Фиктивный брак и демонстрация в доме терпимости

Одна из первых премьер в обновленном театре «Прогресс-сцена Армена Джигарханяна» под управлением Сергея Газарова, который не так давно принял и художественное руководство Театром Сатиры – спектакль «Балалайкин и Ко» – собрал на сцене богатый мужской ансамбль. Любопытно наблюдать, как сатирические типажи и общественные пороки, описанные Салтыковым-Щедриным в 1870-х, а Сергеем Михалковым в 1970-х годах, рифмуются и с нынешним временем.

 

«Но ежели история современности уделит когда-нибудь мне хоть одну строку, то я желал бы, чтоб эта строка была посвящена не мне лично, а «Современной идиллии»»,

– писал некогда главный сатирик классической русской литературы. Жизнь распорядилась иначе, и потомкам Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин известен прежде всего как автор «Истории одного города» и нравоучительных рассказов, а философско-политический роман об «утробных похождениях» двух столичных интеллигентов стал достоянием исследователей и литературоведов.

Виной тут – декларативность высказывания, прямой нравоучительный пафос. Сюжет таков: двое друзей, некогда увлеченные идеалами либерализма, принимают решение подстроиться к новым временам, которые в России принято называть политическими заморозками, или «закручиванием гаек». Стратегия пассивного приспособленчества проста:

«Погодить – это значит приноровиться, что ли, уметь вовремя помолчать, позабыть кой о чем, думать не о том, об чем обыкновенно думается, заниматься не тем, чем обыкновенно занимаетесь»… Так советует приятелям мудрый старший товарищ: «Гуляйте больше, в еду ударьтесь, папироски набивайте, письма к родным пишите, а вечером в картишки засядьте. Вот это и будет, значит, – погодить».

Логика событий требует, чтобы пассивное соглашательство привело героев почти к активному сотрудничеству с квартальным надзирателем и его осведомителями.

«Мы уже не «годили», а просто-напросто «превратились». (…) В согласность с этой жизненной практикой выработалась у нас и наружность. Мы смотрели тупо и невнятно, не могли произнести сряду несколько слов, чтобы не впасть в одышку, топырили губы и как-то нелепо шевелили ими, точно собираясь сосать собственный язык. Даже неизвестный прохожий, завидевши нас, сказал: «Вот идут две идеально-благонамеренные скотины!»»

Новые смыслы частично забытому роману придало послеоттепелевое время 1970–1980 годов, когда необходимыми элементами скандальной славы стали эзопов язык и «фига в кармане». Поэт и баснописец Сергей Михалков создает на основе романа забористый социальный памфлет «Балалайкин и Ко», и эта пьеса в постановке Георгия Товстоногова становится программным спектаклем театра «Современник». Зритель полюбил и запомнил острохарактерных героев в исполнении Валентина Гафта, Игоря Кваши, Олега Табакова, Андрея Мягкова. Образ политической сатиры тех лет можно отразить цитатой из Салтыкова-Щедрина: «Демонстрация в доме терпимости».

Нужно отметить, что режиссер нового прочтения пьесы, Сергей Газаров, в 2021 году тоже собирает в спектакле «Прогресс-сцены» сильный и обаятельный актерский ансамбль. В новой постановке ставка делается не столько на нравоучительную мизантропию пьесы (хотя и этого в достатке), сколько на рассыпанные по всему тексту сатирические блестки. Отличие нашей эпохи от прежних именно в том, что персонажи Салтыкова-Щедрина отнюдь не представляются нам чудовищными, гротескными, небывалыми. Напротив – это преимущественно милые, обаятельные люди, которым не чуждо ничто человеческое. Радеющие о порядке и общественной нравственности полицейские чины устраивают беспробудные оргии и склоняют одного из героев на фиктивный брак (очень хорош в роли квартального надзирателя Сергей Серов); при этом приближенные к дому брандмейстер и письмоводитель, наряженные в стиле парикмахера Сергея Зверева (Артемий Савостьянов и Кирилл Анисимов), явно составляют гей-пару; не отстает от чиновников и промышленно-финансовая элита, представленная в образе купца Парамонова (Иван Гордиенко) – этакого престарелого «крестного отца» всей этой братии сластолюбцев, взяточников и авантюристов.

В роли Глумова, мрачноватого наперсника главного героя, выступает чертовски обаятельный Сергей Чонишвили, который и создает наиболее точный образ современного конформиста. Оставаясь человеком, в общем не утратившим порядочность и совесть, он оправдывает окружающие его мерзости свойствами человеческой природы – и зритель волей-неволей солидаризируется с этой позицией. Безымянный рассказчик – главный герой пьесы (Сергей Климов) – проходит путь от растерянности, страха, возмущения, но затем и принятия изнанки жизни, которая открывается ему в безобидных по большому счету шалостях и слабостях разночинного городского люда.

Спектакль получился красочный, эффектный, визуально изобретательный (художник Владимир Арефьев). В режиссуре и актерской игре виден масштаб, глубина – и профессиональная, и человеческая. Но сам материал нередко подводит авторов спектакля, не всегда им есть где развернуться, герои представляют собой скорее сатирические аллегории, живой человек в них проявляется в отдельные минуты – как в замечательной сцене запоя чиновников – и снова сковывается за маской обличения нравов.

Но зритель принимает спектакль очень тепло, узнавая знакомые типажи, долго не отпуская артистов со сцены. Это главное свидетельство того, что мощный сатирический запал пьесы со временем не отсырел, не выдохся – даже обрёл новые смыслы. И спектакль Сергея Газарова именно об этом: в России за 200 лет меняется все и не меняется ничего.

Автор Ольга Погодина-Кузмина

Фото автора

 

Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии