Почему народ не помнит, что такое ГКЧП

В тридцатилетнюю годовщину ГКЧП, изменившему ход мировой истории, российские власти решили не проводить ни пышных гуляний, ни скорбных акций памяти. Будто и не был никто из современных политиков в рядах сочувствующих одной из сторон противостояния или участвовавших в августовском путче. Как и не было развала Советского Союза, предательства, бессильного консервативного бунта, дурманящего демократического триумфа. Ну и правильно. Даты – они ведь как памятники, должны нацию сплачивать, а не разобщать. Но историю-то свою знать надо?

Борис Ельцин

Фото: Борис Ельцин / vecherka.spb.ru

Вот ВЦИОМ провел опрос среди россиян, приуроченный к годовщине, и получил обескураживающие результаты. Правильно смог расшифровать аббревиатуру ГКЧП 21% опрошенных. Короче, каким конкретно образом исчезла с лица земли их Родина, наши сограждане имеют смутное представление. Положа руку на сердце, сегодня ведь вообще кто-то путает расстрел Белого дома с ГКЧП, а кто-то вовсе считает, что ГКЧП устроил Ельцин. Нормально ли, что страна, так трепетно относящаяся к истории, не помнит, из пены каких исторических событий она возникла? Поговорим с политологом Сергеем Марковым. 

«ВН»: – Сергей Александрович, как объяснить такие результаты опроса? 79% россиян вообще не могут правильно расшифровать ГКЧП. 

– Это нормально, что люди не знаю, что такое ГКЧП. Прошло довольно много лет. С тех пор было очень много событий, и сама по себе эта корявая аббревиатура сейчас никак не влияет на жизнь людей. Даже те, кто тогда жил, думаю, забыли через несколько лет расшифровку этой аббревиатуры. В этом нет ничего страшного.

Владимир Путин

Владимир Путин. Фото: Дмитрий Духанин / Коммерсантъ

Но там есть другая проблема, связанная с этим, она состоит в том, что российская элита вообще хочет забыть об этих процессах и не извлекать из них уроков. Это связано с противоречивостью положения российской нынешней правящей команды. С одной стороны, они все выходцы из тех, кто был против ГКЧП. 

Путин стоял рядом с мэром Петербурга Собчаком, участвовал в этом сопротивлении. Золотов – глава Росгвардии, один из ключевых силовиков современной России – стоял рядом с Ельциным. 

Они так или иначе все были на стороне этой ельцинской коалиции. С другой стороны – идеология у них сейчас близка не к идеологии демократической революции, а к идеологии ГКЧП. То есть власть должна не бояться использовать силу, в том числе ограничить политические свободы для сохранения стабильности в стране и сохранения государственных институтов. Власть должна защищать суверенитет и не бояться выцепить тех, кто является союзниками Запада. 

Алексей Навальный. Фото: АГН Москва

Вот эта противоречивая позиция приводит к тому, что об этой ассоциации хотят забыть, вычеркнуть ее, чтобы она сгинула в истории. Это ошибка. Мне кажется, что нужно извлекать уроки. И это приводит к тому, что в российской истории оказывается огромное количество важных событий, по поводу которых нет общенационального консенсуса и нет никакой общенациональной дискуссии. Причем в этой дискуссии, может быть, необязательно должны принимать участие все водители такси, например. Но в ней точно должны принимать участие большинство интеллектуалов, средств массовой информации.

И нужно как-то определиться по поводу места этих событий в истории. Для того, чтобы история носила какой-то внятный, целостный, непротиворечивый характер. 

Это пытается сделать Владимир Мединский. За это ему честь, слава и аплодисменты. Но в принципе сделано это пока очень и очень слабо российской властью. Еще огромная работа должна быть проделана. И в целом это наш большой недостаток, который создает потенциальные условия для будущих конфликтов, которые могут быть построены во многом вокруг очень разной интерпретации важнейших событий российской истории. 

Владимир Мединский

Фото: Владимир Мединский / РБК

Я хорошо помню, что было после Великой Отечественной войны. Была большая государственная программа по созданию фильмов о великих деятелях российской истории – о Суворове, Кутузове, Петре I и так далее, – где была дана внятная, единая и непротиворечивая концепция их роли в российской истории.

Потому что необходимо, чтобы общественное сознание было единым в отношении понимания истории российской государственности. У нас сейчас, к сожалению, нет такой программы. А то, что происходит, меня просто поражает. 

Хорошо известен сериал Первого канала, посвященный Колчаку, называется «Адмиралъ». Там это одна из крупнейших фигур, но в основном все сводится к теме «Адмирал Колчак и женщины». И сериал, посвященный Георгию Жукову, маршалу Победы, это одна из величайших фигур в российской истории XX века – та же самая тема «Жуков и женщины».

Кадр из т/с «Адмиралъ» / ru.kinorium.com

По сути дела, это отказ от выполнения государственной задачи. Мы видим, что сами по себе телеканалы, структуры кино не в состоянии самостоятельно выполнить эту роль создания некой более-менее внятной концепции, интерпретации ведущих российских героев. 

И ГКЧП – это очередной яркий пример. Никакой дискуссии нет. 

Правильно бы что было? Сделать два института. Один, условно говоря, – институт советской цивилизации. Другой – институт новейшей истории России. Имеется в виду – России после ухода советской цивилизации. И там должны проводить дискуссии, издавать книги, журналы, конференции проводить.

Владимир Соловьев. Фото: solofood.ru

Они должны быть организаторами этой общенациональной дискуссии. Во всяком случае, среди политически и интеллектуально активного населения страны. Нужно сформулировать общее представление об этом. Они могли бы выступать научными консультантами этих фильмов, которые должны выйти по этой тематике. Поскольку нация осваивает сегодня реальность прежде всего через такие ресурсы, как блокбастеры и сериалы. 

Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии