Михаил Тарковский: «Современная Россия появилась не в 1991 году, а наследует векам русской истории»

В Тобольске – скандал. Начался он еще в прошлом году вокруг имени легендарного военачальника Ермака, а теперь вот набирает обороты. Активисты города и Тюменской области решили увековечить славное имя народного героя. А именно – установить на территории парка «Ермаково Поле» крест в память Ермаковой дружины и назвать новый городской аэропорт именем Ермака, а точнее просто включить это имя в список претендентов на голосовании.  

После того как ряд общественников поднял шум из-за того, что покорителя Сибири даже не включили в список претендентов, события развивались следующим образом. Одна из национальных общин Тобольска и Тюменской области (не будем называть какая конкретно, чтобы не разжигать дополнительно никакую вражду) обратилась к губернатору региона Александру Моору с просьбой остановить провокационные действия инициатора появления монумента, председателя фонда «Возрождение Тобольска» Аркадия Елфимова. По мнению противников Ермака, его популяризация «направленна на разжигание межнациональной розни, нарушение стабильности в отношениях между народами в сегодняшних непростых условиях». 

В письме также было указано, что в последние годы Елфимовым проводится «активная и упорная пропаганда имени неоднозначного исторического персонажа Ермака, очень настораживает, с каким постоянством он делает выпады в сторону болезненной для коренного населения региона темы, навязывая свое однобокое видение процессов, далеких от исторической действительности».

Чтобы попытаться разобраться в сути сибирских споров, мы обратимся к человеку с тонкой душевной организацией, к мастеру художественного слова, писателю Михаилу Тарковскому. Нужно отметить, что представитель династии, внесшей большой вклад в культуру России (внук поэта Арсения Тарковского), родился в Москве, но всю свою сознательную жизнь отдал Сибири. 
 
«ВН»: – Михаил Александрович, я знаю, что вы не очень любите, когда вам задают вопросы про ваших знаменитых родственников. Но не брать во внимание вашу родословную невозможно. И думаю, читателей очень интересует, как вы оказались в Сибири. Почему вы живете не в Москве?
 
– Во-первых, по прочитанным книгам, по мечте, по кругам полевых зоологов, с которыми я общался еще в школе, считалось за честь побывать в таких краях. Во-вторых, политика государства была такая, что поддерживалось освоение новых территорий. И конечно, повлияла вся литература, которая была на эту тему: Федосеев, Бианки, Астафьев и многие другие. Ну и плюс еще моя бабушка, которая мне постоянно давала литературу, настраивала меня на такой образ жизни. Сначала я работал в экспедиции, потом мне предложили работу на Енисее на научной станции, а потом я пошел в охотники. И началась новая жизнь. 
 
«ВН»: – Вы всю свою жизнь связываете с Сибирью?
 
– Да, с Енисеем и со всем, что к Востоку тоже. Хотя я живу именно на Енисее, но бываю в тех краях постоянно. 

«ВН»: – Этот вопрос важен, чтобы читатель понял, с каких позиций вы, собственно говоря, рассуждаете и ратуете за Ермака. С позиций москвича, который чисто идеологически выступает за эту фигуру? Либо как местный, как сибиряк? Как вас воспринимать? 
 
– Меня воспринимать как русского патриота, который за Россию от океана до океана. 
 
«ВН»: – Как вам видится, почему задвигается определенным кругом лиц фигура Ермака? 
 
– Я думаю, здесь две причины. Одна – человеческая ограниченность, бестактность, незнание истории и безответственность, а главное жажда розни. А вторая – наши зарубежные недруги вкачивают деньги в такие дела.
 
«ВН»: – То есть какая-то общественная группа поддерживается с Запада?
 
– Я уверен, что любой раскол внутри России поддерживается Западом. Щелочка появляется – и тут же находится клинышек. Это 100%. 
 
«ВН»: – И в данном случае это те люди, которые обратились к губернатору Моору?
 
– Нет, во-первых, я этих конкретных людей никогда не видел, только читал их мнения в СМИ. И никогда не возьму на себя ответственность, не исследовав вопрос, заявить, платит ли конкретно этим людям кто-либо или не платит. Я говорю, что в принципе, сегодня у таких вещей два корня. Плюс такие настроения витают в воздухе, являясь порождением либеральной обстановки. 
 
«ВН»: – Вы будете удовлетворены тем, что имя Ермака Тимофеевича просто включат в список имен на голосование по этому аэропорту? Все же там есть другие достойные конкуренты. Вы за голосование или считаете, что только именем Ермака должен быть назван аэропорт?
 
– Однозначно именно именем Ермака. При том, что в списке замечательные люди, которые внесли большой вклад, в науку, литературу. Там и Ершов, и Алябьев. Но Ермаку Тимофеевичу мы обязаны присоединением Сибири и Дальнего Востока. И Тобольск, первая столица Сибири – однозначно связана с Ермаком особыми узами. Ермак – ключевая государственная стратегическая фигура, изменившая глобальную географию нашей страны. Речь идет о государстве российском как таковом в моменте историческом и судьбоносном. Это дело государства, его карты! Его тела. 

«ВН»: – Но вы за голосование? Или считаете, что нужно просто собрать подписи от общественности, назвать именем Ермака и всё?
 
– Я не могу сказать, как лучше. Потому что тут манипуляции могут быть в любом случае. 
 
«ВН»: – Смотрите, в Тобольске живет примерно 100 тысяч человек. Вот кому принимать решение итоговое? Жителям Тобольска или всей России?
 
– Это дело всероссийское однозначно. 
 
«ВН»: – В связи с этим я задам последний вопрос. Но самый главный, потому что я предвижу контраргументы, которые в этом споре могут быть со стороны национальных общин. 
 
– Да, давайте. 

«ВН»: – Вот они скажут: нас никто к современной России не присоединял. После 1991 года мы живем на правах федерации. Мы не колония при метрополии. Мы все полюбовно решили соединиться, по доброй воле. Нас никто не завоевывал! Федерализм, сами решаем, как аэропорты называть. Что бы вы ответили таким людям?
 
– Они возможно и могут сказать, что их никто не присоединял, что они сами присоединились. Но это как раз расходится с мнением тех экстремистов, которые упирают именно на то, что их завоевали. При этом Ермаку навешивается ярлык неоднозначности, а из Кучума делается национальный герой. Разыгрывается-то именно это, и вменяется, что вековечение памяти Ермака вызывает болезненные чувства у «коренного населения». Контекст такой, если вы прочитаете их письма. Я обескуражен таким подходом. Мы здесь почти 500 лет, все мы здесь давно коренные. Историю нужно изучать и осмыслять. А присоединение-то происходило на основе именно государственной политики, государственных решений и стремлений.  И учреждение первой столицы Сибири, и все, что было дальше, включая Мангазею, и поход по Енисею, и основание Енисейска и Иркутска. Инициатива была из центра, от царя. Не было инициативы «возьмите нас к себе». Потому что не было как таковых каких-либо образований, автономий, административно и географически оформленных. 
 
Другая, к примеру, история – Тува 1944 года. Когда началась война и фактический руководитель Салчак Калбак-Хорекович Тока попросил включить Туву в состав Советского Союза. А в те времена, о которых мы говорим, было по-другому. Именно Россия создала государство на этих территориях, где жили и кочевали различные племена. Современная Россия появилась не в 1991 году, а наследует векам русской истории.

Фото из архива Михаила Тарковского