Провальное десятилетие российской экономики

8 месяцев назад

В контексте планомерного политического сближения Российской Федерации с Китаем и недавней поездки Владимира Путина в Пекин наш эксперт бизнесмен Андрей Павлов провел экономический анализ и сделал выводы о том, сможет ли ВВП России увеличиваться поднебесными темпами, а также о том, что в последние годы тормозит этот рост. 

Андрей Павлов. Фото: Михаил Метцель/ТАСС

«ВН»: – Андрей Васильевич, мы видим, что естественным образом Россия поворачивается на Восток. А мы готовы к равноправному сотрудничеству с Китаем, например? Наша экономика готова?

– Итоги российской экономики с 2013 по 2022 годы кроме как провалом я больше никак назвать не могу. Рост ВВП страны за этот период составил в среднем 0,5% в год, что больше похоже на статистическую погрешность. Для сравнения – рост ВВП Китая за те же годы составил в среднем 7,8% в год. В таблице данные Росстата, МВФ.

«ВН»: – Кто в этом виноват?» И что делать?

– У меня есть точные и понятные ответы. Больше других виновата Федеральная налоговая служба России. Нужно вносить радикальные изменения в налоговое законодательство. Конечно, это непопулярное мнение, потому что в 2021 году председатель Совета Федерации Валентина Матвиенко назвала ФНС России одним из самых эффективных в мире ведомств, а в 2019 году, по словам главы ФНС Михаила Мишустина, налоговики могли отследить, где вы выпили чашку кофе и сколько за нее заплатили. Но и мое мнение основано не на каких-то предпочтениях, а на реальных цифрах и фактах.

Когда глава ФНС Михаил Мишустин произнес фразу про чашку кофе, он показывал журналисту британской газеты Financial Times чек на данный напиток, который тот выпил утром в своем отеле. То есть были предоставлены ощутимые достижения налоговой службы в сфере цифровизации, а именно во внедрении онлайн-касс. После чего в статье британского издания данный журналист написал, что Россия «стоит на передовой налогообложения», «в течение 90 секунд власти получают отчеты о каждой сделке в России – от Санкт-Петербурга до Владивостока».

Но высокая технологичность не всегда равна высокой эффективности для развития страны. В нашем случае мы имеем практически нулевой рост ВВП и большой размер теневого сектора экономики России, который, по данным Росфинмониторинга за 2015–2019 годы, колебался с 18% до 24% ВВП. Предполагаю, что и сейчас процент уходящих «мимо кассы» средств остается в том же диапазоне. Мое предположение подтверждает исследование аналитиков аудиторской сети FinExpertiza, согласно которому 13,5 млн граждан РФ имели неформальную занятость в 2022 году. То есть 20% от всех трудящихся частично или полностью скрывали свои доходы. На заседании Совета Федерации в сентября 2023 года были озвучены похожие цифры: каждый пятый гражданин РФ занят в теневом секторе экономики.

«ВН»: – То есть на самом деле налоговая работает не так эффективно, несмотря на ее достижения в цифровизации?

– Я называю это «наводить тень на плетень». Это выражение означает намеренно сбивать с толку, вносить в дело неясность. Этим и занимаются в ФНС России последние 10 лет. Поскольку мне, например, неясно, как при контроле каждой покупки и бизнес-операции по всей России размер теневого сектора экономики в среднем составляет 1/5 ВВП страны. 

К тому же меня сбивают с толку разговоры про высокую эффективность ФНС в наведении порядка в экономике, когда легальный бизнес ощущает на себе запредельное налоговое давление, а компании с непрозрачной структурой, которые открыто ведут криминальную деятельность, спокойно процветают. Чтобы не оставлять вас наедине с подобными казусами, проведу небольшой анализ работы ФНС, согласно официальным данным и критическому мышлению.

Об «успехах» ФНС на рынке недвижимости в 2021 году рассказал заместитель руководителя исполкома Общероссийского народного фронта по экспертно-аналитической работе Арсений Беленький (цитирую по материалу ТАСС): «В России, по приблизительным подсчетам, работают около 500 тысяч человек в секторе услуг по недвижимости. По некоторым оценкам, 70% рынка услуг в жилой недвижимости находятся в теневой зоне экономики. Это либо “серые”, либо даже “черные” зоны. Подавляющее большинство риелторов нигде не регистрируются, не трудоустроены, не платят налоги. Практически все преступления в недвижимости совершаются в этом теневом секторе».

Сейчас рынок риелторских услуг оценивается в 300 млрд рублей, а доля теневого сектора по-прежнему остается около 70%. В обувном бизнесе, которым я занимаюсь уже более четверти века, тоже видна «успешная» работа ФНС. На днях я получил отчет РБК по рынку обуви, из которого следует, что среди наших конкурентов есть компании с непрозрачной структурой, которые торгуют контрафактом и контрабандой на миллионах квадратных метров по всей стране. Это при том, что на рынке обуви столько методов контроля, что, казалось бы, ни одна пара кроссовок не должна проскочить мимо бюджета: маркировка, онлайн-кассы, сертификаты качества, документооборот, запрет продажи на патентах и т. д. Но это не мешает некоторым обувным компаниям заниматься криминалом под всевидящим оком нашей налоговой службы.

Теперь взгляните на секторы экономики, которые формировали наибольший спрос на теневые услуги в 2022 году.

По данным информсистемы «СПАРК», больше всего ЮЛ задействовано как раз в торговле (25,4%) и строительстве (12,3%). Среди ИП больше всего работают в отраслях торговли (39%) и транспорта (11,6%). По поводу последней в этом месяце состоялось заседание комитета по транспорту и развитию транспортной инфраструктуры при уполномоченном по защите прав предпринимателей Москвы Татьяне Минеевой, где присутствующие жаловались, что более 60% транспортных услуг находятся в тени. Что это, если не «успех» нашей налоговой службы, которым можно похвастаться перед крупнейшими мировыми изданиями?

«ВН»: – Что делается, чтобы исправить эту ситуацию? 

– Здесь уже подходит больше другое выражение. «Толочь воду в ступе», то есть заниматься чем-то бесполезным. Если мы посмотрим на работу ФНС России с точки зрения роста ВВП страны и развития экономики, то это и увидим. Иначе как объяснить, что руками данного ведомства создаются бессмысленные бизнес-процессы и налоговые режимы, которые ведут к выкачиванию трудовых ресурсов из производственных секторов, к лишению людей стабильных рабочих мест и торможению легального среднего бизнеса, который должен быть двигателем научно-производственной экономики?

Ярким примером тому, как ФНС толчет воду в ступе, служит налоговый режим «самозанятые». Изначально он был нацелен на вывод из тени людей, оказывающих услуги физлицам. Вместо этого мы видим, что в 2022 году 80% всей выручки плательщиков НПД (750 млрд рублей) пришлось на долю тех, кто получал доход от ЮЛ и ИП. То есть спустя 4,5 года главная цель эксперимента «самозанятые» не выполнена даже на 10%. Если мы вычислим среднее количество выручки на одного самозанятого в 2022 году (было 6,5 млн человек), получим 111 000 рублей в год, или 9 тысяч в месяц. Если вычислим среднее количество налогов на одного самозанятого с 2019 года (всего 87 млрд рублей), получим 10 600 рублей налогов на человека за 4,5 года. Стало быть, основная масса транзакций по-прежнему остается в теневом секторе экономики. При этом было бы интересно узнать, сколько людей ушло из классического найма в самозанятые. Высокотехнологичное и самое эффективное в мире ведомство могло бы предоставить своим гражданам такую статистику?

«ВН»: – А в самой ФНС нет понимания этой картины? 

– В целом ситуацию хорошо описывает выступление замглавы ФНС Светланы Бондарчук, которая сообщает, что борьба с теневой занятостью не является сегодня приоритетом для Службы. А ведь именно криминализация трудовых отношений – это в первую очередь признак присутствия теневой части в бизнесе.

Фото: Ведомости/ТАСС

Ещё пример. Сейчас на всю страну транслируется реклама от губернатора и корпорации развития Удмуртии: «Релокация бизнеса в Удмуртию под 1% УСН». С точки зрения ФНС, такое действие незаконно, так как связано только с уменьшением налоговой базы. Ведь любой российский предприниматель может приехать в Удмуртию (Мордовию, Калмыкию, Мурманскую область и т. д.), зарегистрировать свою деятельность под 1% УСН и работать в любой точке страны. Более того, это повлечет за собой сокращение налоговых сборов в регионах, откуда уйдут предприниматели во внутренние «офшоры» России, а также создаст неравные условия ведения бизнеса в рамках страны и даже одного округа.

У меня нет претензий к руководству Удмуртии. Делают что могут и изображают бурную бессмысленную деятельность по росту субъектов предпринимательства. А куда смотрят руководители налоговых инспекций, руководство УФНС региона? Куда смотрит замглавы ФНС Виктор Бациев, который отвечает за правовое управление, связь с судами и координирует работу территориальных органов ФНС в Приволжском федеральном округе? Получается, что государственные служащие сами втягивают предпринимателей в налоговые «схемы». Мне пришлось изучить эту тему очень подробно, поскольку одна из моих компаний неожиданно пострадала от такой схемы, устроенной нашей налоговой службой.

«ВН»: – И как можно объяснить все эти шаги Службы?

Как говорил один древнеримский юрист, «ищите, кому это выгодно». Успешно «наводить тень на плетень» и высокоэффективно «толочь воду в ступе» со стороны ФНС выгодно только криминальному адвокатско-юридическому сообществу и коррупционерам во властных структурах, контрольно-силовых органах, а в первую очередь – в налоговой службе. Покажу вам, как это делается, на примере двух крупных обувных компаний в России.

Комментарий «Ведомостям» от представителя Ralf Ringer по делу о взыскании с компании 3,2 млрд рублей (ноябрь, 2022 год): «В декабре 2017 г. ИФНС No 15 по Москве проводила выездную проверку в АО “Ральф Рингер” за период 2014–2016 гг. Решение по ее результатам вынесено только спустя 4 года – о доначислении налогов, штрафов и пеней на сумму 3,2 млрд рублей. Налоговая сочла, что единственный поставщик материалов для АО “Ральф Рингер” – взаимозависимое лицо, которое якобы не осуществляло никаких поставок. По этой логике налогового органа вся выпущенная за три года обувь была сделана “из воздуха”. Компания обжаловала решение налоговой, сумма претензий была уменьшена до 1,4 млрд рублей. То есть управление ФНС фактически подтвердило реальность отношений с единственным поставщиком материалов, тем самым опровергнув подконтрольность, но не ответило на вопрос, каким образом можно произвести обувь из 56% от необходимого количества материалов. Кроме того, налоговый орган утратил право доначислить налоги и пени из-за нарушения сроков проведения и оформления результатов проверки».

В октябре этого года руководитель Ralf Ringer Андрей Бережной сообщил BFM.RU, что до сих пор идут суды по этому делу, а счета компании заблокированы. Таким образом невозможно исполнять текущие платежи, платить налоги и гасить какие-либо задолженности. При этом следователь отказывает в разблокировке счетов, в ФНС не отвечают, а «Коммерсант» пишет, что данной компании уже грозит банкротство.

Я не сомневаюсь, что Андрей Бережной рано или поздно решит свои многолетние непроизводственные проблемы. Вот только цинизм действий налоговой и Следственного комитета у меня вызывает резкое отторжение. Страна уже почти 2 года находится в горячей стадии конфликта не только с Украиной, но и со всем коллективным «Западом». Количество объявленных стране санкций измеряется тысячами, а в это время соотечественники готовы уничтожить самого крупного производителя обуви! Как это вообще может быть? Ведь по телевизору мы только и слышим из уст президента и других руководителей страны о мерах по защите нашего бизнеса и в первую очередь производственного.

«ВН»: – Вас тоже коснулись похожие проблемы? 

– Ровно то же самое происходит с моей компанией Zenden, которой по итогам проверки за 2013–2015 годы ИФНС No 13 по Владимирской области в 2019 году выставила счет на 875 млн рублей. В обосновании взыскания было указано, что якобы под видом франчайзи мы раздробили бизнес на 22 подконтрольных ИП для снижения налоговой нагрузки. Примером подконтрольности послужила общая реклама, сайт и дисконтные карты Zenden, что не вызывало никаких претензий в ранее проведенных налоговых проверках и в принципе нормально для франчайзи. Также все 22 ИП подтвердили, что о своих делах они отчитывались перед контрольными органами самостоятельно.

В 2019 году мы оспорили данное решение и выиграли суды. Через 2 года окружная кассация инициировала новое рассмотрение дела, и в этом матче победили уже налоговики Владимирской области. В итоге с нас требуют 867 млн рублей, из которых: налог на прибыль – 187 млн рублей; НДС – 405 млн рублей.

Но мы намерены продолжить борьбу с теми, кто хочет жить за наш счет припеваючи, и подали новый иск на ИФНС No 13 по Владимирской области, где указали, что, помимо отсутствия каких-либо доказательств подконтрольности нам 22 ИП, есть также факты нарушения двухгодичного срока выставления штрафа со стороны налоговиков.

«ВН»: – Можно ли как-то исправить сложившуюся в этой сфере ситуацию? 

– В конце своих статей и интервью я традиционно даю какие-то решения, которые, на мой взгляд, могли бы помочь в развитии российской экономики, а в первую очередь производственного сектора. Но в этот раз я бы хотел начать не с законодательных аспектов, а с социально-политических, чтобы показать, в чью пользу играет ФНС России, создавая налоговое законодательство для экономики «торговли и услуг», а не «науки и производства».

Эльвира Набиуллина. Фото: Сергей Бобылев/ТАСС

Для этого приведу вам слова российского политолога Сергея Михеева. Они были сказаны им в сентябре этого года после заявлений главы Банка России Эльвиры Набиуллиной, что надо бы поддержать банковский сектор, который и так показывает рекордные выручки: «Я давно говорил и повторяю: это секта людей, верящих в деньги. Они говорят, что “чем больше зарабатывают банки, тем лучше”. У нормального человека (не у члена секты) возникает вопрос: “А кому лучше? Для чего лучше?” Есть общество, государство: должна быть концепция, понимание общественного блага. Когда для общественного блага хорошо, тогда лучше. А если кто-то заработал кучу денег, сложил их к себе в карман, или что-то для себя купил, или вывел из страны, то что здесь лучше? Стратегию государства ни банкиры, ни финансисты определять не могут и не должны. Стратегию государства должны определять мудрые политики, которые экономические факторы сочетают с политическими, социальными, общественными и морально-этическими».

Подведу итоги десятилетия и попытаюсь ответить на вопрос: «Какой рост ВВП дали мероприятия ФНС по обелению бизнеса?» Титаническая работа по «цифровизации» ведомства, на которую были потрачены сотни миллиардов, не смогла дать необходимый результат. Если из средних 0.5% роста ВВП в год вычесть сумму вывода части бизнеса из тени, то фактический рост ВВП окажется минусовым. Возможен и другой вариант: часть бизнеса еще глубже ушла в тень, увеличив коррупционные доходы бенефициаров «информатизации».

При таком тотальном уровне контроля предприниматели стали более сговорчивыми, понимая, что триада, состоящая из налоговой, следственных органов и судов, шансов не оставляет. Резиновое законодательство при высоком уровне контроля поставило практически весь бизнес вне закона. Поэтому вместо упрощения условий ведения бизнеса многократно выросли уголовно-правовые риски. Всё это привело к ухудшению инвестиционно-делового климата. Регуляторная гильотина дала прямо пропорциональный результат. Продолжаем работать по принципу: «шаг вперед и два назад». При этом у страны есть потенциал для роста ВВП не менее 7%. И для этого достаточно внести ряд изменений в налоговое законодательство.

«ВН»: – И всё же как решить эти проблемы стране?

– Необходима настоящая защита интересов местных предпринимателей и защита собственного рынка. Решения такие:

– перенастроить работу ФНС России на искоренение теневого сектора экономики, наполнение региональных бюджетов через сокращение льгот и законодательную поддержку промышленности страны;

– запретить регионам делать ставки по УСН ниже стандартной ставки 6%, поскольку она уже льготная и незачем делать льготы на льготы, создавая неравные условия ведения бизнеса по стране и недополучения в региональные бюджеты;

– сделать социальные налоги по одной ставке в 12%, чтобы предприниматели могли выходить из тени, а те, кто работает на льготных спецрежимах, имели стимул к переходу на общий режим налогообложения и легальному развитию своего бизнеса;

– поднять ставку НДФЛ до 20% для доходов свыше 24 млн рублей. Убрать НДФЛ с суммы доходов менее 2 МРОТ.



Подписаться
Уведомить о
guest
0 комментариев
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
АКТУАЛЬНЫЕ МАТЕРИАЛЫ