«Завод»: привет Голливуду, или Капитуляция перед лицом социальной несправедливости

Есть в России люди, которые убеждены, что в стране все прекрасно. Например, министр культуры Владимир Мединский, который уверен, что «Россия никогда не жила так зажиточно, свободно и перспективно, как она живет сегодня». Впрочем, ему сие простительно: дабы слова не расходились с той бурной деятельностью по штамповке патриотического ширпотреба, если судить по качеству, которую министр развел на своем посту. Поэтому нет ничего удивительного в том, что ведомство отказало режиссеру Юрию Быкову в финансировании его нового фильма «Завод», который как раз о том, что в России все далеко не так, как представляет г-н Мединский.

Но на Минкульте свет, как говорится, клином не сошелся – подмогли частные инвесторы. А вот то, что «Завод» выпустили на большие экраны – это вызывает большое, очень большое удивление, ибо фильм затрагивает такие темы, от которых «культурное ведомство» как раз пытается граждан нашей необъятной Родины отвлечь всеми силами, подсовывая откровенную патриотическую халтуру, чтобы чувство гордости за свою Отчизну без остатка, как сильные солнечные лучи, развеяло черноту, сгустившуюся в душах от невеселых мыслей, подпитываемых урчанием живота на фоне пустых карманов. Возможно, сыграло то обстоятельство, что временные рамки «Завода» четко не определены: разыгрываемое действо, скорее, отсылает к постперестроечным временам, чем к дням настоящим, но от этого актуальность ленты не падает, тем более что какие-то вещи современны до ужаса – то есть до взгляда в окно.

Завод 4

Ну в каком регионе нашей страны нет всесильного олигарха, который, подергав за ниточки, ведущие в столицу, а то и прямиком в Кремль, может «нагнуть» самого губера? Вопрос, понятное дело, риторический, поэтому, думается, не промахнусь, если предположу, что практически в каждом. Вот и воображаемая область, в которой и происходит действие «Завода», – не исключение. Там заправляет всесильный олигарх Калугин (Андрей Смоляков), который и владеет тем предприятием, что дало название фильму. Завод по производству арматуры – знакомая ситуация? – еле дышит, дни его сочтены. О чем и объявляет работягам олигарх: работаем последний месяц, когда будут деньги – зарплату выплатят. Но что-то подсказывает, что денег не будет. И тогда один из рабочих, одноглазый, хмурый богатырь по кличке «Седой» (Денис Шведов) предлагает пятерым товарищам взять Калугина в заложники с требованием выкупа. Немного покумекав, они соглашаются и приступают к задуманному.

Сначала все идет строго по плану: на трассе они тормозят машину Калугина и доставляют его – видимо, для колорита – прямиком на завод, откуда тот звонит начальнику своей охраны с погонялом «Туман» (Владислав Абашин), чтобы он привез выкуп. Что последний и делает. Кажется, успех авантюры неминуем, но вот незадача: в дело вмешиваются сотрудники СОБРа, которых не пойми кто вызвал. И все идет наперекосяк – аккурат к развязке, когда становится ясно, что правоохранители – это часть хорошо продуманного плана, суть которого заключается не в барышах, но в торжестве справедливости. И вот именно это – центральная тема фильма.

Завод 3

Социальная справедливость – вот, что интересует Юрия Быкова. Он не скупится на то, чтобы в красках показать бедственное положение работяг, которые после того, как завод закроется, пополнят армию нищих-безработных, ибо в области – в картине это проговаривается – почти все предприятия уже позакрывали, а на оставшиеся – не устроиться. Что им остается, а ведь у многих – семьи, дети? Кого это волнует – Калугина? Или губернатора? Увы, ни того, ни другого, а должно бы обоих и очень сильно. Поэтому вывод, по Быкову, очевиден: надо творить справедливость собственными руками, раз те, кто, по идее, должен бы ратовать за интересы народа, уходят в тень и умывают руки.

Однако уже изначально задумка главного героя вызывает вопросы, ибо в первоначальном варианте борьба за социальную справедливость оборачивается элементарной жаждой наживы. Впрочем, это не стоит записывать режиссеру как минус: этим он показывает незрелость нашего общества, пока еще не готового бороться за свои права. Здесь Быков строго следует логике реальности. Да, действительно, трудовой класс нашего общества так и не вырос из «советских штатов». Люди привыкли к тому, что государство о них заботится, ну или хоть делает вид. А Россия медленно, но верно отходит от принципов, как показала пенсионная реформа, социального государства. И в новых условиях о своих правах надо уже заявлять, иначе просто окажешься в числе списанных станков по обработке металла, как один из них. И, по сути, афера, в которую впрягаются наши герои, это как раз и есть попытка заявить о своих правах. Да, кособокая, незрелая, местами даже противоречащая своему духу, но все же попытка. И это – в идеологическом плане – действительно прорыв, показатель, что тема социального неравенства стала столь острой, что даже дошла до кинематографа.

Завод 1

Но, увы, Быков, ставя вопрос, не дает на него ответ, даже косвенно не подводит к нему, если не считать оным закольцовывающий с началом финал картины, когда «Туман» выходит из ворот завода с перевернутым с ног на голову внутренним миром, став, по крайней мере, потенциально новым борцом за справедливость. Нет, на ответ это явно не тянет. Более того: то, как Быков решает судьбы «Седого» и Калугина, говорит о капитуляции перед сложившимся порядком.

Есть очень простой вопрос, который задает герой Дениса Шведова персонажу Андрея Смолякова: «Почему у тебя есть, а у меня нет?» Если задуматься, то этот вопрос, в общем-то, главный, но ответа на него нет, потому что, видимо, все решает природа,

признается сам режиссер.

Завод 7

И это, конечно, сильно сказывается на картине, опуская ее с высоты авторского высказывания на тему современности до уровня жанрового кино, к которому фильм тяготеет очень сильно. Это и главный герой – бывший вояка, травмированный на войне и жаждущий мщения, очень клишированный образ в голливудском «кинофастфуде». Не отстает по затасканности и образ главного злодея – Калугина. Я, пожалуй, даже соглашусь с тем, что он сильно напоминает реальных олигархов, но художественной правде это вредит. Каждый жест, каждое слово бессердечного богатея будто бы сопровождается картонным скрежетом – настолько он искусственен и плоть от плоти тот же голливудский штамп. Да и «Туман» – того же порядка, причем его внутреннее перерождение Быкову не удалось обосновать: герой Абашина меняется точно по щелчку пальцев. И эта «трансформация», логично не вытекающая из глубины, мотивации персонажа – не единственная, увы. То, как «Седой поступает с Калугиным в конце ленты, тоже вызывает большое «почему?», хотя и не должно.

Одной из причин, на мой взгляд, является даже не столько клишированность образов, сколько их недостаточное раскрытие. Нет, чтобы снять уж совсем какие-то жесткие непонятки, Быков чуть говорит о каждом, но этого явно недостаточно. А сам «Седой» так вообще остается загадкой. Что-то да, мы узнаем из его слов, но то, что творится в его внутреннем мире – этого режиссер не показывает, а зря: так герой вышел бы куда убедительнее.

Завод 6

Но снова же: для жанрового кино, чьи критерии куда более «демократичнее», этого хватает с избытком, главное, чтоб было действие. А действие в фильме есть. И стреляют, и дерутся. Все, как в лучших американских боевиках. И, надо отдать должное, «Завод» не уступает многим зарубежным «стрелялкам», в которых бывший солдат приводит в чувство зарвавшегося буржуя. Но вот претензии-то, как явственно следует из самой задумки, были куда выше.

В общем, то, что могло обернуться сильной социальной драмой с элементами криминала, неудержимо скатилось к боевику. Да, так зрелищнее, с этим не поспоришь, бюджет отбивать все-таки надо, но все равно очень грустно, ибо получиться могло куда более мощно, чем вышло. Тем не менее, «Завод» – фильм, который определенно стоит посмотреть, ибо он весьма концептуально выразил состояние нашего общества – его незрелость для борьбы за свои права и капитуляцию перед лицом капитализма – уже даже исходя из формы подачи, которую можно было бы определить как «привет Голливуду».

Кадры из открытых источников в интернете.