Трамп VS папы, или При чём здесь Тарантино

Даже папа римский не выдержал того, что творится в Америке, и того, что творит Америка с отмашки «величайшего» президента США Дональда Трампа. Так, в Вербное воскресенье, обращаясь к своей пастве, Лев XIV сказал: «Иисус не внимает молитвам тех, кто ведет войну, а отвергает их, говоря: “Хотя вы и молитесь много, Я не услышу вас: ваши руки полны крови”. Иисус не вооружался, не защищался и не участвовал ни в каких войнах. Он явил кроткое лицо Бога, который всегда отвергает насилие». Адресат этого message очевиден: как отмечает Reuters, данный пассаж прозвучал на фоне инициирования американским министром войны Питом Хегсетом проведения христианских службы в Пентагоне, на одной из которых тот молился о «сокрушительной силе против тех, кто не заслуживает пощады». Что, в свою очередь, можно считать уже публичной манифестацией включения религиозного дискурса в дискурс политический. Иначе – попыткой придания политическому значения религиозного, закрепленного – через публичную плоскость – как политическое (причём в самой американской армии данный процесс – трансформации политического – уже принял характер официальной тенденции: в частности, по словам журналиста Джонатана Ларсена, командир одного из боевых подразделений армии США объявил своим подчинённым, что операция против Ирана является частью божьего плана и что президент Дональд Трамп был «помазан Иисусом, чтобы зажечь сигнальный огонь в Иране, который вызовет Армагеддон и ознаменует его возвращение на Землю»; по информации журналиста, на начало марта Фонд защиты религиозной свободы военнослужащих (MRFF) зарегистрировал более 110 подобных жалоб на командиров во всех родах войск; в ряде жалоб, как отмечает Ларсен, говорится о «головокружительной эйфории», которую якобы испытывают некоторые командиры, транслируя личному составу идею о том, что «Эпическая ярость» есть исполнение пророчества о конце света, данном в книге Откровения Иоанна).

США. Айова. Оттумва. Экс-президент и кандидат в президенты от Республиканской партии США Дональд Трамп во время предвыборного митинга. Фото: AP/TASS

Но это Трамп промолчал (то ли не придал значения, то ли, что более вероятно, данный выпад просто не попал в сферу его внимания). Но вот когда понтифик в своей речи в базилике Святого Петра призвал к завершению войны, заявив, что «довольно идолопоклонства перед собой и деньгами! Довольно демонстрации силы! Довольно войн!», тут «неистовый Дональд» уже не сдержался (понятно, что фраза Льва XIV – тут стоит выделить «идолопоклонства перед собой»– была обращена лично к 47-му президенту Соединённых Штатов). «Я не хочу папу, который считает, что это нормально, чтобы у Ирана было ядерное оружие. Я не хочу папу, который считает, что это ужасно, что Америка атаковала Венесуэлу, страну, которая отправляла огромные количества наркотиков в США и, что еще хуже, выпускала из своих тюрем, включая убийц, наркоторговцев и убийц в нашу страну. И я не хочу папу, который критикует президента Соединенных Штатов», – написал он в «Правде».

Что поражает в этом посте американского президента, так это формулировка «я не хочу». Вообще, конечно, отдает инфантилизмом: точно ребенок говорит (и подчеркнём: очень капризный, избалованный ребёнок, не могущий уместить в своём рассудке мысль, что реальность далеко не всегда совпадает с субъективными представлениями о ней). Но Трамп – не ребёнок. Хотя беря во внимание его возраст, можно, конечно, усомниться в его когнитивных способностях (то есть признать некие возрастные изменения), в их несоответствии принятым стандартам, то есть норме в общепринятом значении (ещё в августе 25-го британский журналист Адам Гэббатт на страницах The Guardian отмечал, что «уже больше года 79-летний Трамп демонстрирует странное поведение на предвыборных мероприятиях, в интервью, в своих спонтанных высказываниях и на пресс-конференциях. Президент постоянно отклоняется от темы, в том числе на заседании кабинета министров в этом месяце, где он 15 минут говорил о декорировании, и, похоже, не помнит простые факты о своём правительстве и своей жизни»).

И в самом деле есть большой соблазн свести это «я не хочу» и прочие его эскапады к психическим нарушениям. Тем более что сам американский президент даёт на это всё новые и новые основания. Например, следом за своим постом «я не хочу» он опубликовал картинку, на которой изображён он сам в роли Спасителя, возлагающего правую руку, от которой исходит свечение, на голову лежащего больного (что, по всей видимости, служит иллюстрацией врачевания посредством божественных сил). То есть ни много ни мало Трамп сравнивает, а говоря точнее, уподобляет себя Христу. В принципе, уже одного этого было бы достаточно для того, чтобы серьёзно задуматься о психической адекватности хозяина Белого дома (мания величия тут налицо, впрочем, как прекрасно известно, скромностью Трамп не страдал никогда, однако тут, надо отдать должное, он уже перешёл все разумные рамки; и это не беря во внимание факта оскорбления не только католической церкви, но и всех христиан мира, оскорбления, чья семантика куда шире, чем сугубо религиозный дискурс: учитывая статус Трампа, поскольку всё, что от него исходит, так или иначе приобретает значение политического, и это визуальное высказывание не исключение; как-то сама собой напрашивается ассоциация с Адольфом Гитлером, приписывающим себе миссианские коннотации, и надо сказать, Трамп движется в том же направлении, заменив идеологию расового превосходства идеей «великой Америки» (кстати говоря, есть даже прецедент с геноцидом: достаточно вспомнить войну Израиля, который является на сегодняшний момент чуть ли не единственным реальным союзником США, с сектором Газа, когда удары по гражданской инфраструктуре, включая школы, больницы и лагеря беженцев, были для ЦАХАЛ обычной практикой; если кому данный пример покажется малоубедительным, то можно вспомнить и недавнее высказывание министра национальной безопасности Израиля Итамара Бен-Гвира, который демонстрируя камеры для казней, произносит сакраментальное: «Я умираю от желания применить смертную казнь к террористам» (при том, что в современном мире понятие «террорист» потеряло свои строгие контуры, приобретя высокую степень расплывчатости)).

Но здесь шокирует даже не столько сам факт публикации данного изображения, но его комментарий касательно того, почему он его удалил: «Я опубликовал его, и я думал, что это я как врач. Это было связано с Красным Крестом, как сотрудник Красного Креста», – передаёт его слова Fox News. То есть что получается: Трамп не может отличить образ Христа от образа работника Красного Креста? Нет, никогда даже подозрений не было на то, что в черепной коробке американского президента живёт и пульсирует могучий интеллект, но данное признание – это уже очевидный диагноз. Хотя всё же думается, что тут американский президент кривит душой: он отлично понимал в образе кого или с намёком на кого он публикует собственное изображение. Объяснение с «врачом» явно придумывалось на ходу и то, что Трамп не смог выдумать ничего более подходящего, конечно, ему не в плюс, в том числе и в плане психической адекватности: неужели он мог подумать, что данное объяснение кого-то удовлетворит и снимет все вопросы? Скорей всего, ему было просто всё равно, что о нём подумают (именно поэтому он и оставил это объяснение за собой: логично предположить, что если бы это поручили сделать команде пиарщиков, то объяснение было бы более вразумительным). Но и это ставит под вопрос психическую адекватность американского лидера, ибо если человек, находящийся на столь высоком посту, демонстрирует презрение к общепринятым этическим нормам, а то и вовсе чьи высказывания намекают на социопатию, то это говорит только об одном: что данный индивидуум нуждается в психологической и/или – в зависимости от характера нарушений – медицинской помощи.

Но область психического в данном случае не является сферой фактического. Даже если она имеет место, то есть не является сугубо продуктом вымысла/предположения, к наличествующей политической конъюнктуре она относится лишь в качестве предпосылки, то есть участвуя в создании политического, сама она при этом не есть факт этого политического. Поэтому каковы бы ни были исходные мотивы интеграции религиозного в политическое – они остаются вне рамок этого политического, которое, обрастая религиозными коннотациями, выходит за свои пределы, демонстрируя собой пример того, как политическое эволюционирует в сверхполитическое. То есть политическое становится тем полем, которое впитывает, поглощает в себе метафизику, находя в ней дополнительное основание для себя самой и становясь как бы единственной реальностью (как в Третьем рейхе – и это сравнение весьма и весьма не лишено смысла, если держать в голове националистические тенденции политики Трампа, которые вполне можно сопоставить с биополитикой, реализуемой в нацистской Германии). Поэтому уже следует говорить не о войне как таковой, но священной войне, которая всегда есть та война, в основе которой лежат диспозитивы метафизического порядка, что с одной стороны снимает текущие апории (прежде всего в риторике самого Трампа), но с другой – требует определенного прояснения этих самых диспозитивов.

И здесь начинается самое интересное, поскольку апеллируя к христианской традиции, в разрезе которой иранскую кампанию Трампа можно было бы полагать за реанимацию идеи крестовых походов (что, в принципе, логично вытекает из замороженного палестино-израильского конфликта, который можно считать если не прелюдий, то первым актом текущего «спектакля»), Трамп и Ко сохраняют верность последней лишь в формальном выражении, на уровне же содержания буквально возвращаясь к средневековой риторике, возвращение к которой, если бы оно исходило из уст Папы Римского, в современном контексте было бы просто немыслимо и переворачивало бы все представления о христианской религии: «Назначь этой оперативной группе четкие и справедливые цели для применения силы. Окружи их, как щитом, защити невинных и безвинных среди них, сделай так, чтобы их стрелы были подобны стрелам искусного воина, вернувшегося не с пустыми руками. Пусть каждый выстрел найдет свою цель среди врагов справедливости и нашей великой нации»,– читает Хегсет молитву, которую, по его словам, произносил военный капеллан перед спецназовцами перед операцией по похищению Мадуро. То есть это даже не столько про победу как таковую, сколько про эффективность военного дела, иначе – ликвидацию «нечестивых».

Тут, конечно, можно предположить, что «величайший» президент США и его сподвижники транслируют иную – не каноническую – версию христианства, некую новую ересь. Однако тут надо понимать, что любая ересь основывается на некоем тексте, который выступает в роли закона (в той или иной мере: допустим, если бы некто объявил, что он суть Христос, и мы все сейчас являемся свидетелями его Второго пришествия, то этот закон исходил бы от него, но само это Второе пришествие, включая новое слово закона, было бы легитимировано исходным текстом, в котором наличествует пророчество о повторном нисхождении). Логично предположить, что этим текстом всё-таки является библия(коли уж речь идёт о помазании, Армагеддоне и проч.). Что, кажется, подтверждается апелляциями к ней: «Путь праведного человека со всех сторон окружен неправедностью эгоистичных и тиранией злых людей. Благословен тот, кто во имя милосердия и доброй воли ведёт слабых через долину тьмы, ибо он воистину хранитель брата своего и искатель заблудших детей. И я обрушу на тебя великую месть и яростный гнев на тех, кто пытается отравить и уничтожить моих братьев. И ты узнаешь, что имя моё – Господь, когда обрушу на тебя мщение моё», – цитирует Хегсет ветхозаветного пророка Иезекииля. Но проблема в том, что это цитата не из Иезекииля, а из фильма Тарантино «Криминальное чтиво», в котором и прозвучало эта выдуманное высказывание. То есть Хегсет основывается не на книге пророка, Священном писании, но художественном фильме, что с одной стороны, явно демонстрирует всю религиозность и знание источников министра войны, а с другой – индуктивно вводит всю ситуацию (впрочем, этот вход можно сделать и на основе многих высказываний американского президента)в постмодерный дискурс. Вследствие чего религиозное, введённое в политическое, теряет свою внутреннюю сущность, становясь чуть ли не пустым знаком – знаком без референта, ибо вводит ситуацию в мифополитическую плоскость с диспозитивами вселенной DC, в которой Христос, если бы он даже там присутствовал, нереферентивен. В отличие от Джокера, воплощением которого и является Трамп (а Хегсет, как я показывал ранее, несёт на себе функцию Миротворца).

Таким образом, любые апелляции к христианству в риторике Трампа и его сподвижников следует рассматривать исключительно в этом – мифополитическом – ключе: как элемент игры, но игры всерьёз (шутка – это важнейший тактический инструмент политики Трампа) по переворачиванию мира – в соответствие с природой Джокера – с ног на голову. Отсюда и эта многоликость: то Трамп помазанник божий, то вообще сам Христос, то наместник бога на земле (вспомним публикацию изображения, где он представлен в образе папы римского, причём практически сразу после того, как отвечая на вопрос журналиста, кого бы он хотел видеть на месте главы Ватикана, он сказал: «Я хотел бы быть папой римским. Это был бы мой выбор № 1»). Тут надо чётко понимать, что Трамп не претендует на власть религиозную, духовную (как, допустим, было с тем же Гитлером): включая религиозное в политическое, он низводит его до комического – в полной корреляции со своей мифополитической ролью. И в этом плане папа, оппонируя Трампу, играет тому на руку: давая повод (ибо чего стоит какая-то каверза, которая оставляет всех равнодушными, или шутка, над которой никто не смеется, пусть и с горькими слезами?), который Трамп тут же подхватывает (и даже прибегая к логическим – хотя и сомнительным с точки зрения фактичности – построениям, что для него в высшей степени удивительно: «Пожалуйста, кто-нибудь скажите папе Льву, что Иран убил по меньшей мере 42 000 невинных, совершенно безоружных, протестующих за последние два месяца, и что наличие у Ирана ядерной бомбы абсолютно неприемлемо»). Ему необходим ответ, чтобы запустить цепную реакцию, конечной точкой которой будет хаос (крушение «мира по правилам», в чём он уже, учитывая, что в президентском кресле Трамп сидит ещё меньше года,основательно продвинулся). И, надо полагать, этот риск папе хорошо известен. Но как промолчать в ситуации, когда Трамп уже прорвался за все мыслимые ограничения и, что самое печальное, всем достаточно хорошо понятно, что на достигнутом он не остановится? Считай, цугцванг.