По иску Оксаны Сергеевой, не желающей фигурировать как «сторонница киевской хунты» в «53 Новостях», назначена лингвистическая экспертиза. Её, меж тем - верите? - подозревали в подготовке преступления

Рассмотрение дела по иску Оксаны Сергеевой продолжилось сегодня в Новгородском районном суде. Порой было и грустно, и смешно. 

Но прежде чем о смешном, напомним читателям, что это за иск, и чем недовольна Оксана Сергеева (иные подробности – здесь и здесь). 

31 августа 2015-го года, в эпоху противостояния двух политических гигантов: мэра Великого Новгорода Юрия Бобрышева и губернатора Новгородской области Сергея Митина, в интернет-газете «53 Новости», более приближённой к губернатору, чем к мэру, было опубликовано «Открытое обращение к мэру Великого Новгорода Юрию Бобрышеву», созданное неким координатором отделения общественной организации «Национально-освободительное движение» в Новгородской области Станиславом Поповым. 

В том обращении он пенял мэру на то, что тот водит дружбу со всякими там представителями «маргинальной группы сторонников Алексея Навального», к числу коих, судя по контексту, причислялась и Оксана Сергеева. Дружба Бобрышева и Сергеевой подтверждалась фотоснимком, где были запечатлены довольные и улыбающиеся Бобрышев, Сергеева и её несовершеннолетний сын (в том, что он — несовершеннолетний, сомневаться не приходится). 

Что тут не так, – с точки зрения Оксаны Сергеевой? Всякий, кто пройдёт по этой ссылке (текст всё так же присутствует в «53 новостях»), поймёт это сам. Действительно, обидный политический как бы памфлет, где, в частности, поминается просьба «урезонить сторонницу киевской хунты» и делается предположение о том, что «Сергеева уже готовится убивать нас и наших детей, как это делают майдановские каратели с русскоязычными жителями Донбасса». 

В связи со всем тем Оксана Сергеева обратилась в суд с гражданским иском о защите чести и достоинства, компенсации морального вреда, который изначально определила в 1 миллион рублей. Кроме того, просила суд принять решение об удалении с сайта «53 новостей» текста и фотографии, которая, кроме всего прочего, была «снята» с её личной страницы в одной из социальных сетей без какого бы то ни было уведомления хозяйки несмотря даже на то, что на фото присутствует ребёнок. 

Изначально в качестве ответчиков по иску фигурировали редактор «53 Новостей» Тоомас Томмингас и ОГАУ «Агентство информационных коммуникаций». 

32

Позднее в качестве соответчика к делу был привлечён и автор текста – Станислав Попов. 

Но сегодня в зал суда он не явился. Вместо него на процесс пожаловал представитель – некто Николай Петров, участие которого в судебном рассмотрении и придало делу элемент неожиданности, чтобы не сказать – курьёза. 

После перерыва в судебных заседаниях (последнее состоялось 27 июня) позиция Сергеевой осталась прежней: она настаивает на удовлетворении исковых требований. Позиция Тоомаса Томмингаса и ОГАУ «Агентство информационных коммуникаций»? Не сказать, что твёрдая и непоколебимая. На одном из прошлых судебных заседаний они были готовы заплатить Сергеевой компенсацию морального вреда, но в размере, который истица определила как «унижение»: 20 тысяч рублей. Сегодня заявили уже о том, что иск – не признают. 

Со слов представителя Петрова, не признаёт иск и его доверитель – Попов. 

Поначалу представитель Петров пытался поставить под сомнение правомочность требований, предъявляемых Сергеевой к «несанкционированной» публикации фотографии (она, надо сказать, Томмингасом была-таки удалена). 

Направление мысли – такое. 

Николай Петров: Вы указали, что фотография, размещённая в средствах массовой информации, была у вас украдена. При каких обстоятельствах? 

Оксана Сергеева: Я размещаю фотографию в своей соцсети. Она защищена настройками приватности. Господин Попов не входит в круг друзей. Он у меня в «чёрных списках». Он не имел права брать фотографию. 

(...) 

Николай Петров: Там было указано, что один из присутствующих на фото – несовершеннолетний? 

(В зале раздался приглушённый смех) 

Оксана Сергеева: Там видно. 

Дальше было забавней. И... круче. 

Николай Петров: ...Публикация была оформлена в форме обращения в правоохранительные органы. 

Стало совсем интересно, потому как, на самом деле, в «Открытом письме» решительно отсутствуют какие бы то ни было обращения ни к полиции, ни к ФСБ. 

Николай Петров продолжил: Эти сведения (изложенные в «Открытом письме» доверителя Попова – А.К.) являются предположениями и домыслами с предложением к правоохранительным органам проверить их. 

И – далее. 

Николай Петров: У человека (имеется в виду Станислав Попов – А.К.) возникло подозрение, что готовится совершение преступления. Он обращается в правоохранительные органы с целью проверки данного факта. 

Судья Марина Юркевич: Какого преступления? В чём преступление? 

Николай Петров думал долго. Нашёлся: 

– Попов как частное лицо, допуская возможность совершения преступления, учитывая наличие оружия (игрушечного? – А.К.), наличие убеждений, обратился в правоохранительные органы с целью проверки информации. 

Оксана Сергеева: Вы говорите об обращении в правоохранительные органы по поводу какого-то предполагаемого готовящегося преступления с моей стороны. Было ли заявление господина Попова в полицию и какой ответ он получил? 

Николай Петров: В правоохранительные органы возможны различные формы обращения, в том числе, и «открытое письмо»... Нет, ответ он не получил. 

(…) 

Оксана Сергеева: В каком конкретном преступлении Попов меня заподозрил? В чём вообще он меня обвиняет? Какое именно преступление я готовилась совершить? 

На этот раз Николай Петров нашёлся сразу: 

– Незаконный оборот оружия. 

(В зале раздался приглушённый смех) 

Для Оксаны Сергеевой такое сообщеие явно стало откровением. 

– Вы что такое говорите-то? В руках боевое оружие не держала... Уважаемый суд, я требую уважения к себе, к этому зданию, к присутствующим людям! 

Накал страстей чуть сбила судья Марина Юркевич, обратив-таки внимание на некое лукавство в словах Петрова касательно обращения его доверителя к правоохранительным органам. Потому как письмо — открытое. А его адресат — Юрий Бобрышев! Не полиция, не ФСБ, а именно и только Юрий Бобрышев. 

И ведь не поспоришь! Но чего только не услышишь в наших судах! 

...Решение по иску сегодня суд не принял. По ходатайству Оксаны Сергеевой назначена лингвистическая экспертиза текста. Развязка откладывается — на неопределённое время. Будет ещё много интересного. И грустного, и смешного... 

Фото автора