«Вьетнам» Трампа: первые итоги войны с Ираном

Трамп покамест сохраняет оптимизм. По крайней мере, что называется, на камеру: так, вчера он заявил, что война в Иране не продлится долго. Чуть позже он отметил, что «если бы мы ушли прямо сейчас, им потребовалось бы десять лет на восстановление. Но мы пока не готовы уйти. Мы уйдем в ближайшем будущем – в самом ближайшем будущем». Видимо, намекая на то, что конфликт прекратится тогда, когда Исламской Республике потребуется для восстановления лет сто, если, разумеется, она вообще сохранится как государство (потерей государственности он тоже угрожал). Но по другим его высказываниям становится ясно, что картина на самом деле немного иная.

Дональд Трамп. Фото: AP/TASS

В принципе, уже его призыв к странам НАТО помочь с военным флотом, чтобы решить ситуацию в Ормузском канале, говорит много о чём. А вот после их отказа и прежде всего со стороны стран ЕС, большинство которых являются и членами Североатлантического альянса («У Европы нет интереса к затяжной войне. Это не война Европы, но интересы Европы напрямую затронуты. Расширение этого мандата для покрытия Ормузского пролива… у государств-членов не было никакого желания это делать. Никто не хочет активно ввязываться в эту войну», – озвучила общую позицию главный дипломат ЕС Кая Каллас), реакция Трампа стала куда более многозначительной: «Я не удивлен их действиями, потому что я всегда считал НАТО, где мы тратим сотни миллиардов долларов в год на защиту этих самых стран, улицей с односторонним движением – мы будем защищать их, но они ничего не сделают для нас, особенно в трудную минуту. К счастью, мы уничтожили вооруженные силы Ирана – их военно-морской флот уничтожен, их военно-воздушные силы уничтожены, их противовоздушная оборона и радары уничтожены, и, возможно, самое главное, их лидеры практически на всех уровнях исчезли, чтобы никогда больше не угрожать нам, нашим ближневосточным союзникам или всему миру! Из-за того, что мы добились такого военного успеха, мы больше не «нуждаемся» в помощи стран НАТО и не желаем ее – мы никогда ее не получали! То же самое можно сказать о Японии, Австралии или Южной Корее. На самом деле, выступая в качестве президента Соединенных Штатов Америки, безусловно, самой могущественной страны в мире, мы не нуждаемся ни в чьей помощи», – ответил он на это.

Пожалуй, только очень несведущий в политическом отношении или откровенно глупый человек не заметит, сколько обиды и гнева в этих словах (что впоследствии подтвердил и радикальный «ястреб» сенатор Линдси Грэм*: «Только что поговорил с президентом о нежелании наших европейских союзников предоставлять ресурсы для поддержания функционирования Ормузского пролива, что приносит пользу Европе гораздо больше, чем Америке. Никогда в жизни я не слышал от него такой злости. Я разделяю эту злость, учитывая, что поставлено на карту. Высокомерие наших союзников, утверждающих, что Иран с ядерным оружием не представляет собой большой проблемы и что военные действия по предотвращению приобретения ядерной бомбы аятоллой – это наша проблема, а не их, – это более чем оскорбительно»). Трамп взбешён (хотя, с другой стороны, какой наивностью надо было бы обладать, чтобы думать, что союзники по НАТО командируют свои эскадры на помощь США, флот которых считается самым сильным в мире; очевидно, что союзники понадобились американскому президенту лишь для того, чтобы таскать для него из огня каштаны, минимизируя – за счёт своих! – потери американцев). Потому что силами своего флота он эту проблему решить не может, а решать её надо (в этом плане примечательно обращение американского президента к морально-этической стороне вопроса:«Это даже нечестно с их стороны. Мы уже выиграли! Они не имеют права продолжать то, что они творят!» – заявил он, хотя чуть ранее и хвастался тем, что «знал о проливе, что он станет оружием, что <…> предсказал все эти вещи» (как писал Wall Street Journal со ссылкой на источники, Трамп, окрыленный успехами в Венесуэле и американской бомбардировкой Республики в июне прошлого года, преуменьшал вероятность такого исхода,полагая, что Иран скорее сдастся, чем сделает это)).

Но как? Атаковать остров Харк, являющийся важным нефтяным хабом Ирана (Трамп уже угрожал это сделать)? Но, во-первых, даже захват острова решению вопроса с разблокировкой канала ничем не поможет, так как он находится в другой стороне Персидского залива, а во-вторых, не надо думать, что иранцы будут сидеть сложа руки и хлопать глазками: как заявил представитель иранского генштаба Абульфазль Шекарчи, «если преступная Америка совершит нападение на остров и нефтяные объекты Харка, мы решительно заявляем: все нефтяные и газовые объекты страны-источника будут атакованы и вооружённые силы превратят эти объекты в пепел. Мы доказали, что везде, где давали предупреждение, обязательно действуем, и в этом вопросе перед нами нет никаких «красных линий». Ни одна страна не должна служить источником агрессии США против острова Харк»; а на такое ни Ирак, ни Кувейт, ни Катар, ни тем более Саудовская Аравия (а только со стороны этих стран можно высадить десант на остров) не пойдут.

В общем, Трамп оказался в ловушке. И первым сигналом, что это действительно так, является перенос его встречи с Си Цзиньпином, намеченной на конец марта: «Из-за войны я хочу быть здесь. Я чувствую, что должен быть здесь. Поэтому мы попросили отложить поездку примерно на месяц», – заявил американский президент. Удобная отговорка, не правда ли? Но если держать в голове то, что Иран должен был быть взят под контроль США ко встрече с председателем Си как демонстрация могущества США (что, надо полагать, вынудило бы, по мысли Трампа, Пекин быть куда более сговорчивым), то это – явныйпризнак провала и замешательства хозяина Белого дома. Но пока ещё в довольно радужных тонах: судя по этому заявлению, Трамп ещё надеется подвести войну в Иране к той конфигурации, при которой он сможет представить её завершение как свою победу(что с каждым днём, впрочем, становится всё сложнее).

В качестве второго сигнала можно считать инсайд Reuters о том, что Вашингтон через посредников передал Тегерану предложение о перемирии, которое, по словам высокопоставленного иранского чиновника, отверг новый верховный лидер аятолла Моджтаба Хаменеи. Конечно, этот инсайд трудно подтвердить, но, что стоит отметить, судя по сложившейся конъюнктуре, выглядит он вполне логично. Для Трампа сейчас перемирие оказалось бы наилучшим выходом, ибо даже военное сопровождение танкеров полностью не снимет риски. А Трамп очень не хочет, чтобы американские военные корабли оказались в зоне поражения иранских ракет: очевидно, что для него это чревато дестабилизацией внутриполитического поля. Однако жесткая позиция Ирана, почувствовавшего, что он перехватывает инициативу путём создания нерешаемой для США проблемы, остаётся прежней: уход американцев с Ближнего Востока и выплата репараций. И, кроме затягивания конфликта (а победу Трамп объявить не может по той простой причине, что Иран уже вряд ли снимет блокаду с Ормузского канала – даже при условии прекращения огня), Трампу в этой ситуации ничего не остается. Ну ещё надеяться на то, что иранцы сдадутся (надежда, как известно, умирает последней). Так что очень вероятно, что встреча с товарищем Си будет перенесена ещё раз. Уже на неопределённый срок. А там уже и промежуточные выборы не за горами, к которым Трамп может подойти с так и не завершившимся конфликтом (который, отметим, он сам и развязал). Считай, с «новым Вьетнамом». Но Трамп этого не боится, по его собственным словам, он не боится ничего. И вот тут остаётся только развести руками: если 47-й президент США не лукавит, то это довольно плохой признак, так ничего не боятся только люди с определёнными нарушениями психики. Но что-то подсказывает, что он лукавит.

*Признан экстремистом и террористом в РФ.