наложившись на зимнюю катастрофу (зима, по всей видимости, будет для Украины катастрофичной). И вопрос уже будет не столько в самих переговорах, сколько в том, на каких условиях эти переговоры будут вестись. И будут ли они вообще переговорами, а не капитуляцией. Но одно можно сказать с уверенностью: статус-кво, при котором Европа бесконечно финансирует Украину, подходит к своему логическому завершению. Что в Киеве то ли ещё не понимают, то ли норовят проигнорировать. Но, как показывает история, игнорирование реальности ничем хорошим не заканчивается. Как бы кому-то этого и ни хотелось.