Жила-была старушка или «обычная» трагедия в день выборов

В тот день, когда вся область выбирала в губернаторы Сергея Герасимовича Митина, в Доме Ветеранов тихо умирал человек. Женщина. Старушка, которая пережила коллективизацию, блокаду, послевоенный голод, перестройку и демократию, но не смогла пережить губернаторских выборов...

Тихо, потому что никогда не причитала, все невзгоды встречала без уныния и даже с юмором. Безнадежно, потому что у нее не было шансов привлечь к себе внимание в этот знаменательный день: не до нее было. Губернатора выбирали. Сейчас состояние Лидии Антоновны Дубиной близко к критическому и врачи ничего не обещают. Возраст, девятый десяток. И не вовремя оказанная, видимо, медицинская помощь. Как это было? Сейчас расскажу. Попытаюсь сделать это спокойно, хотя гнев душит, честно. Но вопросы в этой истории есть. Простите меня, уважаемые читатели, я снова забежал вперед. Сейчас мы вместе с вами сделаем несколько шагов вниз по лестнице событий и пройдем эти ступеньки заново, по хронологии, шаг за шагом.

Жила-была женщина. Одинокая старушка. Жила в доме ветеранов, пела в хоре. Олег, хороший музыкант, вел это хор. Семья Олега подружилась с одинокой старушкой, стали общаться. Это было пятнадцать лет назад. С тех про общение не прекращалось. Олег и его жена Ольга навещали Лидию Антоновну, помогали, чем могли. Когда вещи привезут, когда продукты. Добрая помощь от чистого сердца, адресная, дружеская.

В тот день, вечером, в восемь часов, Олегу позвонил один из обитателей Дома Ветеранов. Рассказал, что утром Лидию Антоновну нашли в собственной кровати без сознания. Сколько она так пролежала, как долго была в этом состоянии – Бог весть. Может, всю ночь. Чтобы не мешала своей неожиданной болезнью, отнесли старушку в «отделение милосердия», сделали укол и оставили. Просто оставили больную женщину, 1929 года рождения. И даже не удосужились поставить в известность близких… нет, не родственников, но близких Лидии Антоновне людей. Ольгу и Олега в Доме Ветеранов знали хорошо. О дружбе их с Лидией Антоновной знали. Не администрация, пациенты. Те, с кем Олег занимался в хоре. Все бабушки были в него влюблены, любую песню военных лет мог сыграть на баяне. Казалось бы, чего проще: узнать у старушек телефон Олега и позвонить. Но… не удосужились. Не до того. Выборы Губернатора. А в Доме Ветеранов, между прочим, избирательный участок. Понимать надо!

Но Ольга и Олег не сумели проникнуться важностью момента и стали названивать в медчасть Дома Ветеранов. Рассказывает Ольга:

- Сразу же после того, как нам рассказали о несчастье с Лидией Антоновной, мы позвонили в медицинскую часть. Нам отвечали очень неохотно, даже грубо. Вопросы из серии «вы кто такие, кем вы ей приходитесь, по какому праву интересуетесь». Но нам удалось выяснить, что человек просто лежит. Один, без помощи, без ухода, в этом самом «отделении милосердия». И скорую помощь вызывать Лидии Антоновне никто не собирается. Потому что выборы, бюллетени считают. Именно так сказал голос на другом конце телефонной линии.

Олег и Ольга взяли такси и приехали в Дом Ветеранов. Время было уже около десяти вечера. На территорию их не пустили. Дежуривший на воротах полицейский отнесся с сочувствием и пониманием, но был непреклонен: подсчет бюллетеней, посторонним нельзя. Нельзя побыть рядом с умирающим человеком, нельзя просто подержать руку, побыть рядом, поддержать своим присутствием, попрощаться… Нельзя! Подсчет бюллетеней. Это важнее, да…

Олег устроил скандал и добился, чтобы вызвали скорую помощь. Лидию Антоновну увезли в областную больницу.

Врачи ничего не смогли сделать: ах, если бы хоть немного пораньше… Но события уже произошедшие не имеют сослагательного наклонения. Больная впала в кому. Очевидно, без шанса на выздоровление. Лидия Антоновна была так плоха, что даже предписанную томограмму головного мозга делать не рискнули. Надо переложить на каталку, перевести в отделение, а состояние крайне тяжелое. Олега и Ольгу предупредили: памперсов и пеленок много не покупайте. Нет смысла.

У Ольги, которая вчера поздним вечером рассказала мне эту историю дрожащим от гнева и слез голосом, был только один вопрос. Почему, почему не вызвали скорую? Почему Лидия Антоновна целый день пролежала в «отделении милосердия» одна, никому не нужная, без медицинской помощи, без той помощи, которая была столь необходима старому человеку? Почему?

И я начал задавать вопросы. Первый звонок – в Областную больницу. Да, поступила такая бабушка. В приемном покое ее очень хорошо запомнили: чистая, опрятная старушка. Даже духами от нее пахло.

Осматривал ее терапевт и вызванный ночью из дома невролог. Диагноз – кома. При чем, в кому она впала утром. Это зафиксировано в сопроводительных документах. Почему не госпитализировали сразу? Мне не смогли ответить на этот вопрос. Врачи областной больницы делали все, что могли. Все, что от них зависит…

Второй звонок в Дом Ветеранов. Директор, Князева Ирина Викторовна, любезно согласилась ответить на мои вопросы:

- Ирина Викторовна, когда обнаружили, что Лидия Антоновна впала в кому?

- Утром.

- Каковы были дальнейшие действия персонала Дома Ветеранов?

- Пациентку осмотрел врач. У нас есть свой врач, терапевт. Ей сделали несколько уколов. После уколов вроде бы наступило улучшение, тело стало реагировать.

- Но в сознание она не пришла?

- Нет.

- Почему не вызвали скорую помощь?

- У нас есть своя медицинская часть и мы сначала сами обязаны принять меры.

- Терапевт, который работает в Доме Ветеранов, был с пациенткой все время до приезда скорой?

- Нет, он ушел домой. Около семи. Сказал медсестре, что надо вызвать скорую, если станет хуже.

- Когда Лидию Антоновну доставили в Областную больницу, был вызван невролог: это его профиль. Вы считаете, что квалификация терапевта, который у вас работает, достаточна, чтобы произвести неотложные мероприятия с 82-летней пациенткой, впавшей в кому?

- У нас опытный врач работает, с большим стажем.

- Терапевт?

- Терапевт…

- Почему терапевт не вызвал скорую? Почему терапевт не был с пациенткой до конца?

- Не могу сказать… Все решения принимал сам врач.

- Связано ли то, что не была вызвана скорая, с выборами губернатора?

- Нет. Конечно, нет! У нас в любой день идет своя жизнь и выборы нас касаются постольку, поскольку мы предоставляем помещение. Но работники работают и люди живут обычной жизнью в любой день. В будни, в праздники. Например, в тот день, в день выборов, один наш пациент напился и стал хулигански себя вести. Мы вызвали полицию. Что нам мешало вызвать скорую? Думаю, что сбило с толку улучшение, которое наступило у Лидии Антоновны…

Последний мой звонок – в реанимацию.

- Как Лидия Антоновна себя чувствует?

- Состояние тяжелое.

- Есть ли надежда на выздоровление?

- Нет.

- Скажите, если бы Лидию Антоновну госпитализировали во время, был бы шанс на выздоровление?

- В этом возрасте необратимые изменения головного мозга приводят к летальному исходу.

Мой собеседник замялся, но продолжил:

- Зря Вы взялись за эту тему…

Очевидно, что в этой истории вопросов много. А ответов на них, ясных и однозначных ответов, нет, как нет ничего ясного и однозначного в нашей жизни. Но я понял одно: не дай Бог в нашей стране дожить до старости. Не дай Бог в старости остаться одиноким. Не дай Бог…

Оригинал материала - в «Альманахе Провинциальное время»

Фото 1: Алексей Александров