Старкова слегла… Как и предполагалось. На своё «последнее слово» экс-ректор НИРО не явилась уже второй раз. На следующее заседание санкционирован принудительный привод

Сегодня в Новрайсуде должно было состояться «последнее слово» Людмилы Старковой, бывшего ректора Новгородского института развития образования (НИРО), обвиняемой по ч. 1 ст. 285 УК РФ (злоупотребление должностными полномочиями): околонаучной даме инкриминируется незаконное получение 342348 рублей и 58 копеек.

«Последнее слово» сегодня не состоялось. Как и 8 февраля, когда было назначено в первый раз.

При подготовке предыдущей публикации о деле Старковой я, будучи наслышан о том, что ранее заседания уже не раз откладывались по причине наличия у Людмилы Геннадьевны больничных листов, неосторожно обронил:

«Выступление стороны защиты пока назначено на 4 февраля. Если ничего не случится… Например, новой болезни Старковой или её адвоката. Грипп ведь свирепствует!».

Получилось, как в воду глядел. Грипп – не грипп, но 8 февраля в суд был-таки представлен больничный, коий подлежал закрытию 9 февраля.

Поскольку после 9-го следовали выходные, очередное судебное заседание и было назначено на 12-ое.

Но и сегодня скамья подсудимых оказалась пустой: ни Людмилы Старковой, ни её санкт-петербургского адвоката Романа Горохова.

Открыв в отсутствие обвиняемой судебное заседание, председательствующая Светлана Вихрова проинформировала участников процесса, что от адвоката Горохова поступило уведомление о том, что он не приедет в Новгород на это судебное заседание, потому что подзащитная сообщила: «В настоящий момент она находится на больничном и не сможет принять участие в заседании».

От самой Старковой тоже поступило ходатайство об очередном переносе «последнего слова».

Вместе с тем судья Светлана Вихрова довела до сведения участников, что ранее с г-жой Старковой пытались связаться по телефону. Пытались (а именно: секретарь судебного заседания) и сегодня.

– На вопрос секретаря судебного заседания подсудимая пояснила, что больничный лист у неё открыт «в одном из медицинских учреждений Великого Новгорода». В каком именно, пояснить отказалась, повесила трубку, прервав разговор. Таким образом, документальное подтверждение наличия у подсудимой листка нетрудоспособности суду не представлено. Подсудимая не сообщила время, на которое открыт больничный лист, и даже отказалась назвать медицинское учреждение.

В связи с этой историей прокурор Денис Оньков высказал своё мнение:

– Что касается поведения Старковой с учётом ранее избранной меры пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении, нельзя не отметить: Старкова не представила убедительных доказательств того, что у неё, во-первых, действительно имеется заболевание, во-вторых, это заболевание препятствует её явке в судебное заседание. Усматривается недобросовестное исполнение Старковой указанной меры пресечения, поскольку конкретных данных, которые бы позволили суду проверить информацию, с её стороны не представлено: несмотря на принятые судом меры, направленные на получение этой информации.

Прокурор Оньков полагал, что при таких обстоятельствах Старковой нарушены условия ранее избранной меры пресечения. Фактически, отметил ещё прокурор, «она препятствует

рассмотрению уголовного дела и осуществлению судопроизводства, в том числе, в разумные сроки».

С учётом этого прокурор полагает назревшим разрешение вопроса об изменении меры пресечения. Поскольку это возможно только в присутствии подсудимой, рассмотрение этого вопроса отложено.

Пока же суд решил подвергнуть Старкову принудительному приводу, «поскольку она не представила доказательства уважительной причины неявки в судебное заседание, кроме того, при выяснении судом обстоятельств оборвала телефонный разговор, повесив трубку, тем самым отказалась сообщить сведения, необходимые суду для проверки уважительности неявки в судебное заседание». Привод Старковой назначен на 15 февраля.

…Одна из моих коллег подсчитала, что «по болезни» рассмотрение дела откладывалось более двадцати раз. На сайте районного суда эти сведения выглядят более скромно. Тем не менее не у меня первого возникают вопросы касательно подлинности тех больничных листов. Настаивать на обратном оснований пока нет, но, сдаётся, и такая проверка уже назрела.

Удивительным, кстати, образом г-жа Старкова оказалась больна и тогда, когда в НИРО разворачивались кульминационные события, старт которым был дан в начале весны 2016-го года: тогда сотрудники НИРО отправили в блог губернатора Сергея Митина жалобу (в том числе, и на проблемы с выплатой зарплаты). В марте, по просьбе коллектива института, губернатор Митин провёл совещание с участием членов правительства. После чего Старковой было предложено уйти в отпуск и сменить род деятельности.

Но после отпуска г-жа Старкова «ушла» на больничный. По объяснениям представителей департамента образования, уведомлены об этом они не были.

В августе приказом департамента Старкова была-таки уволена с занимаемой должности.

Новрайсуд, однако, позднее удовлетворил её исковые требования о восстановлении на работе. Как раз по причине наличия больничного листа «на день увольнения».

Здоровья вам, Людмила Геннадьевна!

Фото автора

На снимке. За спиной прокурора Дениса Онькова – опять пустующая скамья подсудимых.