Решающая битва Джокера: почему Иран так важен для Трампа

«Эпическую ярость», масштабную боевую операцию (МБО), можно назвать, пожалуй, переломным моментом в реализации Трампом его стратегии по возвращению Штатам статуса мирового гегемона. И дело тут не только в контроле нефтяных потоков, демонстрации военной мощи, намёках (а они очень ощутимы) на водную торговую блокаду Китая (по принципу Венесуэлы и Кубы); не только отличная попытка спровоцировать экономический кризис в Евросоюзе (Bloomberg, ссылаясь на аналитиков, отмечает, что «если конфликт будет кратковременным, а цены на энергоносители вырастут лишь на короткое время, ущерб будет ограниченным. Однако затяжная война, которая приведет к сохранению высоких цен на нефть и газ, может вынудить правительства тратить больше средств, чтобы защитить избирателей от роста цен, и оказать давление на действующих лидеров»). Это – яркая, совершенно ничем неприкрытая демонстрация своеволия, демонстрация вседозволенности: Трамп прямым текстом говорит, что ему нет никакого дела ни до рамок международного права (не будем забывать, что война с Ираном была начата без согласования с ООН и без одобрения конгрессом), ни до негласных правил, по которым мир, по существу, жил более полувека – начиная с поражения нацистской Германией (победу над которой, стоит заметить, США пытаются присвоить себе) .

США. Пенсильвания. Филадельфия. Бывший президент США, кандидат в президенты от Республиканской партии Дональд Трамп во время выступления на предвыборном митинге. Фото: AP/TASS

Однако тут не стоит делать удивленные глаза: всё к этому и шло. Похищение Мадуро, блокада Венесуэлы и Кубы, создание альтернативы ООН в виде «Совета мира», в котором единолично заправляют США, необоснованное введение пошлин в отношении «несогласных» с его претензиями стран (не зря же Верховный суд их отменил), угрозы аннексии Гренландии, Канады и и проч. – эти сигналы сложно было игнорировать. Но до начала МБО это ещё можно было списать на эксцентричность американского президента.Но сейчас Трамп – в политическом смысле – перешёл последний рубеж, если угодно – «красную линию», точку невозврата, вступив, можно сказать, на финишную прямую утверждения линии нового американского империализма (в данном случае речь идёт о Китае как наиболее опасном конкуренте, но, понятно, что одним только Ираном дело не кончится: после завершения украинского конфликта Трамп, по всей видимости, планирует надавить на Европу через Россию, тем самым – за защиту – не только навязав ей крайне невыгодные экономические торговые условия, но и контролируя взаимодействие Евросоюза с Китаем, буквально ставя последний в зависимость от Вашингтона). Финишную – в том смысле, что если МБО увенчается успехом, то можно будет говорить, что его план воплощается в жизнь полным ходом, и вот на этом этапе помешать ему уже мало что сможет (как поперек развернутый автомобиль на железной дороге по ходу поезда, несущегося прямо на него). Но если «Эпическая ярость» – метафорически выражаясь – не оправдает своего названия, то это будет равносильно полному краху его политических амбиций. Думается, что в этом случае проигранные республиканцами промежуточные выборы будут его наименьшей проблемой.

Поэтому Трамп даже не пробует как-то легитимировать операцию. Допустим, госсекретарь США Марко Рубио так поясняет причину того, что США вступили в конфликт: «Мы знали, что Израиль предпримет какие-то действия. Мы знали, что это повлечет за собой нападение на вооруженные силы США, и мы знали, что, если не примем превентивных мер до того, как они начнут эти атаки, мы понесем более серьезные потери» (с этой версией Рубио серьёзно опростоволосился: за несколько дней до начала МБО Politico со ссылкой на двух чиновников администрации американского президента писала, что старшие советники Трампа считают более выгодным вариант с тем, что Израиль первым нанесёт удар по Ирану, провоцируя ответ, что даст США моральное право вступить в конфликт, заручившись поддержкой американских патриотов, то есть Рубио своим заявлением буквально подтвердил манипуляционную стратегию команды американского президента). Впрочем, у самого Трампа на этот счёт совсем другая версия: «У нас были переговоры с этими сумасшедшими (представителями Ирана. – Прим. авт.), и я предчувствовал, что они первыми нападут. А у нас есть отличные переговорщики, замечательные люди, которые делают это свою жизнь и очень успешно. И, судя по тому, как шли переговоры, я думаю, они собирались напасть первыми. А я не хотел, чтобы это произошло». То есть опять: никаких отсылок к разведданным и т. п. «Я предчувствовал», «я думаю» – вот на что ссылается Трамп при принятии столь серьёзных решений: на свою интуицию, некое «шестое чувство», свои предположения и мысли (вообще-то этим должна заниматься целая команда аналитиков, опираясь на объективные факты, но в Вашингтоне всю эту работу делает один человек, имя которому – Трамп, и без подспорья в виде материалов, претендующих на объективность!). Но что самое интересное, совсем недавно Трамп говорил, что причиной является совсем другое, а именно: нежелание Тегерана закрывать свою ядерную программу. Впрочем, способность иранцев обзавестись ядерным оружием сильно «ускорилась» накануне удара. По словам Трампа, «если бы мы этого не сделали, у них был бы ядерный боезаряд в течение двух недель. И затем ничего из этого не было бы возможным» (хотя после бомбардировки ядерных объектов Ирана в июне прошлого года американский президент уверял, что с ядерной программой Исламской Республики покончено, если не навсегда, то на десятилетия).

Трамп не нуждается в сколько бы то ни было правдоподобной версии причин начала конфликта. Он понимает, что если проиграет эту партию, то его уже ничего не спасёт. Поэтому он уже подумывает о начале сухопутной операции (американского контингента для решения этой задачи в регионе не присутствует, поэтому, как пишет TheWallStreetJournal, «по словам американских чиновников, президент Трамп готов поддержать в Иране группировки, готовые взять в руки оружие для свержения режима, и эта идея может превратить иранские группировки в сухопутные войска, по крайней мере, на риторическом уровне, пользующиеся поддержкой Вашингтона. Президент Трамп провел переговоры со многими региональными партнерами. С президентом Демократической партии Курдистана Масудом Барзани и президентом Патриотического союза Курдистана Бафелем Талабани. Источник, знакомый с обсуждениями, охарактеризовал беседы как «деликатные». Окончательное решение о предоставлении оружия или разведывательной поддержки пока не принято»). И уже не намерен вести переговоры: «Их ПВО, ВВС, ВМФ и руководство уничтожены. Они хотят поговорить. Я сказал: «Слишком поздно!»»,– написал он в своей соцсети (тут Трамп, думается, лукавит: как справедливо отметил секретарь Совбеза Республики Али Лариджани, Иран готов к длительной войне, в отличие от США, – и это очень хорошо бьётся с реальностью: затяжная война с большими потерями со стороны американцев может вылиться во внутриполитический кризис в США ещё до ноябрьских выборов, поэтому Иран будет стоять до последнего, выискивая шанс на то, чтобы избежать поражения).

То есть в случае с «Эпической яростью»– это ставка на одну карту. Поэтому Трампа не заботит ничего, окромя победы. Но даже если его чаяния оправдаются – триумф будет неполным. Нобелевскую премию мира он уже никогда не получит (надо полагать, Нобелевский комитет уже дважды выдохнул, что не присудил премию американскому президенту: первый раз – когда был похищен Мадуро, и вот теперь). Трампу стоило бы дать некую противоположную премию (наподобие «Золотой малины» в кино): он стал первым президентом США, который всего за год атаковал семь государств(Сирию, Ирак, Венесуэлу, Сомали, Йемен, Нигерию, Иран). Но вот если бы ему всё-таки присудили Нобелевку, то ирония Истории была бы абсолютной (возможно, даже логика самой премии была бы доведена до логического конца, после чего данную номинацию можно было бы вообще упразднять). Строго по Оруэллу («Мир – это война»). И строго в логике «эпохи Джокера» (когда мир переворачивается с ног на голову): премию мира получил бы сам Джокер. Пусть и в маске Супермена (маска очень топорной работы, и за ней легко можно увидеть большую как бы навечно застывшую улыбку).

Это очень явно просматривается из риторики американского президента, когда он даже не пытается маскировать свою внешнеполитическую агрессию гуманистическими декларациями (то есть он это делает, но не придерживается одной версии, вследствие чего его риторика напоминает оправдания пьяницы, который забывает, что он говорил минуту назад). Да и зачем это Джокеру, когда он уже у власти и идёт решающая (по крайней мере, на данном этапе) битва,причём в буквальном, то есть религиозном смысле (по словам американского журналиста Джонатана Ларсена, командир одного из боевых подразделений армии США объявил своим подчинённым, что МБО – это часть Господнего плана и что Трамп был «помазан Иисусом, чтобы зажечь сигнальный огонь в Иране, который вызовет Армагеддон и ознаменует его возвращение на Землю»; и нет, это не частный случай: Фонд защиты религиозной свободы военнослужащих (MRFF) зарегистрировал более 110 подобных заявлений)? По сути, Джокеру уже не нужна маска Супермена. Джокер наконец-таки может действовать под своей личиной (не будем забывать, что лица у него нет, но только маска, сросшаяся с лицом). Что, впрочем, Трамп и делает, затаив дыхание, следя за театром военных действий, развязку которых покамест даже не имеет смысла прогнозировать. Но при этом не надо забывать, какова ставка: а ставка – буквально – будущее от Трампа (американская гегемония и поворот к колониальной политике) или дальнейшая фрагментация как усиление/укрупнение кризиса, служащего предпосылкой к «Большой трансформации» (пересборке Системы). И что-то подсказывает, что второй вариант куда предпочтительней, ибо даёт перспективу. Неопределенную, размытую, грозящую чередой глобальных кризисов, но перспективу. То есть будущее.Впротиву прошлому, которое Трамп готовит всему миру. Под американским флогом.