Без будущего: Европа рискует стать «новой Венецией»

Европейский союз, этот, казалось бы, нерушимый проект, построенный на мечте о вечном процветании и мире, в 2026 году столкнулся с экзистенциальным кризисом. Впервые за долгие десятилетия сами архитекторы этой конструкции открыто признают: фундамент дал трещину. На бизнес-форуме в Париже председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен подвела черту: «Долгое время европейская экономическая модель опиралась на несколько очевидных истин: дешевая импортная энергия, открытая мировая торговля, растущий доступ к китайскому рынку, стратегическая защита со стороны США и технологическое превосходство Запада. Эти факторы исчезли». Звучит как приговор. Впрочем, по сути это он есть. И теперь самое время продолжить за фон дер Ляйен: вместе с ними исчезает и уверенность в завтрашнем дне, который давит своей неопределённостью. Вплоть до того, что на месте европейского рая начнёт конструироваться что-то совсем другое, имеющее с прежним довольно мало общего.

Германия. Берлин. Глава Еврокомиссии (ЕК) Урсула фон дер Ляйен. Фото: EPA/ТАСС

Или всё совсем не так?

Вчитаемся внимательно в пассаж фон дер Ляйен. Она выделяет пять факторов. Разберём каждый.

Первый и самый болезненный удар – по энергетике. Дешёвый российский газ и нефть были тем топливом, на котором десятилетиями работала европейская промышленность. Низкие издержки позволяли производить конкурентоспособные товары, не думая о том, что энергия может стать проблемой. Но после 2022 года Европа сознательно перекрыла этот канал, сделав свой политический выбор, ставший тем, что, в принципе, можно было бы назвать медленным самоубийством. Возьмём, к примеру, Германию, считающуюся экономическим лидером ЕС: как отмечает Bloomberg, «промышленные цены на электроэнергию в Германии примерно вдвое выше, чем у конкурентов в Китае, США или Норвегии». И это не временное колебание – это новая реальность, в которой европейский производитель заведомо дороже своего конкурента.

Второй: открытая мировая торговля. Здесь удар пришёл сразу с двух сторон. С одной – протекционистские пошлины Трампа, разрушившие ту систему свободной торговли, которую Европа считала незыблемой и выгодной для себя; с другой – сама структура торговли изменилась. И эти изменения связаны с «китайским фактором», который превратился для Европы в ощутимую – с точки зрения экономики – угрозу, что в трактовке главы ЕК одновременно является третьим пунктом. Так, по данным Евростата, двусторонний дефицит ЕС в торговле товарами с Китаем достиг 359,8 млрд евро в 2025 году. Только за первые четыре месяца 2026 года дефицит вырос ещё на 10%. Как метко заметил лидер крупнейшей фракции Европарламента Манфред Вебер, Европа теряет «1 млрд евро в день» в торговле с Китаем (отдельно по Германии: как пишет Bloomberg, «китайские компании все сильнее теснят немецких производителей в автомобилестроении, зеленой энергетике и других технологичных отраслях». Торговый дефицит Германии с Китаем в 2025 году приблизился к 90 млрд евро и продолжает расти). При этом США фактически заблокировали китайский экспорт на свой рынок, перенаправив его поток в Европу. Таким образом, последняя оказалась между двух огней: её собственный доступ на китайский рынок сокращается, а китайский импорт в Европу растёт.

Четвертый: стратегическая защита со стороны США. Тут надо понимать, что европейская безопасность десятилетиями строилась на американских гарантиях. И эти гарантии даже не подверглись сомнению. Но все когда-нибудь заканчивается: администрация Трампа не скрывает, что Америка устала быть «мировым полицейским». Недавние заявления главы Белого дома о пересмотре роли США в НАТО, а также его откровенно холодное отношение к европейским союзникам ставят под сомнение саму основу трансатлантического союза. Как отмечает The Wall Street Journal, европейские чиновники всерьёз обсуждают сценарии, при которых американская военная поддержка станет условной или вовсе прекратится. И это не гипотетическая угроза, а реальная перспектива.

И, наконец, пятый фактор – технологическое превосходство Запада. Здесь удар оказался, возможно, самым болезненным. Долгое время Европа и США считали себя законодателями технологической моды. Но сегодня Китай не просто догоняет – он обгоняет в ключевых отраслях. Электромобили, зелёная энергетика, полупроводники и проч. – везде китайские компании либо уже лидируют, либо находятся на пороге этого лидерства. Возьмём ВИЭ: как пишет Financial Times, за последние три года доля Китая в глобальных патентах на зелёные технологии выросла до 60%. Европа же, ещё в совсем недавнем прошлом бывшая амбассадором этого процесса, продолжает сокращать инвестиции в R&D, перекладывая ресурсы на поддержание текущих производств, которые всё равно теряют рынки.

Так что да, фон дер Ляйен не преувеличивает. Она ставит диагноз (хотя отчего-то думается, сама не понимает, насколько он страшен). Но вот в чём ирония: глава ЕК, обозначая симптоматику, умалчивает о том, что большая часть этих проблем была спровоцирована политическими решениями самого Брюсселя. Сворачивание контактов с Москвой, санкционная война, курс на зелёный переход без учёта экономической реальности, жёсткая конкурентная политика в отношении Пекина – всё это создало условия, в которых Европа оказалась на обочине собственного процветания.

Но фон дер Ляйен не унывает. В своей парижской речи она предложила рецепт спасения: сократить административную нагрузку на 25% для всех предприятий и на 35% для малого и среднего бизнеса к 2029 году. А также «направить «ленивые» сбережения европейских домохозяйств, которые в размере 10 триллионов евро лежат на банковских депозитах, на службу европейским предприятиям». Звучит красиво. Но это паллиатив. Это призыв домохозяйств вложить сбережения в предприятия, которые теряют конкурентоспособность. Это всё равно что предлагать утопающему выпить воды из тонущего корабля.

Исходя из этой конъюнктуры и при допущении, что Европа радикально не пересмотрит стратегию своего развития, её будущее – особенно в сравнении с недавним прошлым –выглядит довольно мрачным. Рост цен на энергию, торговые войны и потеря рынков не оставляют пространства для манёвра. Продолжение текущего курса ведёт к тому, что эксперты называют «контролируемой деиндустриализацией». Остатки крупной промышленности будут закрываться или переноситься туда, где энергия дешевле, а налоги ниже. Политическая напряжённость будет расти. Попытки Брюсселя ужесточить конкуренцию и ввести протекционистские меры лишь усугубят ситуацию, превратив ЕС в закрытый, но бедный клуб. В общем, если Европа не найдёт в себе силы для перезагрузки (косметические реформы тут положение дел не изменят), то рискует стать «новой Венецией» – прекрасным музеем, который живёт за счёт своего прошлого, но не имеет будущего.