Ксения Собчак – стервятница в овечьей шкуре, торговка луком в дорогих очках

Если вы встретите в бутике Третьяковского проезда, в одном из дорогущих столичных ресторанов или на Мальдивах Ксению Собчак, спросите у нее, как только она дожует устрицы и отвлечется от айфона, кем она себя считает. Только честно.

Знаете, какой будет ответ?

Журналистом.

Ксения Собчак. Фото: flickr.com//Sergey Adoevtsev

Не кандидатом в президенты, не блогером, не телеведущей, не актрисой, не женой режиссера и даже не блондинкой в шоколаде. Именно журналистом. И это не шутка. Именно потому и нужен телеграм-канал с бесконечными (бесполезными) «инсайдами», и ютуб-канал, где раз в неделю выходят интервью и дайджесты новостей.

Ксения давно уже обеспечена до конца жизни, но она продолжает подпитывать довольно странные амбиции. Это даже похоже на некий вид некромантии: профессия журналиста в целом умерла еще несколько лет назад, качественную рефлексию задушили поверхностные и короткометражные видеоролики и веселые картинки из «Ютуба», но Собчак, подхватив упавшее знамя, продолжает выпускать некие «расследования», «обзорную аналитику» и интервью на резонансные темы.
Зачем?
Неужели она действительно так предана древней, но архивной профессии?

Все куда проще.
Собчак – не корреспондент «Удмуртского вестника», каждый день героически описывающий быт и нравы родных краев за три с половиной копейки.

Ксения Анатольевна занимается другим – бесконечно воспроизводит наркотик, что питает резервуар тщеславия. Как оказалось, ей совсем не хочется быть на обочине жизни в богатом доме, с шампанским «Кристал» и томиком стихов на столе. Этого недостаточно. Собчак хочется РАЗБИРАТЬСЯ в жизни и людях, но собственных ресурсов не хватает, поэтому появилась опции «умного мужа» под рукой и целой команды, создающей медиа-проекты Ксении. Рядом всегда должен быть человек, который умеет умно говорить, подстрахует, много знает про философию и иногда даже допускается мысль, что он УМНЕЕ жены – потому и изменила Собчак бывшему мужу Максиму Виторгану с интеллектуалом Константином Богомоловым.
Момент интимный, но крайне показательный.

БЫТЬ В ТЕМЕ, находиться в гуще событий («Я свидетель! А что произошло?») жизненно необходимо – именно поэтому в ютуб-канале регулярно выходят ролики Собчак на все возможные темы: экология, ЛГБТ, футбол, религия, законотворчество, вакцинация, якутское кино, театр, феминизм, протесты, выборы, проблемы школьного образования и так до бесконечности.

Конечно, это никакая не журналистика. Раз в неделю невозможно выпускать качественную аналитику по теме, в которой ни бум-бум. Нет там открытий или хотя бы неожиданного взгляда на события и явления, нет и парадоксальных выводов с гениальными находками. Есть довольно предсказуемое и нудное википедийное обмусоливание, пересказ того, что уже случилось. Того, что все успели обсудить. Ну и Ксения тоже не отстала, потому что отметилась роликом.

Фото: flickr.com//Valya Egorshin

И в этом, собственно, глубинная мотивация Собчак.

Тревогу и ощущение внутренней бесполезности у нее вызывает не удаленность от дома или мужа с ребенком (Ксения Анатольевна любит курорты и даже гостей своего ютуб-канала на них вывозит, чтобы и самой отдохнуть от семьи), а именно отрыв от топа «Яндекса». Отключение головы от информационного потока. Поэтому даже в самолетах, как понятно из сториз, она читает не книги, а предложенную прессу.

Болезненное недержание мнения по всем поводам вызвано довольно специфическим расстройством – Собчак опасается, что кто-то вдруг справедливо заподозрит ее в некомпетентности. Всеми силами ведущая превентивно пытается разбить обвинения в дилетантстве и внутренние комплексы по этому поводу. Поэтому вся бурная деятельность направлена только на удовлетворение глубоких нарциссических потребностей – быть в центре внимания и «генерировать» повестку.

Представьте, насколько надо любить себя, чтобы пойти спойлером на президентские выборы (какие даже мифические шансы были у Ксении?) в обмен на авторскую программу на Первом канале, которую Собчак выторговала у высокопоставленных людей и потом еще долго выбивала у Константина Эрнста. Той самой передачи «Док-Ток», у которой теперь хорошие рейтинги без нее, но с Александром Гордоном.
А без Гордона – не то.
И это больно.
Ведь путь Ксении – перманентная самопрезентация, торговля луком (не в значении овоща).

Выборы: Я и Путин (в образе училки на выборах).
Расследования: Я и Среднеуральский женский монастырь (в образе верующей – с покрытой головой, в юбке, смиренным взором очи долу).
Интервью: Я и скопинский маньяк (в синем – под цвет обоев в доме Мохова).

Не гнушаясь разводить простоватых и несмышленых спикеров (жертва маньяка, Юлия Волкова, Эдвард Бил, рэпер Гуф) в интервью, Собчак выходит из этих «схваток» победительницей, как она уверена. При этом не способна трезво оценить, как это выглядит со стороны и какой урон нанесен тем, кто взят в объектив. Буквально жертвам. Ксения прекрасно понимает – никакой правды не раскрыто. В лучшем случае она поковыряла палкой в куче компоста, который и без нее продолжал гнить. Но зато какой мощный смрад!

Кому нужно интервью с маньяком, если он уже на свободе, сладострастно облизывается в кадре и говорит, что «не доработал» с одной из жертв, потому она и родить не может?
Кому нужно разоблачение секты схиигумена Сергия, где разоблачители становятся равны разоблачаемым: ведут себя покруче сектантов и шакалят по кладбищу, подставляя бывшую послушницу, которой еще жить в тех краях?

Кому, кроме дураков, весело ржать над экс-солисткой группы «Тату» Юлией Волковой, размышляющей о законе Димы Яковлева, если в кадре Собчак открыто обманывает ничего не понимающего в политике человека?

Какую «правду» задним числом общество узнало об этом всем.

Если Юрий Дудь хотя бы честно делает вид, что слушает собеседника, то Собчак ни один гость попросту неинтересен. Ведь по теме ей все известно куда лучше. Заранее. Вот Юрий Колокольников битый час объяснял ведущей, что в Голливуде всем по барабану, как он относится к Владимиру Путину или Алексею Навальному, и на карьеру это никак и ни при каких обстоятельствах не повлияет. Даже в России. Актер снимался в «Игре престолов», «Доводе», «Хантер Киллере», полжизни прожил в Канаде, работал в США, но Собчак все равно отрицательно крутила головой и не верила. Как такое может быть? Чтобы не так, как она сама для себя придумала.

Чаще всего «журналистика» Собчак построена на пресловутой провокации. Тут даже не надо вспоминать бессмертное шоу «Дом-2», где конфликты режиссируются голосом за кадром (см. фильм Виталия Манского «Девственность») или сценарными зарисовками. Просто Ксения умеет талантливо доводить людей: вспомним Маргариту Симоньян, прерывавшую беседу несколько раз, пока ведущая улыбалась. Для Собчак это предмет гордости: не раз признавалась – дескать, чтоб со мной работать, надо спецподготовку пройти, я такая сука! Это чистая правда. Ксения не раз психовала в радиоэфирах, будучи гостьей, срывалась на ведущих, которых не желала слушать.

Все потому, что задачи изучать, говорить, выяснять или услышать у Собчак нет, цель совсем другая: развести и вывести.
Если перед ней Захар Прилепин – будут разговоры про «убивал/не убивал», капитализм для умных и рванину, требующую равных с буржуазией прав.
Если Никита Ефремов – конечно, через прикормку про психологию и «внутренний рост» из парня потянут подробности про отца, которого он кинул в трудный момент (во время суда и того трагического ДТП Ефремов-младший постигал потаенные глубины себя на Алтае).

Если Божена Рынска – то Собчак попросит по-подружески показать гардероб и обставленную предметами старины многокомнатную квартиру вдовы Игоря Малашенко, а затем будет подыгрывать собеседнице, которая жалуется на бедность, отсутствие дохода после смерти мужа и даже плачет на камеру. Интервью было настолько классным, что после него Божену затравили до такой степени, что видеоролик пришлось удалить. Вместе с остатками репутации светской львицы.

Таков стиль. Если ведущая видит, что гость заводится, то начинает перманентно улыбаться и перебивать его, задвигая собственную идею поперек, как было с Мамоновым и Прилепиным.
Если видит, что раскрылся, то под видом лучшей подруги (или как никто другой понимающей собеседницы), сделав бровки домиком, вытаскивает из него самую желтую желтизну, как было с Софьей Таюрской, признавшейся, что влюбилась в солиста Little Big Илью Прусикина не потому, что у него деньги и популярность, а потому, что волосы на голове выросли. Народ до сих пор угорает.

Если видит, что надо чуть дожать, подключает легкий шантаж и чувство вины перед обществом: ну, ты знаешь, многие могут столкнуться с подобной ситуацией, ты вот сейчас расскажи – и это может ИМ помочь.

В шоу «Однажды в России» была очень точная пародия на Собчак, которая звонила очередной звезде и уговаривала: «Ты никому ничего рассказывай, я скоро подъеду к тебе с пятью камерами, и мы по-дружески это все обсудим. Мне можно доверять».

Ксения Анатольевна очень часто произносит слово «профессионализм» и любит упрекать профанов, но при этом до сих пор не научилась любить русский язык и вообще не пишет без ошибок, что видно не только из неотредактированных постов и комментариев в «Инстаграме» с хаотичным синтаксисом и гибкой орфографией, но и даже из ютуб-шоу, каждый выпуск которого она отсматривает перед его выходом (в интервью с продюсером Нателлой Крапивиной на экране можно увидеть титр «кичь» в значении «китч»). Собственно, даже в названии проекта «Осторожно Собчак!» нету знака препинания, обозначающего обращение к зрителю.

Еще чаще она произносит слово «эксклюзив» или «я тогда первая об этом рассказала», «я первая с ним поговорила»: и тут разводит уже аудиторию. Потому что, к примеру, зовет эксклюзивом 10-минутный промо-подход к Квентину Тарантино – стандартная процедура премьеры ЛЮБОЙ картины в рамках проката. В том случае – фильма «Однажды в Голливуде», к выходу которого великий Квентин долетел до России и раздал десяток интервью, одно из которых Ксении Анатольевне. Такова обязательная часть работы режиссера согласно контракту. Отказать он не имеет права. Так что это не эксклюзив из дома Тарантино на Крафт-Авеню, а по сути часть пресс-конференции.

За такими проговорками о собственной уникальности и фирменным наперсточничеством – вся Собчак. Важно не содержание и, тем более, не благородная цель пролить свет на событие или изучить под другим углом – важно обозначить, что это ОНА, только она и именно она сделала.
Никто другой.
Это ее эксклюзив.
Это ее добыча.
К гостям и темам Собчак так и относится – как к добыче, мясу. На котором стоит именное клеймо «К. С.».

Снисходительно посмеиваясь над «поехавшим стариком» Никитой Михалковым («Ох, я бы тоже хотела быть Диной Саевой и не знать, кто такой Михалков»), упрекая Михаила Галустяна и Маргариту Симоньян в показном патриотизме или пропаганде, Ксения Собчак не стесняется втюхивать махровую буржуазно-демократическую пропаганду зрителю Youtube и подписчикам в «Инстаграме» и «Телеграме». Выдавая за образец профессии абсолютно ангажированных Евгения Киселева, Леонида Парфенова и проч. ветеранов либеральных СМИ.

Милитаризация (вместо чеченских ужасов 90-х), православное мракобесие (вместо очевидного духовного кризиса), несменяемость власти (вместо бесчеловечных вбросов на выборах Ельцина), тотальная коррупция (вместо разоблачений обворовавших страну олигархов), дремучесть русского народа, не принимающего ЛГБТК+ (вместо изучения РЕАЛЬНЫХ интересов людей), продажность ментов (вместо честных воспоминаний про работу Анатолия Собчака) – всем этим набором пошлых клише из настольной библии либерала Собчак с высоты опыта и ресторана на Тверском бульваре жонглирует с утра до вечера, будучи всерьез уверенной в собственной независимости и исключительной трезвости ума.

Фото: instagram — xenia_sobchak

Масштабная профанация, которую ведущая в овечьей шкуре и дорогих очках много лет выдает за высококлассную хайп-журналистику, не что иное, как банальное стервятничество. Выгрызание мертвечины с гарниром из опарышей. Талантливое паразитирование на самых низких и гадких потребностях аудитории – глумиться, видеть страдания и падение, угорать над тупыми или самодовольными павлинами, разочаровываться темными сторонами души или трупными пятнами на теле страны. На факультете политологии МГИМО, где Собчак доучивалась после переезда из Питера, никто не объяснил, что умелые и бесчеловечные манипуляции – обязательные элементы большой политики – вовсе не синоним, а антоним слова «журналистика», которое она так любит произносить, гордо паря над жертвами и доклевывая их печень, но так и не насытившись.

Автор Егор Шилов

Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии