В элитах начинается подготовка к Большой войне, то есть Большому транзиту?

Ситуация в российской политике сейчас – даже несмотря на предвыборную кампанию в Госдуму – отличается, казалось бы, высокой степенью стабильности, если не сказать – затишья. Такое чувство, что «кремлевские башни» устранили все свои разногласия и пришли к полному взаимопониманию. Но это – лишь на первый взгляд.

Фото: Алексей Никольский/пресс-служба президента РФ

Периодически в СМИ проскальзывают некие высказывания, являющиеся маркером того, что на самом деле все не так уж спокойно. Например, противостояние между первым лицом партсписка «Единой России» Сергеем Шойгу (не будем забывать: и министром обороны) и вице-премьером Юрием Трутневым по поводу строительства городов-миллионников в Сибири. Конечно, здесь можно говорить о том, что их расхождения носят экономический характер, но, с другой стороны, критиковать первое лицо партсписка за три недели до выборов – это явно решение политическое. Свидетельствующее о том, что далеко не всем нравится резкий заход в политику главы Минобороны. Что, в свою очередь, говорит о том, что есть по меньшей мере две «башни», которые продолжают сражаться друг с другом, несмотря ни на что. То есть говорить о том, что российская политика снизила до максимума градус накала, преждевременно.

Поэтому вопрос о том, что сейчас творится на российской политической поляне, отнюдь непраздный. Вот об этом мы и поговорили с руководителем Лаборатории политических и социальных технологий Алексеем Неживым.

«ВН»: – По ряду косвенных признаков можно сделать вывод, что российские властные элиты вступают в период конфликтов – на ваш взгляд, это мнение соответствует реальному положению дел или эта версия не более чем конспирология и коллективный Кремль с приближенными к нему олигархами един как никогда?

– Я полностью согласен с тем, что сейчас элиты вступили в период конфликтов. Там уже не две «башни», а минимум уже три, которые я вижу, а так, наверное, штук пять.

«ВН»: – Давайте конкретизируем: какие вы видите три «башни»?

– На данный момент я четко вижу УВП и либералов. Не знаю, насколько они сблокировались с Семьей, если не сблокировались, то это две «башни». Вот г-н Харичев нарезает тему с новым либеральным проектом, который сейчас закамуфлировали под КПРФ – под рашкинскую группу. Потом у нас есть «Единая Россия», это Турчак и Шойгу. И у нас есть еще те, кто стоит за либеральным крылом – те, кто поддерживает «Яблоко» и прочие сходные проекты, я бы даже сказал, что это часть бывшей силовой «башни».

«ВН»: – Силовиков мы можем выделить в отдельную «башню», там, Патрушева, Сечина?

– По поводу Патрушева, Сечина, Вайно, Чемизова, Костина, Бортникова ситуация другая. Посмотрите, эти люди сейчас практически пропали из публичной повестки. Если посмотреть на наших господ олигархов, то тоже тишина. У нас сейчас на поляне рубятся партийные проекты, и по ресурсам мы можем отсмотреть, кто за ними примерно находятся, но никаких ключевых фигур из силовиков мы сейчас не видим. Они все отошли в тень. Пока идет подковерная борьба бульдогов. Но судя по тому, что население у нас сильно закредитовано, этот показатель уже превысил размер годового федерального бюджета страны, экономика стагнирует, цены растут, я думаю, что к определенному моменту, когда банки перестанут давать кредиты, а население не сможет обслуживать взятые кредиты, у нас произойдет схлопывание кредитного пузыря, который очень больно ударит по социально-политической стабильности. Это мы можем прогнозировать на середину осени, как раз после выборов. Понятно, что сами по себе такие вещи не происходят, они готовятся. Возьмем ту же банковскую политику: думаете, банки дают кредиты просто так? Чтобы они давали так кредиты, как это сейчас делается, разрешает Центробанк, потому что каждый выданный банком кредит получает страховку Центробанка. Так что это – политика. Точно такая же, как рост цен, подчеркну, искусственно вызванный, на основные продукты. Потребительская корзина у нас очень сильно подорожала. То есть сейчас мы имеем крайне нестабильную ситуацию, которая может окончиться взрывом. Вот это то, что нас ждет. Поэтому и крупные фигуры наподобие Сечина, Патрушева, Чемизова – все они отошли в сторону. Я думаю, сейчас идет процесс трансферта власти, который они инициировали и по которому было общее согласие, но, как показывает практика, они, скорее всего, будут не в состоянии договориться. А когда такое происходит, это говорит о том, что ни о какой стабильности речи не идет. Я всегда говорил, что революционные процессы происходят не снизу, а в результате коллапса элит, когда элиты уже не в состоянии между собой договориться.

«ВН»: – Вы говорите, что силовики ушли в тень, какова тогда их роль в данной конструкции?

– Если мы берем больших игроков и то, что они ушли в тень, – это показывает то, что пропал элемент стабильности. Я бы назвал это затишьем перед бурей. Все легли на дно, и каждый сейчас занят выбором позиции. Если брать мировые войны, то всегда перед их началом происходят различные договорные процессы, пакты, союзы – и в итоге формируются некие коалиции, которые, когда ситуация обострится, бросаются друг на друга уже в открытую – с применением вооруженной силы. Возьмем нашу историю. Пакт Молотова-Риббентропа был? Был. Но в итоге чем все кончилось? Конфигурация к войне могла быть сформирована по-другому, но получилась так. То есть когда нам говорят, что Сталин не ожидал нападения Германии – возможно, он рассчитывал на другую конфигурацию, может быть, полагал, что война будет. Здесь происходит сходный процесс. Люди ушли в тишину, потому что никто не хочет вылезать, никто инициативу на себя не берет. Сейчас идет такая подковерная борьба, когда люди выбирают себе сторону, за которую они потом будут воевать.

«ВН»: – Какая роль отведена в этой конструкции Шойгу?

– Я думаю, что он наряду с Нарышкиным – один из претендентов на преемничество.

«ВН»: – Шойгу в политике довольно одинокая фигура, он не принадлежит ни к какому клану. С кем он может гипотетически объединиться?

– Мы сейчас видим, что возникает союз Турчак – Шойгу. Турчак сейчас поехал на Донбасс. Он один из ключевых лиц российской политики, который демонстративно участвует в мероприятиях на спорной территории, что очень сильно портит отношения с теми люди, которые стоят за Байденом. Если мы эту тему берем, то на ее примере мы и видим ту самую подковерную борьбу. Сам по себе смысл участия Турчака в подобных мероприятиях только один: провоцирование разрыва договорных отношений с той стороной, с которой эти самые договорные отношения кто-то осуществляет в российской элите.

«ВН»: – Шойгу может занять один из ключевых постов в партии после выборов?

– Я думаю, что да. Эти его заявления про развития Сибири – это претензия на лидерство в «Единой России». Шойгу – человек решительный. В Московской области был губернатором, очень многих снял, включая неснимаемых. Снять Стрельченко, мэра Химок, – это очень показательно, потому что Химки – это та территория, где земля стоит баснословных денег. Под застройку было все полностью поделено, и выступал гарантом этого деления сам Стрельченко. А чтобы получить там землю, люди заходили на самый верх. Чтобы вот так просто убрать Стрельченко – этого бы ни один человек не смог, а Шойгу смог. И это прокатило, он остался наверху – и все утерлись.

«ВН»: – Также ходят слухи, что Шойгу может стать председателем Госдумы или это место все-таки останется за Володиным, как вы думаете?

– А вот это как вариант. Кто-то может стать губернатором Санкт-Петербурга, кто-то – спикером нижней палаты. Это как раз та самая расстановка к тому, кто может быть преемником.

«ВН»: – То есть пока еще определенности по этому вопросу нет?

– Тут очень простая вещь: у нас по Конституции строго прописано, кто занимает пост первого лица государства при определенных ситуациях. И когда наступает момент такого конфликта, начинается борьба именно за такие ключевые посты.

Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии