Сдвиг Политического и новая норма: о покушении на Трампа

Вчера на Трампа было совершено очередное покушение. То есть, как потом выяснилось, не на Трампа вовсе, по крайней мере, по словам самого стрелка Коула Аллена, а на чиновников Белого дома. Среди которых отдельно стоит выделить вице-президента Джея Ди Вэнса. The New York Post нашла десятки постов с крайне резкой критикой Алленом команды Трампа, в одном из которых он определил Вэнса как «кусок дерьма» за недостаточную поддержку Украины. Выглядит довольно логично. Тем более что вице-президент является наиболее жестким критиком помощи Киеву и ярым сторонником мирного урегулирования – любой ценой, то есть той, которую запрашивает Россия.

США. Висконсин. Милуоки. Экс-президент США, кандидат в президенты от Республиканской партии Дональд Трамп и кандидат в вице-президенты США, сенатор от штата Огайо Джеймс Дэвид Вэнс на Национальном cъезде Республиканской партии. Фото: AP/TASS

Однако, во-первых, никто не отменял случайности, то есть того, что пуля – допустим, отрекошетив, – могла попасть и в самого хозяина Овального кабинета, во-вторых, не надо забывать, что всё же именно Трамп заблокировал Незалежной всю помощь, ограничившись лишь передачей разведданных и поставками оружия за деньги Евросоюза (чем, кстати, он очень гордился: что при его втором сроке на Украину не ушло ни цента), а в третьих, думается, по степени тяжести всё-таки покушение на чиновников тянет чуть более на меньший срок (по крайней мере, до электрического стула дело, думается, не дойдет). Поэтому утверждать, что Аллен и в мыслях не имел планов по устранению президента США, было бы несколько наивно. Скорей всего, имел. Ибо понимал – а как правоверный демократ, а также в принципе неглупый человек (выпускник престижного Калифорнийского технологического института, разработчик инди-видеоигры Bohrdom и преподаватель, которого знакомые называли «почти гением») не понимать он не мог, что источник всех бед – это не Вэнс, а Трамп (хотя бы потому, что не переизберись последний на второй срок, первому не видать было бы поста вице-президента) виновник того, что США отстранились от Украины. В пользу этого говорит также и то, что на предвыборную кампанию Камалы Харрис он перевел по меньшей мере 25 тысяч долларов – вполне себе достойное пожертвование для частного лица. Плюс не стоит списывать со счетов и его манифест объёмом более тысячи слов, который, как пишет The New York Post, он разослал своим родственникам за десять минут до атаки и в котором чёрным (кстати, сам стрелок афроамериканец) по белому говорится: «Я больше не намерен позволять педофилу, насильнику и предателю пачкать мои руки своими преступлениями» (имея в виду Трама).

Красноречиво? Определённо. И после этого сложно сказать, что американский президент не был одной из целей.Таким образом, мы имеем уже три покушения на Трампа. Первое было совершено в июле позапрошлого года во время его предвыборного митинга в Пенсильвании (это когда ему прострелили ухо), второе – в сентябре того же года (когда 58-летний Райан Уэсли Рут, тоже, к слову, бескомпромиссный сторонник Украины (он занимался вербовкой афганцев на сторону Киева) и Камалы Харрис, пытался подстрелить Трампа в гольф-клубе). И вот – третье. Что даёт основание для того, чтобы сказать, что это – уже тенденция. То есть против Трампа действует не какая-то конкретная ультрарадикальная организация, а частные лица, одиночки, которые не согласны с его политическим курсом. Но думается, что самое интересное не в этом, но в том, что эти акты терроризма не есть проявления политической субъектности (в её предельном выражении), несмотря на то, что внешне они весьма напоминают оную (и в некоторой степени даже до полного тождества), но являются чем-то вроде частных проявлений общего тренда «массовых расстрелов». То есть политическое здесь выступает скорее как форма, нежели содержание, которым, не исключено, является нечто другое – связанное с плоскостями психического и онтологического.

Речь о чём: мир стремительно изменяется. И не последнюю роль здесь играет политика Трампа, который положил конец «миру по правилам», вернувшись к концепции, которую условно можно обозначить как «право сильнейшего», по сути, совершив парадигмальный сдвиг: повернув историю в сторону Нового средневековья. В некотором роде этот поворот – как потенция – носился в воздухе как альтернатива слишком молниеносным трансформациям техно-, цифро- и социального пространств и неспособности управленческого корпуса/власти эти трансформации включить в пространство существования, в том числе и в поле Политического, которое является тем Дискурсом, в котором пересекаются все прочие дискурсы, придавая им форму и направленность. И Трамп, можно сказать, вспорол изнутри этот Дискурс, провозгласив и конец наличного Политического, которое можно назвать Большим метафизическим диспозитивом, тем самым утвердив Политическое в его аномии. Что для многих – на Западе – явилось большим шоком. Стало тем, на что нельзя не реагировать. И вот эти частные случаи – случаи покушения на Трампа – как раз и можно определить как реакцию на эту аномию наличного Политического, выраженную в форме политического как акта политической субъектности (в чём, собственно, и заключается его основное отличие от массовых убийств вне политического дискурса).

И что важно отметить, так это, если судить по динамике политических процессов, определённый потенциал к масштабированию этой реакции, то есть реакции в форме радикального политического жеста. На это указывает то обстоятельство, что все стрелки (включая и убийцу политического активиста Чарли Кирка) были неравнодушны к демократам, что говорит о возможности радикализации уже с их стороны (чем раньше отличались республиканцы). То есть вероятность массовых протестов – политических по форме, но связанных с политикой лишь как реакция на аномию наличного Политического – существенно возрастает (собственно, как и продолжение истории с покушениями, и уже не только на Трампа, но и его сторонников по принципу переноса и проекции). Становясь новой нормой. Чрезвычайным положением без его официального объявления. В некотором роде чрезвычайным положением в перевёрнутой позиции. Что-то вроде карнавала. Что является истинной стихией Джокера, манифестацией которого в мире Политического и есть Трамп. Поэтому в этих реакциях – покушениях и убийствах – следует видеть не патологию или нарушение порядка, но новую государственную диспозицию, в которой потерявший опору гражданин на одном полюсе соответствует эту опору выбивающему из-под его ног Джокеру – на другом, как ранее homo sacer соответствовал Суверену (по Агамбену), создавая тем самым линию непрекращающего напряжения. Которая и есть суть само Политическое.