Александр Невзоров подводит итоги ушедшего и дает прогнозы на этот год: «Массы глухи к свободе, они испытывают к ней омерзение»

Новогодние праздники — это не только веселье и «ананасы в шампанском», но и время подведения итогов: каким был ушедший год, что он принес и так далее. И это даже не традиция, как бой курантов, но насущная потребность всякого думающего, интеллигентного человека. И чем у этого думающего мысль более свободна, тем версия его итогов интереснее. А кто у нас в России главный вольнодумец? Ну, конечно же, Александр Невзоров. Поэтому было бы странно, если бы «Фонтанка» не услышала его вариант. Странности допущено не было.

Разумеется, первым вопросом «Фонтанки» был вопрос о событиях 2017 года: какие из них публицист выделил бы в главные? Ответ, признаться честно, несколько разочаровал, но представить, что Невзоров (исходя из того, что произошло) ответил иначе — сложно:

Во всей этой пестроте я ничего назвать и не могу. Для меня ничего вообще не произошло. В соответствии с моими личными интересами никаких существенных подвижек нет. Что же касается мира и бедной России, так тут каждое событие – часть мозаики. Причудливой, уродливой мозаики. Совершенно равноценно можно брать и обсуждать любое. Мы же с вами прекрасно понимаем, что инициатива установки памятника Гундяеву…

А вот это уже очень характерно для Невзорова — камешек в огород РПЦ. «Это прекрасно в такой же степени, в какой прекрасна была позорная история с установкой памятника Шмайсеру-Калашникову. По степени прекрасности их даже трудно сравнить», — прокомментировал он, и разговор плавно от фигуры патриарха перешел к Владимиру Владимировичу: планирует ли Александр Глебович быть доверенным лицом Путина (когда-то он был им)?

Ответ был в высшей степени оригинальным, как, впрочем, и радикальным:

Я готов стать доверенным лицом Владимира Владимировича Путина в любую минуту. Но только если он выполнит три моих маленьких каприза. Первый – возврат Крыма Украине. Второй – очистка Донбасса от нечисти, которую туда напустила Россия, извинения и компенсация. Третье – вообще пустяк. Он должен купить хороший перманентный фломастер чёрного цвета и на лбу у Гундяева в прямом эфире написать слово…

Но журналист «Фонтанки» не дал Невзорову договорить, напомнив, что «у нас Роскомнадзор».

Но если серьезно, то касательно президента России телеведущий полагает, что «новый Путин у нас будет. Просто потому, что ситуация настолько понятная, настолько трагичная, для него, кстати, тоже, что другого способа хоть как-то, хоть немножко поменяться у них нет. Более того: я думаю, что свободы станет чуть побольше». И вот здесь, думается, Невзоров приблизился к той теме, что волнует его больше всего — к теме свободы. На примере слов директора ФСБ в интервью к 100-летию его Ведомства он пояснил:

Они убедились, что свобода, свободомыслие не имеют никакого распространения. Что массы глухи к свободе, они испытывают к ней омерзение. Обратите внимание: умнейший Бортников взял и холодными пальцами чекиста чуть-чуть помассировал народную точку G. (…) Он сказал, что репрессии-то были, оказывается, не зря. И посмотрите, каким был общенародный восторг. Да – интеллигенция обиделась на всякий случай. Но народ-то заурчал сразу так, будто Бортников пальчики свои расположил в очень правильном месте.

«Вы хотите сказать, им не жалко дать то, что не нужно? Я имею в виду свободу», — уточнил журналист «Фонтанки». «Совершенно верно, — ответил вольнодумец. — Позволить каким-то отщепенцам и выродкам что-то говорить? Да пожалуйста! Всё равно это не распространяется. Никакого резонанса это не получает».

Как тут не согласиться с Александром Глебовичем? В СМИ постоянно печатают какие-то разоблачения, ФБК выдает расследование за расследованием — и что? Да ничего. Опубликовали, прочитали, зубами, в лучшем случае, поскрежетали, поплевались и успокоились. Стали жить дальше, как будто ничего этого (из опубликованного) и не было. Не слышали, не знаем. Печальная история, но — такова правда, такова действительность. Русская действительность.

Однако с тем, что свободы будет «чуть побольше», согласиться трудно. Власть пытается насадить новую патриотическую идеологию (на самом деле, старую, чуть модернизированную) и здесь запреты и ограничения — куда не плюнь: то чьи-то религиозные чувства оскорбишь, то вообще в экстремизм провалишься. Но прогноз на то и прогноз, чтобы следить, сбудется или нет. Год только начался, так что — поглядим, прав ли Александр Глебович али нет.

Полный текст интервью здесь.

Фото: spb.aif.ru.