Никита Третьяков: «Совет мира – это требование принести присягу США»

Сегодня мы обсуждаем главные международные новости с журналистом и воином СВО Никитой Третьяковым. Главными темами беседы стали многочисленные и буквально фантасмагорические инициативы Дональда Трампа, главной из которых, пожалуй, можно считать идею по созданию «Совета мира», который некоторые эксперты уже окрестили «Правительством мира». Президент США уже разослал лидерам стран предложения о членстве. Орган изначально задумывался для контроля над соблюдением мира в секторе Газа, но может оказаться и альтернативой устаревшей и не справляющейся с вызовами современности ООН.

Никита Третьяков / ВН

«ВН»: – Владимир Путин получил приглашение в «Совет мира». Как и многие другие главы стран. Как вам видится вся эта идея, вы её вообще серьёзно воспринимаете? Например, в виде конкурента ООН…

– Стало общим местом говорить, что это будет альтернатива ООН. Что «Совет» создаётся на замену ООН под руководством США и так далее. Я считаю, что это не до конца правильная оценка. Я не думаю, что «Совет мира» вообще задумывается как площадка решения каких бы то ни было международных дел.

На мой взгляд, эту инициативу с «Советом мира» нельзя рассматривать в отрыве от действий США в Венесуэле, шагов в отношении Кубы, заявлений в отношении Гренландии и того, что назревает в отношении Ирана. И там всё сгущаются и сгущаются тучи. 

Инициатива по так называемому «Совету мира» – это требование от всех, кто на это готов, – метафорически говоря, принести присягу США. То есть требование публичного выражения поддержки курсу американской администрации. Именно в момент, когда эта самая американская администрация ведёт себя максимально вероломно в отношении того порядка вещей, который был принят на протяжении последних как минимум тридцати лет – хотя бы формального и публичного соблюдения международного права. 

Фото: Charlie Neibergall /AP/ТАСС

Теперь же мы видим, что одной рукой Белый дом делает всё строго наоборот и идет к достижению своих целей максимально силовым, наглым и вульгарным путём. И в это же время другой рукой предлагает странам всего мира как бы расписаться в том, что именно с этой именно так себя ведущей администрацией они готовы дружить и даже платить какие-то членские взносы. И якобы вступать в какие-то переговоры по решению проблем.

На мой взгляд, это просто-напросто требование определиться со стороной. Либо вы с нами, либо вы против нас. Потому что, безусловно, этот силовой прессинг на многие региональные и страновые элиты действует эффективно. И думаю, что многие если ещё не совсем готовы, то уже скоро будут готовы склониться перед этим наскоком – силовым, неприкрытым и, конечно, для многих выглядящим устрашающе.

«ВН»: – Это получается такой способ дополнительной легитимации Дональда Трампа для себя и для своей страны?

– Это демаркация территории. То есть он говорит как бы: «Вот он я, вот мои методы. Либо вы подписываетесь – и я знаю, что вы на моей стороне, а все остальные мои враги. Либо вы не подписываетесь – и значит, вы в первую очередь мои враги. А вот те, кто подписал, остаются на потом, или вообще, может быть, я позволю им присоединиться к пиршеству и разделу трофеев, то есть моих врагов».

Выступление Дональда Трампа на совместном заседании Конгресса (2025) / Википедия

«ВН»: – Давайте представим, что в этот «Совет мира» войдут Россия, Белоруссия, арабские страны, Индия, Китай. А Европа не войдёт. И это получится какой-то некий новый блок? Условные страны Вашингтонского договора?

– Да, безусловно, это будет новая конфигурация, если она состоится и будет хоть сколько-нибудь значительная. Конфигурация, которая будет отражать новые реалии. И мировой экономической реальности, и реальности геополитической борьбы.

Потому что всё существенным образом изменилось. И здесь, наверное, можно с Трампом согласиться, что старая архитектура и система международных отношений не отражает современного положения дел в мире.

Будет ли это «Совет мира»? Будет ли это что-нибудь другое? Неизвестно. Но исторически мы знаем, что рано или поздно наступает такая точка, в которой то или иное событие служит формирующим для новой системы международных отношений, которая в рамках этого краткого исторического момента более-менее отражает сложившееся реальное положение вещей и отражает намерения мировых элит в этом историческом моменте. И то, как они видят переустройство мира.

Станет ли предложение Трампа по «Совету мира» такой точкой? Я думаю, что скорее нет. Но рано или поздно этот момент настанет.

Дональд Трамп второй раз принимает присягу президента США / Википедия

«ВН»: – Могут переговоры в Абу-Даби по разрешению украинского конфликта завершиться перемирием или миром?

– Нет, я в это не верю. Потому что, как и раньше, как это уже много раз бывало, американская сторона игнорирует ключевое противоречие между нашими конфликтующими сторонами.

И это ключевое противоречие заключается не в том, где проходит линия контроля территории, и не в отношении к русскому языку, и не в неонацистском и фашистском характере киевского режима.

Ключевое и игнорируемое противоречие заключается в том, что обеим сторонам кажется, что они побеждают. Или имеют шансы на победу, более решительную и более результативную, чем тот вариант исхода, который предлагается по результатам переговоров. И пока это так, а я считаю, что это так, и мы это видим по делам, а не по словам, – обе стороны из уважения, из попытки выжать какую-то выгоду, из приличия будут очень достоверно демонстрировать заокеанскому президенту Вселенной (как ему бы хотелось думать) готовность к переговорам и сами переговоры. Но результат будет неизменным.

США. Вашингтон. Президент США Дональд Трамп (в центре справа) и президент Украины Владимир Зеленский (в центре слева) во время встречи. Фото: AP/TASS

«ВН»: – Мы видим на этом фоне, что Европа пытается найти своё новое место в мире. И был согласован Договор о свободной торговле Индия и ЕС. Это изменит геополитическое и экономическое положение в мире?

– Спрогнозировать сложно. Я не думаю, что у Европы много шансов развязать острую зависимость от экономической системы Соединённых Штатов. Попытки будут предприниматься. А насколько это реализуемо – я не берусь сказать. Это требует отдельного глубокого исследования. 

Но, как я и сказал, система меняется. Существовавшая после развала Советского Союза система, если так можно выразиться, макроэкономического разделения ролей между странами и целыми регионами тоже видоизменяется.

И по мере того, как США пытаются подпитаться за счёт сохраняемой ими на протяжении многих лет в качестве кубышки на чёрный день Европы, Европа беднеет. Ее экономическая модель меняется, и она уже не может занимать то место, которое она занимала на протяжении 90-х, нулевых и десятых годов. А именно – не может в полной мере быть частью кластера мировых потребителей, мирового научно-технологического хаба. И частично мировой, скажем так, столицей накопления капиталов.

Все эти три важнейшее характеристики Европа утрачивает. И это неминуемо подталкивает её к поиску нового места. Новых связей, новых источников экономического роста или хотя бы поддержания штанов.

Флаг Европейского союза. Фото: Петр Ковалев/ТАСС

«ВН»: – А то, что Индия с лёгкостью согласилась на такой решительный шаг, на сближение с Европой, это ставит под угрозу БРИКС, какое-то сотрудничество Глобального Юга. Так ли он монолитен и един?

– На мой взгляд, Глобальный Юг совсем не монолитен. И его немонолитность обеспечена и предопределена явным нежеланием главных игроков жертвовать чем бы то ни было не только ради друг друга, но и ради вот этого коллективного, союзнического статуса. Или некой коллективной идентичности. 

Она не создана как таковая, на мой взгляд. И ради неё ни одна из стран-участниц не готова всерьёз чем-то пожертвовать. Значит, в том или ином кризисе любая из стран-участниц остаётся практически наедине с собой.

Никакого заметного, значительного взаимодействия именно в кризисных ситуациях мы не видим. А поддержка в кризис – это всё-таки зачастую существенно важнее и весомее, чем сотрудничество в годы нормальности или процветания.

Мы это видим, наблюдая за поведением России, которая один год говорит, что она находится в состоянии цивилизационной войны с Западом, а при следующей администрации США идёт на очень тесное сотрудничество и даже ищет этого сотрудничества.

24 октября. Председатель КНР Си Цзиньпин, президент РФ Владимир Путин и президент ЮАР Сирил Рамафоза во время совместного фотографирования глав делегаций государств БРИКС. Фото: Александр Казаков/пресс-служба президента РФ/ТАСС

Мы это видим, смотря на поведение Китая, который тоже явным образом не готов подставляться ради союзников, даже таких ключевых и ценных, как Венесуэла. В итоге, другие страны, в том числе БРИКС и (более широко) страны глобального большинства, понимают, что еще нет того центра, вокруг которого можно было бы сплотиться. Или нет той коллективной идентичности, в которую можно было бы влиться и которая бы обеспечивала какую-то защиту от того пиратства планетарного масштаба, которое из себя представляет поведение Запада.

«ВН»: – Как вы считаете, устоит ли иранская власть? Что грозит Ирану?

– Это невозможно знать наверняка. Для того чтобы это прогнозировать с достаточной степенью ответственности, необходимо быть глубоким специалистом одновременно и по иранским вопросам (и социально-экономическим, и военным), и по американским военным возможностям. Но что можно определённо сказать – что интерес нашей страны заключается в том, чтобы текущая администрация Ирана устояла. 

Али Хаменеи / Википедия

Потому что Америка при Трампе с громадной скоростью и неожиданной для такого неповоротливого, большого и старого организма прытью набрасывается на одного стратегического союзника Китайской Народной Республики за другим. Первым наименьшим звеном в этой цепочке была Сирия. Далее – Венесуэла. Далее – Иран. Далее очевидно не остаётся никого, кроме Российской Федерации.

«ВН»: – Судя по поведению Трампа, сейчас его администрация не ставит Россию в ряд с Сирией, Ираном и Венесуэлой? Риторика другая, по крайней мере.

– А это абсолютно неважно. Сегодня не ставят – завтра поставят. Либо это будет сделано не напрямую, а опосредованно. Более того, нельзя исключать (и Трамп многократно на это указывал), что вся эта риторика задабривания, риторика переговоров может являться обманным манёвром.

Я имею в виду, что Трамп многократно говорил о том, что он никогда не объявляет своих планов. И что частью его метода заключения сделок и достижения результатов является введение партнёров или оппонентов в заблуждение. С Мадуро он же тоже вёл переговоры.

Николас Мадуро на борту десантного корабля США USS Iwo Jima / Википедия

«ВН»: – Но мы ядерная держава. Не будет же он пытаться выкрасть Путина. 

– Есть тысяча и один способ попытаться дестабилизировать, разрушить, подрубить или как-то в ином смысле победить нашу страну. Или сделать невозможной ее эффективное взаимодействие с Китаем. Сейчас далеко не все способы задействованы. Думаю, что в том числе потому, что Трампом избрана стратегия поочередной концентрации усилий.