К годовщине протестов 2011 года «За честные выборы». Кирилл Морозов рассказывает, как это все происходило в Новгороде

Порой люди приходят в политику на волне каких-либо знаковых событий в обществе, для меня таким «политическим пробуждением» стали события конца 2011 года, когда шли массовые протесты против результатов выборов в Госдуму в декабре 2011 года.

Я, до этого никогда не посещавший какие-либо митинги и, по большей части, оторванный от политических реалий в стране, к моменту этих протестов уже как год с лишним запоем глотал книги Лимонова и интересовался движением нацболов, в основном, читая в сети старые выпуски газеты «Лимонка». И в ту зиму я наконец-таки обратил внимание на происходящие в стране события.

Так как телевизор давал противоречивую и явно однобокую картинку происходящего в крупных городах, я стал смотреть трансляции на ютубе с митингов «За честные выборы». Мой еще политически неокрепший ум был озадачен кучей вопросов: кто такой Навальный? Что там делает звезда «Дома 2» Ксения Собчак и почему не видно Эдуарда Лимонова на митингах белоленточников? Позднее я, конечно, нашел ответы на все эти вопросы, но на тот момент все происходившее вызывало большое непонимание для такого домашнего затворника, увлеченного только книгами, каким я и был тогда.

Впрочем, кроме сидения дома за книжками, я лабал тяжеляк в местной металл-банде и, когда узнал, что у нас в Великом Новгороде тоже будет митинг «за честные выборы», мы решили с нашим басистом пойти посмотреть, что же там будет.

Толпа

В итоге 10 декабря 2011 года мы с ним пришли к ТЦ «Русь» минут за сорок до начала и, посидев в кафе неподалеку, выдвинулись к месту. Придя, мы увидели огромную толпу, скапливавшуюся на ступеньках «Руси». Такой толпы я у нас не видел ни до, ни после.

Вполне обоснованно побаиваясь, что на всю эту движуху спустят ОМОН, мы решили подняться по ступенькам, обойдя народ, и встать у входа в сам ТЦ: если начнется жесть, то просто уйдем внутрь и там затеряемся.

Место, кстати, было удачным, чуть ниже нас разворачивалось основное действо. Организаторы митинга, окруженные полицией, что-то вещали по очереди в мегафон, народу скопилось где-то человек 500. Чувствовалась явно напряженная, я бы даже сказал, накаленная атмосфера в воздухе. Хоть я и не слышал толком, что там говорилось, толпа время от времени то осуждающе гудела, когда мегафон брала в руки полиция, то скандировала лозунги, то ободряюще поддерживала ораторов от оппозиции, когда мегафон переходил к ним.

Справа я заметил группу молодых ребят с красными повязками, на которых был серп и молот. Я вначале даже подумал, что это нацболы, но, как потом оказалось, это были комсомольцы из СКМ (ныне ЛКСМ) — «молодежки» при КПРФ. Они начали зажигать лозунгами. Толпа стала одобрительно шуметь.

Толпа 2

Все действо длилось около часа, наши опасения, что будут задерживать людей, не оправдались. Потом толпа стала рассасываться, часть группками уходила по Санкт-Петербургской в сторону Софийской площади (где, кстати, потом и были задержаны несколько человек), а мы же с товарищем решили пойти по домам, как я потом узнал, часть народу вышла на Софийку и водила хороводы у елочки на глазах у набежавшей туда следом полиции.

Тогда мне хватило того драйва, который я прочувствовал на той акции, в силу ряда причин я пришел в политику лишь год спустя, вступив в ноябре 2012 года в тот самый СКМ и познакомившись с теми, кого я видел на том несанкционированном митинге, заодно узнав много подробностей того жаркого зимнего дня: как потом сотрудники органов вылавливали самых активных участников у их домов и как постепенно угас протест зимы 2011 года. Позже некоторые участники тех митингов даже займут противоположные политические лагеря после конфликта на юго-востоке Украины весной 2014 года.

Вспоминая те события, с высоты сегодняшнего моего политического опыта, я понимаю, что, в целом, тогда гражданское общество упустило исторический шанс на реальные перемены в стране. Предательство либералов, сманивших протестные массы на Болотную, угробило надежды общества на перемены своими силами. Россияне, приученные к беспомощности перед лицом власти, в основной своей массе постепенно смирились с чудовищной фальсификацией тех выборов. Так, в 2016 году новые выборы в Госдуму практически уже не вызвали никаких вопросов у общества, они прошли так, как будто их никто и не заметил.

Власть, очухавшись от протестов зимы 2011 года, напринимала массу законов, удушающих любую уличную активность и ограничивающих политические свободы в стране, можно сказать, что в декабре 2011 года гражданское общество, проснувшееся в России, было загнано потом в глубокую яму, из которой не может толком вылезти и до сих пор.

Тем не менее, лично для меня те события, в том числе и тот несанкционированный митинг «За честные выборы» в Великом Новгороде, послужили толчком, пусть и с небольшой задержкой, но прийти в политику. Год спустя, я приду в СКМ, а в 2014 году, когда будут разворачиваться исторические события на Донбассе, создам в Великом Новгороде отделение партии «Другая Россия».

Через четыре года после моего первого митинга наше отделение в ноябре 2015 года проведет пикет против системы «Платон», на который к нам придут больше сотни разъяренных системой поборов водителей-дальнобойщиков к тому же самому ТЦ «Русь» и отчасти это будет напоминать — по накалу страстей — то, что было там в декабре 2011 года. Впрочем, как говорится, это уже совсем другая история…

Кирилл Морозов

Фото из открытого доступа.