Февраль 1917 года в Новгородской губернии. Как это было

В своем последнем обзоре-отчёте министру Внутренних дел Российской империи 2 сентября 1916 года Новгородский губернатор М. В. Иславин так описывал политико-экономическое состояние губернии:

«Губернский город далеко не имеет решающего значения в экономической и политической жизни края и является лишь строго административным центром. Интерес к вопросам социального характера весьма слаб, определенных политических групп нет. Выборы в 4-ю Государственную Думу дали элемент умеренный. Из шести выбранных членов пять примкнули к партии 17 Октября, а один к националистам.

Новгород в целом скорее консервативен.

Слабо развитая торговля и промышленность, полное отсутствие общественных деятелей, инертная городская жизнь, ничтожное влияние прессы, представленной газеткой «Волховский листок», создают условия, при которых административной власти не стоит особого труда проводить взгляды и начертания правительства.

Внутренняя политическая жизнь края замерла. Никакой работы партий и отдельных лиц того или иного направления не наблюдается. Никаких политических выступлений за время не было.

Земство, наиболее яркий выразитель общественно-политического настроения, не находит нужным и возможным заниматься какими-либо вопросами политического характера.

Рабочие фабрик и заводов не прерывают мирного течения работ и вполне сознательно воздерживаются от какихбы то ни было выступлений политического и даже экономического характера.
Таким образом, в настоящее время опасности возникновения каких-либо антигосударственных эксцессов нет.

Роль духовенства ничего не вносит нового в общественную жизнь... ».

Революционеры России тоже скептически смотрели на перспективы скорой революции в стране.

В январе 1917 года вождь российских большевиков В. И. Ленин беседовал с молодыми социалистами в Цюрихе.

Он сказал: «Мы, старики, может быть, не доживем до решающих битв этой грядущей революции. Но я могу, думается мне, высказать с большой уверенностью надежду, что молодежь, которая работает так прекрасно в социалистическом движении Швейцарии и всего мира, будет иметь счастье не только бороться, но и победить в грядущей пролетарской революции».

В Новгороде, действительно, царило мещанское сонное болото. Охранка доносила в Петроград, что с 1906 года никакой активности революционеров не наблюдается и сыск вести нет надобности. За это она получила замечание от начальства из столицы.

И действительно, опасность имелась. Хотя почти все российские революционеры были либо в Сибири, либо заграницей, но в Новгороде и близ него размещались запасные полки, готовившие маршевые роты на фронт. Сюда со всего Северо-Запада призывались, в том числе в виде наказания, будущие пехотинцы, артиллеристы, связисты. На третьем году войны среди них всё больше оказывалось политически неблагонадежных рабочих, студентов, крестьян. Особенно среди призванных из числа питерских жителей.

Дисциплина, палочная в том числе, шагистика, тотальный унтер-офицерский контроль держали до февральской революции солдат в узде. Однако в среду офицеров все чаще попадали выходцы из низов. Вольноопределяющиеся и офицеры жили, как правило, на частных квартирах, больше общались с местным населением, имели доступ к прессе.

В Новгороде дислоцировался 177-й запасной пехотный полк, в губернии -175-й, 176-й, 178-й полки. До 50 тысяч солдат и офицеров находились в Аракчеевских военных городках вблизи губернского города.

Февральская революция была попыткой сверху разрешить назревшие противоречия. Её инициаторами были деятели Государственной Думы, в том числе председатель Государственной Думы, крупный землевладелец Новгородской губернии М. В. Родзянко. Его сын М. М. Родзянко был предводителем дворянства в Крестецком уезде. С именем М. В. Родзянко связано ходатайство Новгородского дворянства на имя царя об отставке министра внутренних дел А. Д. Протопопова, которое инициировал сам М. В. Родзянко.

По его замыслу предводитель дворянства Новгородской губернии Будкевич лично должен был доложить резолюцию царю. Однако резолюцию, конечно со своими комментариями, доложил Николаю II … сам А. Д. Протопопов. Никакого внимания на неё Николай Романов не обратил. Кстати, позже М. В. Родзянко распространял сведения, что из-за данной резолюции якобы… был отправлен в отставку губернатор М. В. Иславин, чего в истории не было.

Первоначально требования думцев сводились к назначению ответственного министерства и выработке конституции. Однако ситуация в стране стремительно изменилась в течение одной-двух недель. Надвигающийся голод вызвал волнения в Петрограде. Царица - немка, вокруг неё шпионы и агенты Германии, неудачи на фронте связаны с этим. В головах людей появились простые ответы на сложные вопросы.

28 февраля 1917 года (по старому стилю), приехавший в Царское Село из Петрограда секретарь-распорядитель императрицы Александры Федоровны в должности гофмейстера, ведающий канцелярией и придворным церемониалом, граф П. Н. Апраксин доложил царице обо всем, что происходит в столице и уговаривал её выехать немедленно в Новгород и создать там центр сбора верных государю людей. Ему рисовалось, что Новгород, где так недавно восторженно принимали царицу, может сыграть в российской истории роль второй Троице-Сергиевской лавры.

Около 3 часов ночи 1 марта депутат Государственной Думы комиссар Временного Комитета в Министерстве путей сообщения А. А. Бубликов протелефонировал в Государственную Думу (в её Временный комитет, потому что Николай II приостановил заседания Государственной Думы своим указом) что императорский поезд, направляясь к Царскому Селу, прибыл на станцию Малая Вишера.

Николай II получил сведения, что впереди, на станциях Тосно и Любань, находятся революционные войска. Бубликов спрашивал Думу, как поступить с литерным царским поездом. Это само по себе удивительно, потому что в то время Россия ещё была неограниченной ничем монархией, империей. Ему ответили, что вопрос этот ещё не решен. В 4 часа 50 минут Бубликов телефонировал Родзянко, что императорский поезд повернул обратно к Бологое и вновь спрашивал, как поступить с ним. Ему вновь ответили, что вопрос ещё не решен.

На самом деле во время прохода состава 1 марта по территории Новгородской губернии речь шла не о поезде, а о судьбе Николая II и самодержавия в России. Наконец, представители Временного Комитета решили требовать у царя отречения в пользу наследника Алексея Николаевича при регентстве Михаила Александровича. Монархия ещё сохраняла шансы на существование.

В 5 часов утра А. А. Бубликов телефонировал, что поезд царя пришёл в Бологое (тогда Новгородской губернии). М. В. Родзянко приказал поезд задержать, а сам попросил аудиенции и готовился выехать к Николаю II. Вскоре, однако, М. В. Родзянко получил сведения, что его безопасность не гарантируется и вместе с С. И. Шидловским от поездки отказался.

Прождав несколько часов, царь самовольно отправился в Псков. Взбешенные комиссары Временного Правительства Бубликов и Ломоносов начали предпринимать меры, чтобы помешать продвижению литерного поезда (вообще-то их было два) в Псков.

Ещё раз обращаю внимание читателей, что Россия ещё была неограниченной ничем монархией, империей. В исторических публикациях этот момент как-то смазывается, не акцентируется. Ничем неограниченная власть уже не могла справиться с двумя батальонами войск на станции Любань и с железнодорожниками в Бологое.

Часа в 3-4 1 марта царь прибыл на станцию Дно с намерением ждать здесь Родзянко.

Бескровность февральской революции не заслуга царского режима, а результат его бессилия. Современники и очевидцы событий говорят, что на станции Дно Николай II догнал состав генерал-адъютанта Н. И. Иванова, который был послан с фронта с верными царю частями, чтобы усмирить Петроград. Он был неприятно поражен этим. Иванов не смог добраться до столицы раньше царя из-за противодействия солдат и железнодорожников.

Всё, на что у него хватило сил – арестовать несколько десятков солдат за недисциплинированность и увезти их с собой. Командующий войсками Петроградского военного округа С. С. Хабалов отказался применять военную силу против взбунтовавшихся частей, сказав, что это лишь усугубит положение. И в самом деле: среди бунтовщиков были самые верные, боеспособные, призванные охранять особу царя лейб-гвардейские части!

М. В. Родзянко сообщили, что Николай II будет ждать его в Пскове, в штабе Северного фронта. Поезд царя поехал дальше и в 7 часов 5 минут 2 марта прибыл в Псков. Царя неприятно поразило отсутствие всякой подобающей его Величеству встречи. Пришёл губернатор, потом командующий Северным фронтом генерал Н. В. Рузский. Шел не торопясь, опустив голову. Сообщил, что М. В. Родзянко, по изменившимся обстоятельствам, приехать не может.

Николай II записывает в свой дневник: «Ночью повернули со станции Малая Вишера назад, так как Любань и Тосно оказались занятыми. Поехали на Валдай, Дно и Псков, где остановились на ночь. Видел генерала Рузского. Гатчина и Луга тоже оказались занятыми. Стыд и позор! Доехать до Царского Села не удалось. А мысли и чувства все время там. Как бедной Аликс должно быть тягостно одной переживать все эти события! Помоги нам Господь!».

Здесь уже царь проявил готовность к компромиссам и заговорил сам об ответственном министерстве. Но ему сообщили, что речь об ответственном министерстве была бы уместной 27 февраля, а сегодня речь может идти лишь об отречении. Прибывшие В. В. Шульгин и А. И. Гучков согласовали текст отречения и после небольшой правки царя он был подписан в 15.00 часов 2 марта 1917 года в Пскове в поезде.

В час ночи 3 марта Николай уехал из Пскова с тяжелым сердцем и прибыл в Царское Село уже гражданином Романовым. В своем дневнике он написал: «всюду трусость и обман».

Комиссар А. А. Бубликов стал министром путей сообщения Временного правительства. Населенные пункты Любань и Бологое на Николаевской железной дороге в 1917 г. стали городами.

Февральская буржуазная революция, как и большинство революций новейшего времени, совершилась в столице. В Новгороде узнали о ней только к вечеру 2 марта. Все слои населения ликовали. Хуже не будет – таково было общее мнение. В обществе велики были ожидания на улучшение общей жизни.

М. Рошаль вспоминал, что у них в 177-м запасном пехотном полку, что дислоцировался в Новгороде в манеже, о революции узнали так: весь состав полк был собран на плацу. Командир полка полковник Дьяков, грузный обрюзгший пожилой мужчина 2 марта к вечеру собрал часть на плацу. Он взошёл на трибуну. Весь его вид, розовый бант, подчеркивали важность момента.

Он сообщил, что произошла замена правительства, отречение царя Николая II и переход власти к Временному правительственному Комитету Государственной Думы. Началось неописуемое волнение. Строй рассыпался. Солдаты с пением «Марсельезы» двинулись в тюрьму, освободили политических арестантов Колесникова и Знаменскую. На улицах с радостными лицами ходили мещане с бантами. Некоторые из них подбивали солдат пойти громить винный склад.

Демонстранты прошли к дому губернатора Иславина, жандармскому управлению, полицейским участкам, окружному суду и разгромили их. Царские чиновники и полицейские разбежались. Толпа народа обрушилась в основном на оставленные в канцелярии бумаги царского строя. Народ выбрасывал оставленные бумаги в канцелярии губернатора, жандармского управления, Окружного суда и полицейских участков и бросали их в костры, разложенные под окнами этих домов.

В это же время другая часть демонстрантов вылавливала жандармов, городовых, стражников и расправлялась с ними. Губернатор, вице-губернатор, чины жандармерии и полиция были арестованы. Тюрьма в Старой Руссе сожжена.

Исчезла грубость командиров. Штабс-капитан Альбицкий, бывший летчик, раненный и переведенный в пехотный полк, в роте которого были очень тяжелые порядки (под ружьем держал солдат до 30 часов), боясь расправы, исчез.

Фактически городская буржуазия в это время уже взяла власть в свои руки. Собравшись в городской Думе, она организовала губернский «Комитет общественного спокойствия». В этот комитет вошли 9 представителей от буржуазии и помещиков. Туда для демонстрации народного единства ввели двух представителей от рабочих и ремесленников города, эсеров. Председателем комитета избрали председателя губернской земской управы А. А. Булатова. По своим взглядам он был обуржуазившимся помещиком.

Через несколько дней Временное правительство назначило А. А. Булатова своим комиссаром в Новгородской губернии. Первым делом бывший председатель кассы взаимного кредита Булатов, несмотря на возмущение трудящихся, 6 марта 1917 г. освободил из-под ареста губернатора Иславина и вице-губернатора фон-Дирина, начальника жандармского управления и его помощников. Жандармам, городовым и стражникам он дал возможность укрыться от народного гнева, направив их в тыловые части армии.

В уездах Новгородской губернии также были организованы уездные «Комитеты общественного спокойствия». Руководить уездными комитетами Временного Правительства были, в большинстве случаев, назначены председатели уездных земских управ.

Была создана милиция, которая объявила, что признает суды и прокуроров.

Первыми своими распоряжениями (Приказ № 1) Временное правительство вводило выборность воинских командиров и отмену сословий и сословных ограничений. Все должны были именоваться гражданами и носили красные банты.

В губернии был создан полковой совет 177-го запасного пехотного полка. Заседавшие в нем меньшевики стояли за уступки Комитету. 2 марта в соответствии с приказом № 1 был создан совет солдатских депутатов 177-го запасного пехотного полка. В нем превалировали интеллигенты, эсеры. Председателем полкового совета был выбран волонтер французской армии Бессонов, а его заместителем меньшевик Вольпе. Первым делом принялись проверять питание, мол, оно меньше рациона.

К моменту февральской революции в Новгороде социал-демократической организации не было. Были отдельные социал-демократы. 12 марта 1917 года ими в Народном доме было собрано первое организационное собрание социал-демократов разных течений. На этом собрании присутствовало 10-15 человек.

Здесь были большевики, меньшевики-плехановцы, меньшевики-интернационалисты. На собрании был образован Новгородский городской комитет РСДРП (объединенный). В комитет вошли: Николай Ионов, (председатель), Мец (секретарь) и Александр Иванович Устинович (казначей), все большевики. На другой же день Ионов поехал в Петроград и зарегистрировал Новгородский комитет в Центральном комитете большевиков.

Регистрация ее в ЦК РСДРП(б) в Петрограде вызвала большое недовольство меньшевиков, как и то, что связь организация держала с Е. Д. Стасовой. Советы были в стадии становления. Исполком заседал в штабе бригады. Председатель бригадного совета стал прапорщик В. Бильдзюкевич. В совет избрали Н. Д. Алексеева.

Лозунги РСДРП(б): мира, земли, свободы обладали притягательной силой для простого народа. Из нескольких человек актив разросся до десятков и сотен. Созданный позднее бригадный комитет 14 апреля собрал в Народном доме 1-й съезд рабочих и солдат. На нём был избран губисполком Совета из 16 человек. Причем для крестьян было оставлено 5 вакансий. В составе совета только двое - Алексеев и Витковский – условно были из числа большевиков.

Трёхэтажный деревянный Народный дом (на Козьмодемьянской улице) стал центром политико-просветительской и организационной работы. Правление в нём было народническое, преобладали эсеры. Социал-демократы были разрозненны, в Народный дом заходили лишь случайно. Первым мероприятием был сбор 500 рублей на издание полковой газеты. Деньги выделили депутат Кобяков, Н. Н. Соколов, П. Г. Измайлов, А. Я. Канторович, 22-я арт. бригада и 2-й эскадрон кавалергардского полка. Когда возобновилось издание «Правды», стали получать и продавать её.

В Петрограде Петроградский совет и Временное правительство находились в одном здании – Таврическом дворце, здании Государственной Думы. Социал-демократы признавали, что идёт буржуазно-демократическая революция и задачи захватить власть сейчас не существует. Никто на том этапе не мог предположить, что победителем в революции станет партия большевиков.