«Моего единственного сына убили полицейские!»

С таким плакатом к прокуратуре Новгородской области вышла сегодня на одиночный пикет Антонина Александровна Щепихина.

Кто такая Антонина Александровна? Как любят у нас говорить, простая русская женщина. Новгородка. Пенсионерка… Безутешная мать.

Горе в её жизни случилось 20 марта 2016-го года.

Тем вечером, накануне своего дня рождения (должно было исполниться 39 лет), её единственный сын Александр вместе с другом отправились в одно из кафе Новгорода.

Там у Александра случился конфликт с пьяным посетителем – как ныне установлено, неким Евгением Тургуновым. Когда мужчины вышли на улицу, к Тургунову пришла подмога – его друг Игорь Сухорученко.

После удара этого человека Александр Щепихин упал оземь. Потом был ещё удар в голову – ногой Тургунова (сам, правда, от этого удара он открещивается: промахнулся, говорит).

Щепихин потерял сознание. Вызвали «скорую».

В больнице мужчина прожил 12 часов. И – скончался.

Уголовное дело возбудили в отношении обоих: и Тургунова, и Сухорученко. По серьёзной статье Уголовного кодекса РФ – «умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, повлекшего по неосторожности смерть потерпевшего» (ч. 4 ст. 111 УК РФ – до 15 лет лишения свободы).

И уже в процессе расследования дела и мать погибшего, и жена, и прочие люди не без удивления узнали, что «привлекаемые» – сотрудники полиции. Тургунов служил в отделении кинологической службы ОБ ППСП городского УМВД, а Сухорученко – инспектором ДПС городской ГИБДД. Сдружились же во время обучения в учебном центре областного УМВД (бывшая школа милиции).

…Что воистину удивительно, в материалах дела, однако, есть информация о том, что со службы в полиции один (Тургунов) уволился 17 марта, другой (Сухорученко) – 18 марта 2016-го года.

То есть – прямо перед ЧП, закончившемся смертью человека. Что, определённо, наводит на мысли о том, что увольнение из полиции (ну, да, по собственному желанию) было оформлено задним числом.

Но это далеко не единственное, что вызывает несказанное удивление.

Вдвойне удивительным для родственников погибшего стало то, что по истечении определённого времени один из друзей (Тургунов) вообще был выведен за числа «фигурантов» этого дела, а второму (Сухорученко) обвинение было перепредъявлено по «щадящей» ч. 1 ст. 109 УК РФ (причинение смерти по неосторожности – лишение свободы на срок до 2 (!) лет).

Чем руководствовалось следствие? Как водится, заключением экспертов.

Надо сказать, что первоначальная экспертиза, проведённая вскоре после смерти Щепихина (12 апреля 2016-го года), пришла к заключению, что 

указанные телесные повреждения (самое серьёзное – перелом височной кости, переходящий на основание черепа – А.К.) образовались от совокупности воздействия на область головы различных тупых предметов, (…) а также не менее одного удара, например, ногой». И – «в результате нанесения указанных телесных повреждений Щепихину был причинён ТЯЖКИЙ (так – в оригинале – А.К.) опасный для жизни человека вред.

Но следователю потребовалась вторичная (дополнительная) экспертиза. И она (проведённая спустя больше чем год со смерти Щепихина – 24 мая уже 2017-го года) пришла к иным выводам: смерть-де наступила не в результате ударов, а… в результате того, что Щепихин упал на землю и стукнулся головой об асфальт.

И всё! Свободу Юрию Деточкину!

Дело направили в суд именно по ч. 1 ст. 109 УК РФ и только в отношении одного Сухорученко (как ни крути, но упал-то потерпевший от его «воздействия»).

Ещё в августе 2017-го года направили.

За это время, как рассказала сама Антонина Щепихина, состоялось лишь несколько заседаний, на которые являлся обвиняемый. А потом являться перестал. И сейчас даже объявлен в розыск, что, кстати, подтвердил и пресс-секретарь Новгородского районного суда Валерий Таганский (постановлением суда от 2 марта 2018-го года).

Но хитрость, полагает и Антонина Александровна, и её представитель в том, что совсем скоро истечёт срок привлечения товарища по ч. 1 ст. 109 УК РФ – «за давностью». И – всё. Сухим вышел из воды (а уж его друг – точно!).

Почему Антонина Александровна «вышла на площадь» (то есть – к прокуратуре)? Потому что, уверена, всё идёт к тому, что если и воздастся одному из экс-полицейских, то не по содеянному. Она же настаивает на возвращении в обвинение (и – в отношении обоих) ч. 4 ст. 111 УК РФ. Потерять сына и знать, что всем его смерть сошла с рук, это, знаете ли, чересчур.

Полностью её плакат, принесённый к прокуратуре, звучит так:

Моего единственного сына убили полицейские. МВД их уволило. Следствие и прокуратура спасают их от тюрьмы. Требую справедливости.

И ведь – убедительно!

А на память приходит другое дело. О причинении смерти боровичскому пенсионеру Владимиру Белокурову. Всё там до боли похоже. Избивали пенсионера трое. Но следователь Василий Дыньков привлекал к уголовной ответственности только одного – некоего Михайлова: и не по ч. 4 ст. 111 УК РФ, а всего лишь по ч. 2 ст. 116 УК РФ (побои), где максимальный срок лишения свободы – те же 2 года. И тоже была проведена экспертиза, которая, если чуть утрировать, пришла к выводу, что избиение пенсионера – это одно, а умер он чуть ли не от насморка.

Доказать, что чёрное – это чёрное, вдове Вере Белокуровой удалось только благодаря тому, что она «прорвалась» на личный приём к руководителю Следственного комитета РФ Александру Бастрыкину. Из производства следователя Дынькова дело изъяли, самого – уволили из рядов СК РФ. Новые экспертизы были проведены в Москве и Санкт-Петербурге и камня на камне не оставили от странных заключений новгородских эскулапов.

В конечном итоге к уголовной ответственности по ч. 4 ст. 111 УК РФ были привлечены все трое «отморозков», избивших человека до смерти. Получили от 10 до 13 лет лишения свободы.

В тюрьме теперь и экс-следователь Дыньков. Если быть уж совсем точным, – в колонии-поселении, куда (за фальсификацию доказательств) был направлен по приговору суда на срок 2 года.

(Некоторые подробности того дела – здесь и здесь).

…Что же до нынешней истории, то жалобу Антонины Щепихиной в прокуратуре приняли, а прокурор области Андрей Гуришев своими глазами видел и саму заявительницу, и её плакат. Хочется верить, что дело взято на контроль.

За развитием этой истории и её результатами мы будем следить со всем вниманием!

Фото автора.