Милостивая судьба Сергея Кодынева. Судьи объясняют – почему

Всякий раз за оглашением «щадящих» решений по делу бывшего гендиректора АНО «НЦСМ-Новотест» Сергея Кодынева следует встреча судей с журналистами. Это становится уже доброй традицией, свидетельствующей о стремлении ко взаимопониманию между судейским сообществом и новгородским народом, который – хоть убей! – не понимает, что же такое доброе, хорошее свершил Кодынев, что к нему – так: с пониманием, которому завидуют тысячи новгородских «зеков».

В июне прошлого года, после того как 8,5 лет колонии, которые назначил Кодыневу Новрайсуд, по мановению волшебной палочки Новоблсуда обратились в 4 года и 10 месяцев, а сам он был отпущен из СИЗО «за истечением срока давности», ответ перед журналистами держал судья Новоблсуда Сергей Бабков, председательствовавший на апелляционном процессе (об этом – здесь).

Объяснил всё хорошо, доступно, доходчиво. И думал, верно, что дело на веки вечные сдано в архив.

Да только неуступчивая прокуратура, стоявшая и стоящая на той позиции, что никаких оснований для переквалификации деяния Кодынева на более мягкую статью (с ч. 4 ст. 159 УК РФ – мошенничество в особо крупном размере, где наказание до 10 лет колонии, на ныне упразднённую ч. 3 ст. 159.4 УК РФ – мошенничество в сфере предпринимательства, где наказание – до 5 лет) не было и нет, на сей раз осталась непоколебима. О том, что предшествовало новому рассмотрению дела Кодынева, мы писали вчера (здесь).

Решение Новоблсуда (его президиума) вновь стало в пользу Кодынева. Решение воспринимается в народе как непопулярное. Хотя бы потому, что «за Кодыневым» – более шестисот потерпевших, перешедших с лёгкой руки этого товарища в разряд «обманутых дольщиков», которые, по словам заместителя прокурора области Сергея Столярова, «потеряли не только значительные денежные средства, но и единственное жильё, и до сих пор не получили от подсудимого никакой компенсации».

На этот раз непопулярное решение комментировали судья-докладчик Алексей Становский и члены президиума Светлана Есакова, Антон Остроумов.

Кодынев2

В преамбуле судейско-журналистской встречи Светлана Есакова сказала (и с этим – не поспоришь!):

– Учитывая широкий общественный резонанс, принимая во внимание активное освещение процесса в средствах массовой информации, Новгородский областной суд счёл необходимым прокомментировать принятое президиумом решение.

Алексей Становский напомнил историю этого дела, изложил его суть и причины, по которым оно вновь рассматривалось Новоблсудом. Сформулировал, каковы три кита, на коих покоилось кассационное представление, подписанное заместителем генерального прокурора РФ Леонидом Коржинеком.

– Автор кассационного представления обращал внимание на то, что Кодынев не мог быть признан субъектом мошенничества в сфере предпринимательства, так как не являлся ни индивидуальным предпринимателем, ни руководителем коммерческой организации: поскольку Кодынев возглавлял некоммерческую организацию, он не мог отвечать по этой норме закона. Во-вторых, по мнению автора кассационного представления, та деятельность, которую вело АНО «НЦСМ-Новотест» по строительству жилья, не носила характер предпринимательской. Третий довод сводился к тому, что вообще деятельность по строительству жилья АНО «НЦСМ-Новотест» являлась незаконной. При этом была ссылка на ФЗ от 30 декабря 2004 г. «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов», согласно которому застройщиком может выступать только коммерческая организация, а Кодынев возглавлял некоммерческую организацию.  

О главном, почему решение президиума стало в пользу Кодынева, говорил Антон Остроумов. Некоторые выдержки:

– Сторона обвинения придерживалась мнения, что автономная некоммерческая организация не могла заниматься деятельностью по строительству многоквартирных домов. Президиум областного суда с этим не согласился: в первую очередь потому, что следователем было предъявлено, а прокурором утверждено обвинение, в котором прямо и однозначно указывалось, что деятельность по строительству многоквартирных домов Кодынев вёл на законных основаниях. (…) Кроме того, президиум установил, что ряд выводов в представлении обоснован ссылками на закон в редакциях, принятых после совершения Кодыневым преступления. (...) Действовавший на момент совершения преступления закон допускал в качестве застройщика любое юридическое лицо, независимо от его организационно-правовой формы. И уже позже правовое положение АНО в этой части было значительно сужено законом, в том числе тем, на который ссылался в представлении заместитель Генерального прокурора РФ. Применение недействовавшего на момент совершения преступления закона является недопустимым.

Возник вопрос:

– Как установлено судом, Кодынев совершил преступление в период с 2006-го по 2009-ый года. А сама ч. 3 ст. 159.4 была введена в Уголовный кодекс РФ в 2012-ом году (исключена, кстати, из УК РФ в 2014-ом году). Как это проецируется на дело Кодынева?

Антон Остроумов:

– Существует правило о том, что закон, смягчающий положение, подлежит применению: имеет обратную силу. В данной ситуации несмотря на то что ст. 159.4 просуществовала относительно непродолжительное время, она подлежала применению в ситуации с Кодыневым, поскольку не только смягчала его положение, но и являлась специальной нормой, предусматривающей ответственность за совершённое им деяние.

– Получается: если бы следствие закончило расследование в более ранний период, а приговор суда вступил в силу до введения в действие ст. 159.4 УК РФ, Кодынев понёс бы ответственность по более суровой ст. 159 УК РФ (без поправок на деяние в сфере предпринимательства)? И юридической коллизии бы – не было?

– Да.

Судьям были заданы и некоторые другие вопросы, непосредственно связанные с делом Кодынева. В частности, сколько потерпевших уже обратились к экс-главе АНО «НЦСМ-Новотест» с гражданскими исками? Какое количество исков удовлетворено и на какую сумму? Наложен ли арест на имущество Кодынева?

Кроме того, какое количество уголовных дел было передано из Верховного суда РФ в президиум Новгородского областного суда в обозримом прошлом? И каковы решения, принятые по ним?

На эти вопросы обещали дать ответ – после уточнения. С ответами мы обязательно познакомим читателей.

…И, думается, теперь самое время провести аналогичный брифинг и представителям прокуратуры.