Миллион рублей за книгу про СВО: «Главкнигу» снова выиграл дебютант

Недавно был определен победитель III сезона самой молодой, но моментально привлекшей интерес публики Всероссийской литературной премии «Главкнига». В этом году ее обладателем стал волонтер СВО и выпускник Мастерской Захара Прилепина – писатель Евгений Журавли с книгой «Линия соприкосновения». Его главными конкурентами были Павел Крусанов, Сергей Носов и сам Захар Прилепин. Однако награда и денежный приз в 1 000 000 рублей достались в очередной раз дебютанту.

Сегодня мы беседуем с популяризатором культуры и основателем «Главкниги» (как и еще нескольких других литературных премий и фестивалей) Вячеславом Коноваловым. 

«ВН»: – «Главкнига» появилась совсем недавно. Расскажите о ней для читателей. У кого появилась идея ее создания? Кто организовал?

– Премия возникла три сезона назад. Возникла она из нашей встречи, точнее говоря, давнишней дружбы с известным меценатом и издателем Антоном Треушниковым. В 2022 году мы с ним решили, что нужно сделать какую-то премию, которая отличалась бы от всех остальных в корне. Я имею в виду в том, как происходит процесс выбора жюри и экспертного совета и, собственно говоря, процесс голосования и награждения. То есть мы хотели сделать премию, которая максимально по всем возможным параметрам была бы прозрачной. 

Это во-первых. А во-вторых, была цель сделать её максимально профессиональной. То бишь уйти от того, чем грешит премиальный процесс практически всех премий, существующих на сегодняшний момент.

Как в экспертном совете, так и в жюри премии должны быть люди, только напрямую связанные с литературным процессом. То есть это писатели, литературные критики, редакторы или директора издательств. Люди, которые занимаются книгой, занимаются ею предметно и занимаются ею много лет, достигли не просто какого-то профессионализма, но и известности в этом направлении.

Вячеслав Коновалов

В принципе были вот эти два фактора: полная прозрачность и полный профессионализм. Ну и ещё третье добавить надо – что называется zero pathos. То есть ноль пафоса. Чтоб никаких там девочек в мини-юбочках, каких-то номеров, каких-то клоунов и так далее, каких-то случайных людей приглашать, «лишь бы только выстрелило». Ничего из этого. 

Была вот такая штуковина задумана. И в принципе, за три года существования премии она как раз зарекомендовала себя как крупнейшая в России независимая профессиональная литературная премия. Когда я говорю слово «независимая», имеется в виду, что эта премия в своем положении имеет юридически закрепленную фразу, где говорится о том, что премия не принимает и не собирается принимать субсидии, гранты и какие-то другие государственные деньги. Это тоже принципиальная позиция, потому что где появляется обязанность, там появляется и ответственность.

Поэтому чтобы избежать этого, лучше не ввязываться в обязанность. Собственно, вот таким образом премия существует. К сожалению, в 2023 году от нас ушёл Антон Треушников, совершенно внезапно. Это было огромное горе не только для его друзей, но и вообще для всего литературного мира. Потому что Антон был известен не только тем, что являлся основателем старейшего издательства в Российской Федерации – я имею в виду издательство «Городец», – но и премии «Национальный бестселлер», которая в Санкт-Петербурге существовала 21 год, по-моему. 

«Нацбест» и «Городец» – это два проекта-флагмана Антона Треушникова. Плюс также два магазина «Во весь голос». Один в Санкт-Петербурге, на Маяковке, другой – здесь, в Москве, на Трубной.

И это только его основные проекты. Там были проекты и помельче, и переводные, и детские направления, и премии, и так далее. И когда Антон умер, мы сначала растерялись, потому что это действительно огромная потеря для всего литературного мира. Но пришедшая Антону на смену Наталья Треушникова, его супруга, подняла этот флаг и с гордостью его несет уже второй год. Мы второй год делаем с Натальей вместе эту премию. И надо сказать, что это тот самый редкий случай, когда супруга является полной заменой. Плечо, хрупкое женское, оказалось таким же твердым, как богатырское плечо Антона Треушникова.

«ВН»: – Кто в этом году был в жюри премии?

– В этом году в жюри у нас был Павел Басинский, это известный российский писатель, литературовед, литературный критик, автор более двадцати книг, лауреат множества престижных премий в области литературы. В 2014 году он был удостоен Премии Правительства России в области культуры за книгу «Святой против Льва. Иоанн Кронштадтский и Лев Толстой: история одной вражды». 

Второй – Юрий Михайлович Поляков, советский и российский писатель, такой классик при жизни. Он и поэт, и драматург, и киносценарист, и общественный деятель известный. Также председатель Национальной ассоциации драматургов. 

Третий член жюри – Сергей Лукьяненко, который вообще не нуждается в представлении. В России, наверное, нет человека, который не слышал бы это имя, как благодаря экранизациям, так и благодаря самим его книгам, благодаря его очень успешной и очень яркой общественной деятельности. 

Сергей Лукьяненко (в центре)

Четвертый – Даниил Туленков, победитель прошлого сезона премии «Главкнига». Он победил со своей книгой, которая называется «Шторм Z. У вас нет других нас». Он общественный деятель, историк, публицист и боец штурмовой роты Z в зоне проведения специальной военной операции с августа по декабрь 2023 года.  

Пятая – Олеся Носова, журналист, писательница, главный редактор и генеральный директор Издательского дома «Комсомольская правда». «Комсомольская правда», как известно, одно из тех самых редких изданий, которое поддерживает как литературу, так и начинающих писателей и вообще литературный процесс. Поэтому участие Олеси Носовой здесь как бы само собой подразумевается. 

Вот пятеро членов жюри. И шестым был я. Я был председателем жюри в этом году. Председатель жюри по Положению у нас не голосует. Точнее голосует только в том случае, если образуются спорные моменты во время голосования. Если, допустим, никто не побеждает – или у всех по одному голосу, или что-нибудь в этом роде. В этом году такого не случилось. 

В этом году голосование было два против трёх. И победил большинством голосов без моего вмешательства писатель из Калининграда Евгений Журавли. 

Евгений Журавли и Вячеслав Коновалов

«ВН»: – Кто был на втором месте? Между кем и кем главная борьба развернулась?

– Да, борьба была нешуточная. Как я сказал, у нас всё на премии происходит абсолютно открыто. Был стеклянный ящик, как на выборах, который прозрачный со всех сторон. Я показал на премии всем желающим, как это работает. 

Голосуют члены жюри анонимно, но прилюдно. Не персонифицированы бюллетени. Но каждый писатель выходит, голосует – ставит свой крестик или галочку под той книгой, которая больше всего ему понравилась – и кладет лист в эту стеклянную коробку. 

Вот пять человек проголосовало. И когда закончилось голосование, я вытаскивал из коробочки бюллетени по одному и называл. Первым был назван Павел Крусанов с книгой «Совиная тропа». Затем – Евгений Журавли с книгой «Линия соприкосновения». Затем снова был Павел Крусанов. И затем ещё раз Евгений Журавли. Всё сконцентрировалось на последнем голосе: «Что же это будет?» Зал замер в ожидании, тишина… И та-дам – Евгений-Журавли! 

Так распределились голоса в этом году. Наверное, надо сказать еще и про тех, кто попал в короткий список. Это тоже очень важный момент. Там очень мощный тоже состав. Это был еще Эдуард Веркин, наш известный фантаст, с книгой «Сорока на виселице». И два других писателя, достойных любых самых восторженных эпитетов. Это «Колокольчики Достоевского» – книга известнейшего Сергея Носова, одного из классиков питерского текста, как его называют. Ну и, конечно же, книга-ледокол – книга Захара Прилепина «Тума».

Тума

Ледокол я её называю потому, что эта книга с момента выхода в прошлом году и до сегодняшнего времени, как ледокол, рассекает все премии и везде входит по крайней мере в тройку наиболее ожидаемых к награждению. Что подтвердилось на последней премии «Слово», где он получил первую премию.

Вот такой был короткий список, и в этом списке невозможно было предсказать, как выпадет фишка, как карты лягут. Я очень удивлён, с одной стороны. А с другой стороны – очень обрадован тем, что именно Евгений Журавли победил. По одной простой причине. Появилась некая традиция с первого же сезона премии, когда неожиданно, вдруг, несмотря на очень серьезную конкуренцию, несмотря на очень серьезные имена присутствующих в коротком списке, победила девушка из Ярославля со своей первой книгой. 

То есть это был ее первый литературный опыт. Зовут её Ксения Полозова, она победила с книгой «Водолаз Коновалов и его космос». И эта книга действительно стала бестселлером. Я знаю, что два тиража было уже распродано. Это литература, шагнувшая в народ. 

То есть премия открыла в свой первый сезон новое имя. То же самое совершенно неожиданно случилось в прошлом году, когда Даниил Туленков с первой своей книгой победил вдруг с перевесом в один голос. Это тоже был такой неожиданный поворот в премии. И в этом году получается уже традиция. Побеждает опять единственный из пяти претендентов, который до этого момента не был знаком широкой публике. Это первая его книга, не считая публикаций в журналах. Первый серьёзный труд.

И рядом с Прилепиным, рядом с Носовым, рядом с Веркиным, рядом с Крусановым – четыре имени прижизненных классиков – побеждает человек со своей первой книгой. Мне кажется, это очень хорошее для премии реноме. Это говорит о том, что премия действительно существует для того, чтобы освещать новые имена. Для того, чтобы показывать, что литература жива. В литературе есть новые сильные интересные имена.

«ВН»: – Давайте поговорим немножко о литературном процессе в России. Был такой стереотип, что СВО пока что не нашла должного отражения ни в кино, ни в литературе. Правда ли это? 

– Евгений Журавли не воюет, но он очень активный волонтёр, буквально с самого начала специальной военной операции. Даже до нее он активно был вовлечен в волонтёрскую деятельность в помощь людям Донбасса.

На самом деле, если говорить честно, то с 2022 года главное событие в стране (финансовое, военное, политическое, культурное, в том числе и литературное, какое угодно) – это специальная военная операция. Это без сомнения. Потому что нет практически ни одного дома, ни одного подъезда, ни одного этажа, на котором не было бы квартиры семьи, которую так или иначе это бы не коснулось.

Кто-то воюет напрямую, кто-то участвует как волонтер, кто-то уже отвоевал, кто-то помогает, кто-то вовлечен в какие-то другие процессы. Об этом говорят, об этом думают, это боль каждой семьи Российской Федерации. И если кто-то говорит, что «я не замечаю, я о чистом искусстве, я о том, что литература вне политики», он либо лжет, либо он какой-то совершенно отвлеченный розовый романтик.

Вячеслав Коновалов

Что касается литературы, то, конечно же, литература реагирует на всё, что происходит в стране. И это всегда так было. Вспомним Льва Толстого, который писал свои «Севастопольские рассказы», это первый его литературный опыт. Он, находясь в окопах Севастополя, отправлял их в Санкт-Петербург. И каждый следующий номер газеты ждали с его рассказами. И он вышел в ряд первейших писателей страны на этих военных рассказах. И так далее, и так далее.

Эта традиция существовала всегда. И сейчас есть такое. На первых порах говорили, что нам не очень хватает литературы. Что мы хотим больше знать. Мы хотим знать не только новости, которые происходят, не только блоги, которые пишут военкоры, не только радиопрограммы. Мы хотим видеть шире картину, мы хотим видеть художественные образы, которые создаются. Людей, которые там, описанных живым художественным словом. И вот это случилось, в принципе. 

Я считаю, что сейчас у нас уже есть очень мощный корпус литературы, который абсолютно ответственно можно назвать литературой специальной военной операции. И здесь уже большое количество имён.

Я, конечно же, не могу не назвать победителя премии «Слово» прошлого года Дмитрия Филиппова. Очень мощный литератор возник. Хотя он пошел на специальную военную операцию уже как известный писатель, с рядом книг, о которых много говорили. И он там продолжил свой писательский труд, и возникла книга «Собиратели тишины». 

Он служит сапером с 2022-го, уже четыре года. И об этой книге нельзя не говорить. 

Так же и уже отвоевавший, получивший ранение, сейчас военкор, а ранее известный путешественник Григорий Кубатьян. До СВО он был известным тревел-блогером, выпустил, по-моему, восемь или девять книг о путешествиях по всему миру. Его замечательная книга – «Осень добровольца».

Григорий Кубатьян

Не могу не отметить Дмитрия Артиса, «Дневник добровольца», это его первый прозаический опыт. Это просто какой-то феномен, который случился во время специальной военной операции, потому что Дмитрий уходил на войну как известный поэт, у него уже было девять поэтических сборников, поэтический театр в Москве. И он пишет сначала «Он шагает по войне» – поэтический сборник. А затем книгу «Дневник добровольца». Это очень мощный опыт прозы, который заметили все, как критики, так и читатели в Российской Федерации. Затем он перешел к детской литературе и написал замечательный – теперь уже можно говорить – бестселлер «Как настоящий солдат». Уже разобрали второй тираж. 

Разумеется, Захар Прилепин – один из первых, кто начал писать не только публицистику, но и художественные произведения. «Некоторые не попадут в ад» – это одно из мощнейших произведений нашего времени о конфликте на Донбассе. О том, что было еще до специальной военной операции, с 2014 года. 

Андрей Лисьев «За каждый метр» – потрясающая книга. Даниил Туленков, Евгений Журавли. Тут я одних мужчин перечисляю. Так или иначе это всё люди воевавшие или волонтеры. Но есть и женщины, которые об этом пишут очень хорошую литературу. Например, Валерия Троицкая, «Донецкое море». Это великолепная книга. Ирина Бугрышева, «Я трогаю войну руками». Это история от женщины, которая работает как врач – мануальный терапевт. Как врач восстановительной медицины работает с вернувшимися ребятами. И вот на основе тех историй, которые они рассказывают, она написала эту книгу. 

Юрий Поляков (у микрофона)

Ирина Буторина, «В Одессу на майские» — мощное произведение. Евгений Зубарев, бывший глава очень крупного санкт-петербургского информационного агентства РИА ФАН. У него книга «Наш человек в Киеве». 

Если уйти в сторону от прозаических книг, которые я уже перечислил, идет волна очень мощной поэзии. Здесь Игорь Караулов, здесь Анна Ревякина, Анна Долгарева, Амир Сабиров, Антон Шагин и так далее. То есть очень мощная литература появилась за эти четыре года. И я очень рад, что все имена этой литературы так или иначе связаны с премией «Главкнига». Либо они были в длинном списке, либо в коротком, либо победили.

Игорь Караулов

«ВН»: – О чем пишет Евгений Журавли?

– В первую очередь это книга о людях. И обстоятельствах, в которые попадают люди во время войны. Это обыкновенные люди, такие же, как мы, которые в тех или иных условиях проявляются как настоящие герои. Иногда это ситуации страшные, иногда это ситуации каверзные, иногда это ситуации, вызывающие улыбку. Но тем не менее это ситуации, в которых живет человек во время, вокруг и внутри войны.

И это ситуации, описанные с любовью. И книга о любви, я бы так сказал. Потому что несмотря на весь тот тяжелый, иногда ужасный опыт, который приобретаешь, прочитав эту книгу, закрываешь последнюю страницу и понимаешь, что какое-то светлое пятно внутри. Есть свет в конце туннеля, есть любовь. А значит, всё будет хорошо. Значит, всё закончится нашей победой. Вот такое впечатление оставляет эта книга.

«ВН»: – Вячеслав, несколько лет назад вы говорили о том, что даже в эти времена СВО некоторые российские премии или институции продолжают продвигать всё равно старую повестку, к которой привыкли. Либеральную, западническую. И что даже бойкотируют патриотических авторов. Изменилась ли эта ситуация в других премиях?

– Ну мне кажется, другие премии никак не среагировали. Или, скажем так, они это заметили, но зажмурились для того, чтобы не заметить, постараться не заметить то, что происходит. 

Почему это происходит – это достаточно понятный процесс. Речь о том, что пестовала современная литературная тусовка. Я имею в виду и людей, управляющих литературными процессами со стороны государства или бизнеса, и людей, которые участвовали в этом как литераторы или критики. Этот процесс формировался долго, на протяжении многих десятилетий. И он так укоренился, что разрушить его они не могут, не смеют. Потому что они являются кирпичиками в этой непробиваемой стене. Поэтому эти люди по-прежнему есть, они по-прежнему на своих местах. И они не готовы адаптироваться к ситуации, с одной стороны. А с другой стороны, эта адаптация внутренне невозможна, потому что они являлись всегда вне этой ситуации патриотизма. 

Слово «патриотизм» в данном случае к ним никакого отношения не имеет. Потому что для них оно ругательное. И если посмотреть те институции, которые воспитывали читателя, которые действовали от имени литературного процесса, которые занимались именно промотированием, рекламой какой-то определённой литературной деятельности, то все эти люди сейчас либо за рубежом, либо здесь молчуны, либо иноагенты. И шипят, и плюют ядовитой слюной из-за рубежа Российской Федерации в нас. Потому что не секрет, что та же самая «Большая книга» по кругу награждала три-четыре, иногда пять раз одних и тех же людей на протяжении своего существования. И эти люди в большинстве своем как раз сейчас находятся за рубежом. Кто-то на исторических родинах, кто-то на не исторических. 

Они разбежались по всему миру и занимаются тем, что бойкотируют всячески именно самую главную тему – тему СВО. Или выступают активно против. Конечно же, это не может не приводить в изумление мыслящего человека. 

Анна Долгарева

«ВН»: – Победитель премии этого года – выпускник Литературной мастерской Захара Прилепина. Можете ли вы сказать, что Мастерская уже стала заметным явлением в литературе?

– Однозначно. Это однозначно. Как человек, который связан с этой замечательной Мастерской (потому что я каждый год участвую там как преподаватель, как лектор), я сказал бы, что ту плеяду молодых имен, которую вырастила за эти годы Мастерская Прилепина, невозможно не заметить. Потому что они присутствуют практически во всем литературном спектре. Как в поэзии, как в публицистике, так в критике, так и в прозаическом направлении.

И эти люди до некоторой степени называются надеждой современной литературы. Потому что никто больше так предметно не занимается молодыми людьми. Я имею в виду именно с точки зрения их развития, их продвижения, их утверждения и их внутреннего наполнения как мастеров.

То есть здесь идет очень интересный процесс. Жалко только, что этих мастерских мало. Такие мастерские должны быть, по идее, как минимум в каждом федеральном округе. А как максимум – в каждом областном центре. И тогда это было бы гораздо более заметно. Но и без этого Мастерская Захара Прилепина – это самое яркое из того, что появилось на небосклоне молодой литературы за последние несколько лет. Это бесспорный факт.