Мария Ватутина: МЕЖ ДВУХ ОГНЕЙ

9 месяцев назад

Нагорный Карабах – древняя земля в междуречье Куры и Аракса, с запада ее огибает Зангезурский хребет. С востока низменные части называются Равнинным Карабахом, а за высокими хребтами и нагорьями Малого Кавказа лежит Нагорный Карабах.

Фото: Александр Рюмин/ТАСС

Общая площадь этой территории превышает 11 тыс. кв. км. Это более трети территории Армении, больше площади Ливана, Катара, Ямайки (по 10 тыс. кв. м). Во времена Великой Армении (с конца IV в. до н. э. по 428 год н. э.), когда Армения занимала территорию от Куры до Иордана и от Средиземного моря до Каспийского, Нагорный Карабах именовался Арцахом.

Древняя история этой земли не позволяет однозначно установить этническую принадлежность местного населения. Принято считать, что это армяне в силу культуры, языка и самоопределения народа.

В Нагорном Карабахе много пахотной земли, к тому же эта область богата ресурсами: хромом, медью, цинком, кобальтом, золотом, серебром. Добываются также мрамор, базальт, гранит.

Множество рек и небольших ГЭС позволяют продавать электричество в другие регионы, помимо этого имеются минеральные источники и обширный материал для привлечения туристов. Здесь выращивают фрукты и овощи, развито животноводство. Однако судя по тому, что население Нагорного Карабаха за последние 20 лет уменьшилось в 3-4 раза, достоинств республики, конечно, стало меньше. Но красота этой земли не блекнет.

Доступ на территорию возможен только со стороны Армении по Лачинскому коридору и еще нескольким дорогам, которые практически не используются.

На этой территории исторически превалирует армянское население. В 1923 году была создана Нагорно-Карабахская автономная область в составе Азербайджанской ССР. За время советской власти армянское население значительно уменьшилось, что волновало коренное население, люди видели в этом политику Азербайджанской ССР.

В 1991 году в НКАО провели выборы и провозгласили независимую Нагорно-Карабахскую Республику. Армения не признала эту республику, хотя все последующие годы оказывала вооруженную поддержку. По некоторым сведениям, жители Нагорного Карабаха считали, что обособленное положение для республики предпочтительнее.

Перед этим с конца восьмидесятых произошел ряд конфликтов, в ходе которых из Нагорного Карабаха было изгнано азербайджанское население, которое, прибыв в Баку, объявило о жестокости по отношению к ним. Это спровоцировало жестокие армянские погромы в Баку. Армянское население вынуждено было бежать из Баку и из Азербайджана.

Конфликт в 1987 году начался со столкновения армянского населения в селе Чардахлы с партийным руководством из-за назначения директором совхоза азербайджанца вместо опытного человека армянской национальности. Недовольных армян разгоняла местная милиция. Вышла статья, которая взбудоражила весь Нагорный Карабах, население решило, что и их автономные права могут быть также узурпированы, если они не присоединятся к Армении.

С середины февраля 1988 года в столице автономной области Степанакерте шел бесконечный митинг, требующий передать НКАО Армении.

В единственном Шушинском районе Нагорного Карабаха жили азербайджанцы. До Шуши дошли слухи о том, что в Ереване и в Степанакерте начались убийства азербайджанцев, и толпа из Шуши пошла на Степанакерт.

В принципе, если проанализировать, то мы поймем, что самые резкие обострения этого долгого конфликта, как на дрожжах, росли на слухах и вбросах. Кавказские горячие головы очень легковерны и вспыльчивы, вот для кого «родина», «община» и «своя земля» – не пустые звуки, а всегда готовый взорваться реактор.

Толпу, шедшую на Карабах, останавливали милицейские кордоны, прозвучали первые выстрелы. Но по-настоящему рвануло в Сумгаите, рядом с Баку, когда там появились беженцы из Карабаха. Тогда появилось в ходу слово «ераз» – азербайджанец родом из Армении (Еревана).

Погромы против армян в Азербайджане привели в ужас жителей Армении, началось изгнание оттуда и из Нагорного Карабаха азербайджанцев.

Начались настоящие бои, переселение народов, и даже село Чардахлы исчезло, так как армяне переселились оттуда в покинутое азербайджанцами село на территории Армении.

В мае 1994 года карабахская война закончилась соглашением о перемирии. Стороны первого конфликта потеряли 25-30 тысяч человек.

Отец моего сына родился и вырос в Баку. Был, кстати, замминистра внутренних дел Азербайджана как раз в то время, ездил в Сумгаит и Степанакерт и, рискуя жизнью, призывал разъяренную толпу людей одуматься, не проливать кровь. Иногда удавалось, но затихало ненадолго.

Я тогда еще училась в юридическом институте, и мой сокурсник и друг Димка Сериков, служивший в дивизии Дзержинского, еле успевал к сессии, поскольку тоже ездил в Сумгаит и Карабах – усмирять толпу.

Потом я училась в Литературном институте с Диной Сабуровой, кстати, родственницей Дмитрия Певцова, которая рассказывала, как она чудом спаслась, бежав из Баку, и что творили там с армянами.

В Гильдии российских адвокатов, где я работала и которой руководил тоже бакинец, тат по национальности Гасан Мирзоев, чуть ли не половина адвокатов – были люди, бежавшие из Азербайджана во время погромов армян.

Моя бабушка воевала с одной девушкой Верой, которая в Берлине вышла замуж за однополчанина бакинца Ислама Каримова и уехала в Баку. Так наша семья стала горячо дружить со всем семейством Каримовых. В голодные годы посылали им продукты, а они нам – южные фрукты, приезжали – шумные, добрые, родные. Я девочкой ездила в Баку, даже одна – меня встречали в аэропорту и устраивали мне жизнь принцессы, возили на ласковые пляжи Каспия, таскали по гостям. Глава семьи Дадаш Зейналов руководил нефтяным заводом, а его жена тётя Ханум – это человек, доброту которой я не забуду никогда, так же как и доброту ее трех взрослых дочерей. У нас была одна семья – она называлась СССР.

После 1994 года я приехала в Баку – это был пыльный пустой город, из которого ушла жизнь, тепло, дружба. Потом, в десятых уже годах, я ездила в Баку на книжную ярмарку – передо мной предстал великолепный грандиозный город, виделась со своими давними друзьями-бакинцами – представителями той самой семьи.

Пограничный контроль в аэропорте спросил тогда: «А вот у вас отмечено, что вы были недавно в Армении. С какими целями ездили?» Пришлось объяснять, что по литературной линии.

Накануне той, последней поездки в Баку я была в Армении, вела там мастер-класс. Дело в том, что Сергей Александрович Филатов по маме армянин, и его там очень любили. Он проводил в Цахкадзоре свои Совещания молодых писателей. Бывала на них раза три. И провезли нас Филатовы по всей Армении: и в горы, на смотровые площадки, и в древние храмы, и в музеи Еревана.

К чему я это пишу. Видите, как всё переплетено. Как у нас еще срощены участки кожи со всеми советскими республиками и их народами – на человеческом уровне. И поэтому разразившаяся война между Арменией и Азербайджаном – это еще одна боль русских.

Почему-то вспыхивает конфликт так же, как ковид – сразу после пребывания американцев на территории: тогда – Ухани, сейчас – Армении, где еще даже не закончили толком совместные военные учения с НАТО.

Наши миротворцы в регионе с ноября 2020 года. Настало время изменить характер мандата, но Пашинян не мычит, не телится.

22 мая премьер-министр Армении заявил о готовности признать Нагорный Карабах частью Азербайджана – при условии обеспечения безопасности армянского населения. Это после векового кровопролития на карабахской земле и, как пример, девятилетних обещаний Киева не бомбить Донбасс.

Пашинян не обращается в ООН, а звонит во Францию. Он не вступается за Карабах, но зачем-то просит помощи у НАТО, которое что?..

Всё это время оставшееся население Нагорного Карабаха сидит в подвалах, голодает, не знает, как перебраться на материк.

И я совершенно не понимаю, как возможно русским миротворцам останавливать ту и иную сторону оружием. На мой взгляд, это совершенно невозможно. С другой стороны, я не согласна с тезисом «если армяне и Пашинян ничего не делают, то зачем России им помогать».

Я знаю только одно: в Советском Союзе не было внутренних войн. Стычки, расстрелянные демонстрации, теракты были, но вооруженных национальных конфликтов не было. И терпимость друг другу – это то, что воспитывалось весь период жизни СССР. Войны начались с приходом Горбачева.

Вокруг российского посольства в Ереване собираются молчаливые люди. Вокруг здания правительства Армении недовольная, но еще не разъяренная толпа. Что делать, знает только Карандышев из «Бесприданницы», если бы только пьеса заканчивалась тем, что Ларису отпустили на все четыре стороны…



Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
АКТУАЛЬНЫЕ МАТЕРИАЛЫ