Базовый доход и золото ацтеков. У государства есть деньги. Государство – это и есть деньги

Для понимания основных экономических и финансовых законов не обязательно иметь профильное образование. Достаточно обычного здравого смысла, опыта и информации. Сейчас я расскажу вам, почему социальные выплаты – это самый надёжный и безопасный способ монетизировать экономику. Слушайте внимательно.

Фото: prognostica.info

Начну я издалека.

В 1492 году Колумб «открыл» Америку, которую он считал Индией. В 1519 году Кортес завоевал для Испании то, что потом стало Мексикой. Тяжело нагруженные каравеллы шли и шли через Атлантический океан, вывозя сокровища ацтеков и других коренных американцев. Награбленные в Новом Свете и других колониях богатства стали основой для экономического рывка Европы, для относительного процветания европейских государств, для развития науки, промышленности, капитализма. Это все знают, это истина из разряда очевидных, даже банальных.

Но как именно и почему это произошло? Да, постепенно в колониях развивалось сельское хозяйство, и в метрополию начинали поставлять ваниль, какао, хлопок, маис и так далее. Однако главным предметом вожделений конкистадоров были благородные металлы: золото и серебро. Золото и серебро они везли тоннами в первую очередь. Бесценные украшения и артефакты переплавлялись в слитки и монеты и наполняли казну. Именно эти слитки и монеты взорвали европейскую экономику и выбросили её вперёд всего остального мира. Хотя ни слитки, ни монеты нельзя есть, из них не построишь дом и, как корову, их доить не получится. Это совершенно бесполезные в быту вещи, имеющие чисто символическое значение и воображаемую ценность.

Однако золото и серебро были в Европе и Азии общепризнанным средством платежа. Из них можно было делать деньги, и дополнительная чеканка-эмиссия монет не приводила к инфляции, если они были полновесными, то есть содержали установленное количество ценного металла. Казалось бы, появление огромного количества золота и серебра должно привести к моментальной и катастрофической инфляции, к снижению меновой стоимости золота, серебра, слитков и монет. Однако этого не произошло. Если инфляция и была, то не катастрофическая, и её эффект на экономику был гораздо менее значителен, чем положительный эффект от появления новых объёмов денег.

Почему так произошло? Очевидно, потому, что европейская экономика в начале XVI века была недомонетизирована. То есть ей просто не хватало авторитетных средств платежей и расчётов. Авторитетными средствами, повторяюсь, были золото, серебро, слитки и монеты из золота и серебра. Чеканили и медную монету, и что-то ещё придумывали, но всё было не то, не так признано и любимо народами. А золота и серебра не хватало. Например, потому, что ценная валюта выкачивалась из Европы в Индию и на прочий Восток в уплату за специи, шёлк, меха и прочие атрибуты роскошной жизни. По этой причине экономика была вынужденно пассивной. Производственные мощности могли бы развиваться, но не развивались: «инвестиций» и спроса не было. Всю свободную энергию европейцы тратили на войны и религиозную жизнь, которая тоже почти всегда перерастала в войну.

Но как только появились в достаточном и сверхдостаточном количестве средства платежа: золото, серебро и сделанные из них деньги, силы общества сразу переключились на производство товаров, развитие технологий и торговлю.

Анекдот в том, что того же самого можно было достичь и без ограбления ацтеков, просто придумав и внедрив какое-то иное средство платежа: бумажные деньги, ракушки, живых улиток, грибы, камни овальной формы, заострённые палочки. А загвоздка в том, что внедрить идею нового платёжного средства в массовое сознание, да ещё и сразу многих народов, всегда было очень трудно, а в эпоху отсутствия массовых коммуникаций почти невозможно. Бумажные деньги бытовали в Китае с VIII века, но ни Китаю, ни миру это не помогло. Время триумфа бумажных денег наступило гораздо позже. В тот период сама редкость, труднодоступность золота и серебра служили гарантией от инфляции и подделки.

Итак, что мы видим на примере ацтекского золота? Мы видим, что в условиях недомонетизации экономики простое добавление средств платежа, эмиссия денег, приводит не к инфляции, а к бурному экономическому росту. Однако мы ещё не понимаем, почему дополнительную эмиссию надо направлять именно на социальные выплаты. Во времена Кортеса социальное обеспечение было, мягко говоря, в зачаточном состоянии.

Теперь давайте представим себе наше время, какой-нибудь маленький городок. В городке живёт пекарь. Он может печь булки, но не печёт, потому что их некому купить. Не выпекая булки, пекарь не покупает у мельника муку. А мельник не может рассчитаться за зерно с фермером. И все несчастны.

Но самый несчастный человек в городке – вдова с тремя детьми, которая очень хочет купить булки у пекаря. Но не может. Потому что у неё нет денег, только трое голодных ребятишек на руках.

Мэр маленького городка хотел бы помочь всем, но не может, потому что у него в городском бюджете денег тоже нет.

Однако наш мэр философ. Он подумал: что такое, в сущности, эти ваши деньги? Просто символ и знак, незаслуженно сакрализованные капитализмом. Взял и выпустил в оборот новое средство платежа. Напечатал свои деньги. И обязал всех в городке принимать их как законное средство расчёта. Деньги он отнёс вдове. Вдова заказала у пекаря булки. Пекарь купил муку у мельника. Мельник расплатился с фермером. Все моментально стали счастливы. А что произошло? Ничего не произошло. Просто мэр домонетизировал экономику, создав из воздуха новые деньги.

Теперь слушайте ещё внимательнее. При капитализме недомонетизация, то есть нехватка средств платежа в производстве и потреблении, возникает и существует постоянно. Почему? Потому что капитализм извлекает часть денег, «прибыль» или «прибавочную стоимость», отрывает от производства и потребления и переводит их в зону финансовых спекуляций, в собственно «финансовый капитал», работающий по формуле «деньги – деньги – деньги». В XV веке элиты отправляли изъятую у масс валюту на Восток за меха и шелка, а в XXI веке отдают на биржи. Но и тогда, и сейчас значительная часть денег, изъятая из реальной экономики, в реальную экономику не возвращается.

Как финансовый капитализм решает эту проблему? С помощью кредита. Он постоянно домонетизирует экономику с помощью банковских кредитов, потребительских кредитов и ипотеки. Банки выпускают «кредитные» деньги, объём которых в несколько раз превосходит деньги, эмитированные государством. Это тоже решение. Но это решение крадёт будущее у народа и закабаляет бедных. В нашем примере это как если бы мэр не выдал вдове напечатанные деньги, а дал ей в долг под проценты, и проценты она будет отрабатывать всю жизнь, а долг перейдёт к её детям.

На самом деле не надо выпускать кредитные деньги. Надо просто напечатать и раздать обычные деньги. Не в долг. А просто так. Тогда не будет регулярных структурных кризисов от пирамид долгов, которые невозможно отдать. А экономика будет расти и расти. Таково настоящее решение. Всё ещё в рамках капитализма и рынка, однако социально-ориентированного капитализма. К чистому социализму можно будет переходить на следующем этапе.

Теперь рассмотрим, почему деньги нужно отдать именно вдове? Почему эмитированные деньги не дать пекарю, мельнику или фермеру, почему не поддержать бизнес? Ведь в настоящее время капиталистические государства именно так и делают. Когда случается кризис, они печатают много новых денег и раздают деньги банкам, олигархам, корпорациям. Они говорят: надо спасти крупный бизнес – и тогда крупный бизнес спасёт экономику.

Здесь мы вспомним о лжи и провокациях в книжках навроде «Богатый папа, бедный папа», книжках о том, как стать богатым и «чем мышление богатого человека отличается от мышления бедного». Смысл этих книг, конечно, в том, что «бедные сами виноваты». Потому что они «мыслят неправильно». Например, нам рассказывается о том, что сделают бедный и богатый человек, если внепланово получат десять тысяч рублей. Бедный, дурак эдакий, их сразу потратит. Потому он и бедный. А богатый, наоборот, не потратит, а выгодно инвестирует. Потому он и богатый!

Эта примитивная логика не учитывает того факта, что у бедного есть отложенные потребности (отложенный спрос).

Он потому и потратит внеплановые десять тысяч рублей сразу, что ему давно надо было купить ребёнку новый ранец, старый совсем порвался, но он не мог, а чинил ранец проволочками и изолентой, а ещё мечтал сходить в аквапарк с семьёй, но опять же не мог, денег не было, а получил деньги и сразу сходил. Вот потому и потратил. Отложенные потребности. Запомните это. А у богатого человека отложенных потребностей нет. Он и сумку «Биркин» сразу купил, как увидел в витрине, и на Мальдивы слетал поплавать. Потому он и может инвестировать. А что значит инвестировать? Значит, он купит «финансовые инструменты».

Получается, что дать внеплановые деньги бедному человеку для экономики хорошо, потому что бедный человек имеет отложенные потребности, он сразу вернёт деньги производству, запустит деньги в реальную экономику, где они начнут с бешеной силой реальную экономику развивать. А давать деньги бизнесу, то есть, по сути, богатым людям, в целом бессмысленно.

Так как при отсутствии массового платежеспособного спроса, который могут создавать только массы бедных людей, получивших деньги, богатый человек полученные от государства деньги так или иначе вложит в финансовый рынок, то есть выведет из зоны производства и потребления в зону финансовых спекуляций.

Всё, что я сейчас говорю – это очень просто и очень важно. Пожалуйста, поймите. Если не поняли с первого раза – прочитайте ещё раз. Я ничего не открываю. В принципе, все это знают. И те, кто руководит государствами, они тоже это знают. А почему поступают иначе? Потому что кроме общего блага есть ещё и частные интересы.

Вот, например, наш Центробанк говорит: нельзя просто напечатать деньги и раздать их населению. Потому что это спровоцирует катастрофическую инфляцию. Но так ли это? Давайте объясню на пальцах. Я не гордый, я повторю. Эмиссия денег приведёт к гиперинфляции только в том случае, если экономика перемонетизирована и, как следствие, перегрета. Либо когда по ряду причин нет возможности развивать производство товаров. Тогда все деньги уходят в потребление, а масса товаров не увеличивается, возникает дефицит товаров относительно денег – и цены растут.

Но если мы видим, что увеличение платежеспособного спроса немедленно стимулирует рост производства, то откуда взяться инфляции? Почему завоз золота ацтеков в Испанию не привёл к тому, что золото обесценилось?

В России на примере сельского хозяйства мы видим именно эту картину: ограничение импорта привело к увеличению спроса на отечественную продукцию, и последовал взрывной рост производства продуктов питания. А не дефицит и инфляцию. Это значит, что в нашей экономике есть два потенциала: первый – потенциал производства, которому нужен платежеспособный спрос; второй – потенциал спроса, отложенные потребности бедных людей. Как в таком случае можно обеспечить устойчивый рост экономики? Правильно. Напечатать деньги и раздать их вдовам. То есть осуществить денежную эмиссию и направить её на массовые и регулярные социальные выплаты.

Разве они сами не признают, что экономика недомонетизирована, и не занимаются постоянно её домонетизацией в форме выпуска кредитных денег? Разве недавняя программа доступной ипотеки для семей с детьми не была такой домонетизацией в целях поддержки строительной отрасли? Хотя, если по-хорошему, по-нашему, нужно было не ипотеку давать, а просто напечатать и дать денег семьям или купить им квартиры за государственный счёт. Это обеспечило бы устойчивый рост. А нынешний ипотечный пузырь рано или поздно лопнет, как лопаются все ипотечные пузыри.

Ипотечные решения проблемы монетизации проводятся в частных интересах банковского капитала, банкиров. Прочие решения тоже, вероятно, принимаются с учётом очень частных интересов очень богатых людей. А экономическая наука тут не виновата. Она-то как раз может объяснить, как и почему можно и нужно принимать решения для общего блага.

Вот наш Минфин, например, говорит: мы не можем одобрить законопроект о том, чтобы каждому гражданину России выдавать за просто так по 10 тысяч рублей ежемесячно, этот ваш базовый доход. У нас населения 144 миллиона. На это будет нужно 1,44 триллиона рублей в месяц, а в год 17,28 триллиона рублей. У нас весь бюджет на год около 20 триллионов рублей. А нам ещё надо армию содержать, врачей, учителей, дороги и Государственную думу. Денег нет.

Современный экономист на это смеётся в голос. Нет денег у государства – это оксюморон. Государство – это и есть деньги. Не хватает платёжных средств? Напечатайте. Ограбьте ацтеков. В символическом смысле. В России денежная масса (агрегат М2) около 50 триллионов рублей. Агрегат М4, включающий банковские кредиты, у нас не считают, а зря. Интересная была бы цифра.

Чутка подвинуть банкиров и вместо кредитных денег напечатать и влить в экономику наличные – никто даже не заметит. Для экономики это будет та же самая домонетизация, просто некредитная. В определённых условиях правильным образом совершённая эмиссия не разгонит инфляцию, а увеличит экономику. Ещё раз: смотрите эффект золота ацтеков.

А каким образом лучше всего влить деньги в экономику? Путём социальных выплат широким слоям населения, которые имеют отложенные потребности и сразу купят товары и услуги на внутреннем рынке, дав мощный стимул производству.

Выплату базового дохода можно рассматривать как временную меру, для поддержания совокупного платежеспособного спроса, который не даст экономике рухнуть. После преодоления кризиса можно базовый доход заменить адресными выплатами наиболее незащищённым категориям населения.

Всё ведь понятно, да? Вам понятно, нам понятно, им тоже понятно. Но им не хочется. Потому что если домонетизацию экономики отнимут у банков, то плакали сверхдоходы банкиров. Как? А очень просто. Вдова, получив 40 тысяч рублей базового дохода на себя и на своих троих детей, потребительский кредит под дикий процент в банке брать не будет. Вдове хорошо, детям хорошо, пекарю хорошо, мельнику хорошо, фермеру хорошо. А банкиру плохо. Он-то хотел у вдовы землю с халупой отжать, её за проценты сделать служанкой в своём доме, а детей продать в рабство, чтобы долг отдавали, или на органы. А тут вон как карта легла.

Банкир идёт к мэру и говорит: не печатай деньги. Это будет ужасно, это, понимаешь, инфляция. К тому же у тебя «бюджетное правило», ты и права такого не имеешь, тебя из Вашингтона за это накажут. Денег в экономике городка не хватает, это правда. А давай лучше так: ты обяжи всех жителей открыть у меня в банке счета, я вдове выдам кредит, она по безналу оплатит булки, пекарь по безналу оплатит муку, а мельник зерно. А фермеру я на эти деньги оформлю депозит. Никаких денег нет, а все работают! И все расчёты через меня. Это как если бы мы с тобой действительно деньги напечатали, но на самом деле наши деньги банковские, придуманные. А за кредиты и расчёты я буду брать комиссию. И с тобой, конечно же, поделюсь.

Как же сложится будущее нашего городка? Что на этот счёт скажет экономическая наука? А наука скажет, что всё зависит от того, чьи интересы будет защищать мэр. Народа, состоящего из вдовы, пекаря, мельника и фермера? Или банкира?

Вот что значит базовый доход и прочие социальные выплаты. И вот почему некоторые эту идею поддерживают, а некоторые сильно против неё возражают. Я вам всё объяснил так, как никто и никогда вам объяснить не смог бы. А теперь не говорите, что не знаете и не слышали. Вы теперь тоже всё понимаете.

А если вы всё же не поймёте или сделаете вид, что не понимаете, или упрётесь и станете возражать что-то про инфляцию и всё такое, тогда, значит, ацтеки погибли зря.

Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии