Александр Колпакиди: «Они хотят ремейка Советского Союза, они хотят противовеса. Они понимают лучше нас, что сделает Америка»

В разговорах с нашим постоянным спикером Александром Колпакиди мы часто обсуждаем положение дел в современном мире с позиций критики не ограниченного никакими рамками оголтелого капитализма. Историк и писатель левых взглядов, Колпакиди часто озвучивает один из своих главных тезисов – после распада СССР западное общество, потеряв главного соперника, окончательно сорвалось в пропасть антигуманизма, олигархических интриг и безнравственной власти доллара. 

Билл Клинтон и Моника Левински в Белом доме. 28 февраля 1997 года / Википедия

Меж тем в наших интервью мы не раз говорили о том, что угнетенный и страдающий от американского империализма мир (сюда можно отнести Африку, Латинскую Америку, азиатские страны) до сих пор видит в лице современной РФ единственную силу, способною возродить левую идею и противостоять диктату Дяди Сэма. В этом контексте важно понять – а уместно ли вообще говорить о России как о стране, которая историческим образом унаследовала левую повестку?

«ВН»: – Александр Иванович, если мы не будем говорить о клубе пожилых любителей СССР и людях, просто уважающих советское наследие, то позволяет ли нам сегодня что-то говорить, что мы страна левой повестки?

– Мы актуально страна левой повестки в глазах третьего мира, в глазах Глобального Юга, в глазах Китая, Индии, Кубы, Латинской Америки. Они хотят ремейка Советского Союза, они хотят противовеса. Они понимают лучше нас, что сделает Америка. Поэтому они хотят, чтобы кто-то их защитил от этого. И они хотят ремейка Советского Союза.

Но я не знаю, хочет ли этого наша власть. По-моему, нет. И самое страшное, что мы за 25 лет так и не ответили на вопрос, who is mister Putin? Кто есть мистер Путин? Каковы его реальные планы и намерения? 

Президент РФ Владимир Путин во время встречи с модераторами ключевых сессий Восточного экономического форума — 2023 в режиме видеоконференции на территории Дальневосточного федерального университета (ДВФУ) на острове Русский. Фото: Михаил Метцель/пресс-служба президента РФ/ТАСС

«ВН»: – Ну, как говорят, Америка тоже устала быть Америкой. Ее вторая половина человечества просит об этом. Но Америка отвечает: ребята, давайте сами. 

– Нет, нет. Во-первых, Америку никто не просит, даже Хавьер Милей не просит, и даже Джорджа Мелони не просит. Это Трамп хочет и стоящие за ним крупнейшие олигархи. Это именно олигархи, как у нас. То есть не как в Китае олигархи, которые не влияют на политику, а именно олигархи, как и у нас. 

Поэтому Америку никто не просит, их никто не хочет. Я вас уверяю, и в Латинской Америке те, кто считается их сторонниками, тоже этого не хотят. Но они просто вынуждены мириться с этим. 

Для них Америка – это меньшее зло, но зло. А нас же все хотят все. И Китай, и Индия, и Африка, и Азия, и Латинская Америка. Я вас уверяю, и в Европе тоже, и в США, и теперь в Канаде уж наверняка полно людей, которые хотят, чтобы был ремейк Советского Союза. 

Но вот вопрос: а кто здесь у нас этого хочет? Кто-то хочет? Или так все довольны? Вот большой вопрос. И опять же, я бы всё не сваливал на власть. Потому что и народ ведь на самом деле тоже выдохся. То ли в годы Великой Отечественной, то ли в годы холодной, но он выдохся. И он уже не несет той нагрузки, которую нёс исторически. Хватило на 70 лет. 

Художник: Алексей Беляев-Гинтовт / скрин

Это как Франция выдохлась в Первую мировую – и всё, и ничего не сделаешь. И я думаю, что это основная проблема всей цивилизации. Что альтернативного левого проекта нет нигде. 

Ну может быть, в Китае он есть. Я еще раз говорю, что вся надежда сейчас получается на Китай. Но это понимает и Трамп, и поэтому он так ненавидит Китай. И всё, что он будет делать, это будет против Китая. И мы ему нужны как противовес Китаю, чтобы мы не встали вместе с Китаем против них. 

Это идет речь о новом проекте Pax Americana, гораздо более серьезном, чем был после 1991 года. Речь идет о новом варианте, но уже олигархическом, уже более откровенном, агрессивном, империалистическом и так далее. Это очевидно. 

И Трамп предал всё, что говорил. У нас об этом мало знают, но вся история Америки – это борьба в элите двух направлений: изоляционистского и интервенциалистского. И вот Трамп именно воспринимался как изоляционист.

Выступление Дональда Трампа на совместном заседании Конгресса (2025) / Википедия

И Такер Карлсон, и все эти люди именно так его воспринимали. А теперь он показывает истинное лицо. Это же всё системно. 

Я не хочу читателей грузить конспирологией, но файлы Эпштейна очень о многом говорят. Очень о многом говорят… Всё это была игра, все это был цирк. Нам просто очень о многом не говорят. Да, какие-то были взбросы, когда Ассанж разоблачал, когда Сноуден разоблачал. Но мы даже близко не понимаем возможности американского разведсообщества. Они знают всё, они на любого человека имеют компромат. 

Вот мы сейчас говорим, а у них это в пустыне будет лежать. Если понадобится, они этот разговор озвучат и опубликуют. То есть они всё контролируют, весь мир. И они не одни, у них есть союзники. Это даже не союзники уже, у них некая общая цель, это общая структура. 

Я раньше думал, это только англоязычные разведки. А нет, не только англоязычные. И насколько это всё опутало мир, мы даже не понимаем. И все молчат об этом. Можно найти информацию на каких-то специализированных сайтах. Но кто будет искать? Никто. 

Александр Колпакиди

Я думаю, что это очень сложная тема, поскольку мы рассуждаем, не исходя из существующих реалий, а исходя из мифологем, которые нам навязывают. Причем со всех сторон. Скабеева, Соловьев, Такер Карлсон, какие-то американские соцсети и так далее, и так далее. И мы складываем картинку, а пазлы – они не от этой картинки. Поэтому что там получится – хрен знает. Там ничего не получится. Мы не видим общей картины, поскольку нам не дали пазлы именно от этой игры. Нам подсовывают пазлы из всех других игр, чтобы у нас эта картинка не получилась.

Но все равно самое главное – какие две глобальные экономические силы (а экономика – это фундамент всего)? Это Америка и это Китай. Что Америке надо, чтобы победить Китай? Чтобы Россия не поддерживала Китай. Какие самые лакомые кусочки на планете, которые нужны Америке? Ну Африка там уже давно. Россия остается.

Ну понятно, то есть мы очень в опасной ситуации. У нас нет никаких козырей. Конечно, хорошо, что мы наступаем. Но мы наступаем не так, чтобы сказать вовсю. Надо довести дело до конца, взять Киев и так далее, привести там к власти дружественное нам правительство. Очевидно же, что это сейчас сложно сделать. 

Хорошо, сейчас мы нужны Трампу в качестве союзника против Китая. А дальше что? Они возьмут под контроль Китай – а мы тогда нужны будем? Нужны будем в качестве, как в той пословице – пошел за шерстью, вернулся ободранный. Мы будем такими… 

Китай. Пекин. Президент РФ Владимир Путин и председатель КНР Си Цзиньпин. Фото: Сергей Савостьянов/POOL/ТАСС

Хорошо, что идет игра то с Китаем, то с Трампом. Но сколько это будет продолжаться? Одному Богу известно. И не будет продолжаться вечно. А ресурсы исчерпываются, изнашивается оборудование, изнашивается аварийный фонд. Запас прочности, который был у Советского Союза, изнашивается. Поэтому дальше-то что? Уважают только сильных.

Я думаю, что вся эта ситуация говорит о том, что выбор Америки – в пользу империализма, а не в пользу нейтрального статуса, изоляционизма. У нас даже никто никогда в Советском Союзе не знал об этом. Ученые знали, что там есть мощные изоляционистские силы. Но народу об этом не сообщали. Эти силы там всегда были. И все думали, что это наконец они победили в виде Трампа. Но сейчас же очевидно, что нет. Какой изоляционизм, если они говорят, что «нам нужна Канада, нам нужна Гренландия, нам нужна нефть в Венесуэле». Такого не было даже во времена Трумэна и Эйзенхауэра. И тут не надо себя тешить какими-то нелепыми надеждами. Тут очень серьезно. Мы сами должны вылезать из этого. 

«ВН»: – Какая главная опора у России?

– Нашей опорой может быть кто? Силы типа «Альтернативы для Германии»? Нет. В альтернативах есть разные люди. Есть те, которые за дружбу с Россией, но их выкинут ногой под зад. Это очевидно. Они быстренько поменяют ориентацию, как Ле Пен. 

Франция. Париж. Глава парламентской фракции правой партии «Национальное объединение» Марин Ле Пен на брифинге в штаб-квартире партии после второго тура выборов в Национальное собрание. Фото: Zuma\TASS

Я думаю, что надежда у нас могла быть только на левых. Но мы понимаем, как обстоят дела у левых. Когда критиковали наших либералов, показывали какие-то кафе, где они встречаются с английскими дипломатами, что-то там обсуждают. А когда разбираются с левыми, даже ничего не объясняют. Идет работа в нашей стране, чтобы левые были слабыми. Чтобы они никак не влияли на власть. Чтобы власть была изолирована от народа. 

Кто это делает? Моя версия – это какая-то шестая колонна действует. Так как мы не знаем характера нашей власти, абсолютно его не понимаем, я считаю, что имеет право на существование эта версия Дугина о том, что есть прозападная шестая колонна. И не из каких-то евреев, а именно из русских западников и прочих. Это очень много объясняет. Почему за 25 лет ее не взяли под контроль? А может быть, она сама контролирует всё. Вот это страшно, что у нас власть не сконцентрирована.

«ВН»: – А что с левыми в Америке? Ведь они побеждают на разных выборах в последнее время. 

– По большому счету, то, что сейчас там побеждают левые, это нам очень даже на руку. Это для Трампа самое страшное. И почему у нас не показали ту часть встречи Трампа с Мамдани, когда Мамдани сказал, что считает, что Трамп фашист, стоя рядом с Трампом? Почему вот это не показали? Вот почему? 

Мамдани выступает на митинге в Брайант-парке, 27 октября 2024 / Википедия

Он сказал: «Да, Трамп фашист». Стоя в Овальном кабинете рядом с президентом страны.

«ВН»: – Ну там это было преподнесено в формате шутки. Его спросил журналист, а Трамп говорит: «Они не отвяжутся, скажите да». Это же как бы ирония.

– Ну вот я бы посмотрел, если бы, стоя рядом с Путиным, кто-нибудь так пошутил. Нет, на таком уровне – это не шутки. В Америке это тоже не шутки. 

«ВН»: – Сейчас все говорят о том, что наступает новый миропорядок. Меняются границы, альянсы, геополитические тенденции. Давайте обсудим, что может быть символами стран и культур на экспорт во второй четверти XXI века. 

– Ну вот некоторые говорят, что символом царской России был погром, да? Хотя это был не погром. Я считаю, что это оскорбительно для русского народа – считать, что символом огромного периода его истории был погром. 

Я, конечно, против погромов, но это не символ. Сколько этих погромов было?

Эмалевое яйцо Фаберже «300-летие дома Романовых» с миниатюрами русских правителей. Поддерживается позолоченным серебряным орлом, стоящим на «щите». Внутри — стальной глобус с обозначенной территорией Российской империи в 1613 и 1913 годах (Оружейная палата, Московский Кремль) / Википедия

И вот я сделал для себя великое открытие, что этим символом была не балалайка, не матрешка, не шапка-ушанка, не пельмени, не лапти. Нет, символом царской России являются яйца Фаберже. Яйца Фаберже – символ последнего периода Романовской императорской России.

Символом Советского Союза был Спутник. Безусловно. Даже не луноход, так как его никто не помнит, а именно спутник. Разница между этими символами колоссальная. Яйца Фаберже – замечательная вещь, но это не для всех. Не может даже 50% населения купить яйца Фаберже. А спутник был для всех. 

«ВН»: – А сейчас какой у нас символ?

– А сейчас, как ни смешно, это кокошник. Кокошник, который везде продается, который везде навесили. Я против кокошника ничего не имею. Но это не сравнимо не только со спутником, но даже и с яйцами Фаберже. Я имею в виду технологию изготовления.

Никита Хрущёв в журнале «Time» с первым спутником в 1958 году / Википедия

Да, это красиво, но это не то, чем можно гордиться. Яйцами Фаберже действительно можно гордиться. А кокошником…  Хотя, с другой стороны, кокошник тоже для всех.

«ВН»: – И кокошник очень хорошо на фотографиях выглядит, в соцсети выкладывать.

– Да, в этом отношении спутник хуже. Его же не видно, он там где-то летает, непонятно. 

«ВН»: – Ну а символом Соединенных Штатов что можно назвать?

– Я думаю, слон в посудной лавке. Слон – символ Республиканской партии США. Или бейсбольная кепка Трампа. Он дарит ее всем везде. 

На самом деле мы можем сколько угодно смеяться, но технологии там растут, вооружения там не отнимешь. Сейчас они ВПК опять реанимируют. Недооценивать их нельзя. Поэтому я думаю, что их символом является слон в посудной лавке. 

Дональд Трамп. Официальный портрет, 2025 год / Википедия

«ВН»: – А у Китая?

– А у Китая это панда. Там что-то живое. Панда, это точно. 

«ВН»: – Осталось разобраться с Европой. 

– Европа совсем пошла вразнос. В общем, закат Европы произошел 100 лет спустя, как предсказывал Шпенглер. Он реально происходит на глазах у всех. Мне кажется, что их просто выкидывают из золотого миллиарда. Вот и весь процесс. Они бьются за то место, которое было бы хотя бы рядом с золотым миллиардом.