Икона феминизма, подруга Сартра и кошка в зеркале

На фотографии 1950 года вы не узнаете ее. Крепкий белый зад, рельефная спина, упругие ляжки. Из одежды только домашние туфли на низком каблуке. Она смотрит в зеркало и поправляет бублик волос на затылке. Ничто не выдает возраст, хотя ей 42.

Она прибыла в Чикаго с курсом лекций по литературе и остановилась у молодого любовника – модного, но нищего фотографа. Он снимал тесную квартиру без ванной за 10 долларов в месяц. Пришлось напрашиваться к знакомому на один вечер, чтобы помыться. 

Фотограф не удержался и в приоткрытую дверь сделал несколько быстрых снимков, когда она вышла из ванной. «Vilain garçon!» – «Плохой мальчик!» – сказала она, не прекращая позировать. Позже он говорил, что она хотела соблазнить его друга. 

Если писать портрет кошки, случайно забредшей в зеркальный лабиринт, нельзя быть уверенным – рисуешь ты саму кошку или ее отражение. Говоря о Симоне де Бовуар, так же сложно определить – говорим мы о ней или о ее отражениях в многочисленных коридорах воспоминаний, любовных связей, чужих глаз и ее собственных беллетризованных выдумок. 

Еще одна известная фотография: двое сидят в кафе и смотрят в разные стороны, даже в три разные стороны – в две смотрит Сартр. Кафе, очевидно, французское. На круглом столике – хромированные молочник и кофейник, у нее на голове неизменный бублик. Фигуры неумело прифотошоплены друг к другу – нет ни одной точки соприкосновения, ни в позах, ни во взглядах. 

Итак, среди ее любовников – один популярный писатель, один скандальный писатель, документалист, в чьем самом известном фильме евреи 9 часов говорят о Холокосте. Но есть среди ее отражений и главный персонаж.

Он оказался лучшим зеркалом – не льстил, не осуждал и сам был отражением. Полвека они менялись ролями: она – капризная девица, он – задумчивый философ; она – сухая интеллектуалка, он – брюзга и нытик. 

Можно ещё наткнуться на такой эпизод

Экзальтированная, слышащая голоса ангелов во время молитвы девочка из католической школы сделала для себя поразительное открытие – Бога нет. Она заплакала от одиночества, с которым потом научилась справляться и о котором писала труды. 

Священник отчитывал ее за мелкий проступок, рукой пригибая ее голову так, чтобы она не могла смотреть ему в глаза, а смиренно кланялась. И если раньше девочка любила играть в великомученицу, Жанну Д’Арк, то теперь стала воинствующей атеисткой. 

Постепенно сложилось ее мировоззрение: нет Провидения, люди просто попадают в мир свободными – оболочками, которые нужно наполнить каким-то содержанием. Человек – результат выбора. Выбираю одиночество, выбираю порок, выбираю смерть. 

Женщина. Некрасивая, но «с изюминкой». Длинный нос, по углам глаз обозначились морщины. Черные волосы зачесаны на пробор – еще не сложился фирменный стиль: нет знаменитого бублика, узких твидовых костюмов, марокканской бижутерии и цветастых повязок на голове. Еще не написаны препарирующие женщину трактаты и сборники аморальных рассказов. Еще нет любовников и любовниц. 

И кажется, мы нашли ту самую кошку. 

Автор: Алеся Фокина