О нём говорят как о преемнике Бобрышева, а что рассказал о себе сам Александр Матюнин – в эксклюзивном интервью «Вашим новостям»

В следующем году депутаты решат, кто займёт пост руководителя города после ухода с поста Юрия Бобршева. Нам, простым новгородцам, остаётся только строить догадки по поводу кандидатур. На взгляд «Ваших новостей», самая интересная из них — Александр Матюнин.

Матюнин совсем недавно, осенью этого года, перешёл из частного бизнеса в сферу госуправления. О нём известно немного: своя архитектурная студия, свой журнал и бар — и всё это в прошлом.

«Вашим новостям» недостаточно такой скудной информации. Мы решили поговорить с загадочным заместителем мэра и узнать у него самого, кто он и чем он живёт:

— Первый вопрос: почему Вы решили стать архитектором?

— Все началось в том возрасте, когда я ещё не принимал решений сам. Я бы мог стать лётчиком, как отец, но мой талант к рисованию вовремя заметили. Сначала это было просто хобби, а потом моя семья переехала в Новгород, я пошёл в лицей при НовГУ, где с пятого класса детей учили азам архитектуры. Лицей находился на Державина, в здании, где сейчас Медицинский институт. Обычная школа для меня закончилась. После обеда, когда остальные дети шли домой, в лицее начинались дополнительные занятия: лекции по архитектуре, декоративное искусство, ИЗО. Я вспоминаю, как, бывало, ныл, глядя в окно: дети играют в футбол, а я сижу рисую. Мама говорила: «Бросай всё иди и играй, тебя никто не держит!» Но это был для меня самый лучший кнут, я стискивал зубы и садился рисовать дальше. Потом я перешел в 25-ю школу, где в конце 9 класса сдавал дополнительный экзамен по архитектуре – проект коттеджа на большом метровом планшете. Кроме аттестата о среднем образовании я получил ещё и корочку младшего сотрудника. Потом был колледж, а затем – институт.

— Вы сказали, что смотрели, как ребята во дворе играли в футбол. А Вы занимались спортом?

матюнин 2

— Ну, наверное, больше на любительском уровне. Я очень рад, что застал времена СССР (я 1983-го года рождения). Хоть я и был очень маленький, но смог прочувствовать ту атмосферу, когда не было айфонов, телефонов, компьютеров, зато были игры на улице. Плюс, поскольку Советский Союз был большой, наши родственники жили в разных регионах. Например, на лето к бабушке меня отвозили в Луганск, а любимым делом местных мальчишек было поболтаться на турниках во дворе.

— Получается, Вы не коренной новгородец, Вы к нам приехали.

— Смотря что воспринимать под словами «коренной». Если учесть, что я здесь живу с 1991 года, то все-таки почти коренной, потому что вся моя сознательная жизнь прошла здесь. Вообще, мой отец был военным, поэтому нас с семьей «помотало» – жили и в Саратове, и в Новгороде, и в Луганске.

— Значит, Вы готовы к переездам. Но Вы не уехали из Новгорода, остались здесь. Почему?

— Люди уезжают, потому что им либо нечего делать, либо они пытались что-то сделать, но не вышло, либо так складываются обстоятельства. Я всегда был занят: со второго курса мне было стыдно брать деньги у родителей, поэтому я пошел работать. Цеплялся за все, никогда не отказывался и долго не думал. Многие мои сверстники уехали в Москву и Санкт-Петербург, и я понял, что рано или поздно развитие приведет меня туда. Но не тогда, когда приеду и скажу «Здравствуйте, я ваша тётя, я что-то там хочу», а наоборот, когда сами проекты придут оттуда. Вообще, сейчас, когда молодёжи что-то предлагаешь, начинается «хочу—не хочу», «а сколько денег?».

Раньше было так: когда тебе предлагают работу в таком юном возрасте, ты чувствовал себя словно избранным. Тебе дали возможность, оказали доверие. Помню, последнее, о чём я тогда думал, так это о зарплате.

Я помню диплом, когда все тряслись и переживали в коридорах, а у меня параллельно шла сдача большого объекта. Я приехал в институт, осмотрелся, поздоровался, прикинул, сколько у меня есть времени, переоделся и поехал на объект. Попросил позвонить за два человека до моей очереди. Позвонили, я приехал с объекта, переоделся в парадный костюм, пробежался по плану своего выступления. По сути, архитектурный проект при сдаче ты знаешь досконально, до последнего кирпичика, ведь ты «рожаешь» его в течение всего года. Поэтому, когда я защитился, снова поехал на работу, попросив набрать меня, как будут известны итоги. Я не привык бросать начатое, даже если что-то приключится или нужно будет уехать, я должен довести дело до конца. Родители меня так воспитали. Поэтому зачем мне куда-то ехать? Я и здесь постоянно занят.

Матюнин 3

— Сможете при необходимости снова поменять профессию?

— Я могу стать кем угодно, если это будет нужно и на это будут причины. Чего я не умею, так это терять время. Я работаю здесь и сегодня. Сегодня я архитектор, а завтра, если родина прикажет, стану космонавтом. Буду переучиваться. Но пока этого не произошло, я буду приносить пользу там, где я сегодня.

— У Вас была собственная студия. Это было сложно – создать компанию?

— У меня не было мечты создать свою компанию. Я хотел быть нужным и понимать, что я на своём месте. Настал очередной день, когда я понял, что пора рискнуть и начать продвигать собственное видение архитектуры и дизайна. В 2014-м году мы завоевали первое место во всероссийском конкурсе «Лучший архитектор-дизайнер России», когда сделали ресторан в центре Петербурга. Голосование было адское, были бурные обсуждения, куда подключились немцы и американцы. И когда мы выиграли – это был резонанс. Даже традиционно путали: «Это что, Нижний Новгород?» Нет, это Великий. Событие получило большую огласку, ведь мы взяли первое место, а архитекторы и дизайнеры из столиц – второе и третье. Тогда я понял:

не важно, где ты находишься, но важно, как ты мыслишь. Нет никаких преград. Что захочешь, то и сделаешь. Если не сделаешь – значит, плохо хотел.

— Вы рассказываете о своей студии с любовью. Скажите, было сложно уйти оттуда и стать чиновником? Как вообще этот переход произошел?

— Для многих «чиновник» – слово негативного окраса. Люди почему-то привыкли, что чиновники – это отдельный вид общества. Меня не звали стать «чиновником», мне предложили поработать в команде, которая может изменить что-то в городе в большом масштабе. Я планирую свой год так, чтобы задач было больше, чем могу выполнить. А дальше время все расставляет по местам и становится понятно, что важно, а что – второстепенно. Но в начале 2017-го года у меня и в мыслях не было, что все так повернется. Для меня это было трудное решение – не скажу, что решился сразу. Но это была возможность попытаться что-то изменить в городе.

Но на эту работу я шел с мыслью, что если через год я пойму, что был бесполезным, то вернусь туда, откуда ушел, или в новую профессию.

— Каким Вы видите Новгород через 10 лет? Что бы Вы хотели изменить? Что, на Ваш взгляд, нуждается в реконструкции, модернизации?

— Я бы хотел, чтобы Великий Новгород был одновременно и историческим городом, и современным, найти ту грань сочетания разных стилей архитектуры. Нельзя нарушать каноны, нельзя размывать историческую архитектуру – это не только туристические объекты, но и наше наследие, оно охраняется государством. Но при этом мы не можем не строить новое. И это новое должно не перечеркивать старое, а сочетаться с ним или быть в некотором отдалении. Как делают в Европе – не скажу, что там всё идеально, но есть же очень хорошие примеры такого сочетания, в том числе работы с наружной рекламой. У меня уже были мысли, как сформировать правила размещения рекламы на фасадах зданий. Но некоторые проблемы я понял только здесь, став заместителем мэра и взглянув на многие вещи более глобально. Я часто говорю архитекторам и заказчикам:

«Перед тем, как строить, посмотрите сначала на свои фотографии в телефоне. Где вы фотографируетесь в городе? Наверняка на фоне исторических зданий. Разве вы делаете снимки на фоне современных зданий? Рынков, новостроек, магазинов, в которые сами же вкладываете деньги?»

Строить нужно так, чтобы хотелось запечатлеть это здание. Потому что за границей фотографируются на фоне современной архитектуры, которая, кстати, находится рядом с исторической. Памятник XV века – и рядом современное стеклянное здание, круто вписанное в среду. Город должен быть таким, чтобы люди выкладывали его фотографии в соцсети, ставили хештеги и локации. Тогда и молодёжь – а её не обманешь – перестанет уезжать.

Матюнин 4

— Вы упомянули туризм. Вы занимались разработкой проекта туристического кластера на Торговой стороне в старом городе.

— Компания, где я раньше работал, спроектировала вместе с московским институтом «Стрелка» проект набережной и пешеходной зоны улицы Ильиной. Тогда я задумался о туристических зонах и потоках нашего города. Мы не разрабатывали туристический кластер, мы начали расширять актуальные на сегодня границы для туристов. Сейчас это Кремль и Ярославово дворище, а дальше – Большая Московская, и это своеобразный овраг, через который турист не переступает. Он топчется на Дворище, а дальше двигается, только если его ведет экскурсовод. В рамках расширения и создания благоприятной среды мы определили территорию, наиболее актуальную в плане привлечения частных денег – выкуп старых зданий для создания гостиниц, ресторанов, и федеральных средств – создание маршрутов, пешеходных дорожек и расширение сетей, канализации и так далее. И замкнуть это всё нужно, в идеале, созданием пешеходного пути на Рюриково городище.

— Как Вам кажется, Великому Новгороду не хватает благоустройства? Илья Варламов написал про наш город, что он очень недружелюбен.

— А он предлагает что-то в своей статье?

— В основном, он только критикует, это его работа.

— Любителей критиковать много. На мой взгляд, блогер должен не только указать на проблему, но и предложить её решение.

— У Вас есть решение по поводу проблемы благоустройства Великого Новгорода?

— Конечно. К примеру, программа по повышению комфорта городской среды, в рамках которой делаются парки: парк Луговой, парк Юности и парк у Веряжки. Благоустройство дворовых территорий – асфальтирование дорог, тротуаров. Эта программа продолжится до 2022 года. Плюс наш губернатор постоянно ездит в Москву и старается привлечь больше федеральных средств и программ. Поэтому я уверен, что появится что-то ещё.

— Вы бы хотели перейти в команду губернатора? В областную администрацию?

— Я особенно не задумывался. Тут ты работаешь в полях, руками, ты видишь, что делаешь. Там же ты больше координируешь, хотя и задачи более глобальные. От тебя не всегда зависит исход. Да и опыт, наверное, играет роль – сейчас я полезен тут, я пошел работать ради города.

Матюнин 5

— В прошлом Вы занимались баром «Вандам». Как у Вас возникло желание заниматься ресторанным бизнесом?

— Это был эксперимент – попробовать создать место, которое изменит район. Я хотел изменить мышление людей, поднять уровень культурного отдыха. Запомнилась история.

В почти заполненный бар заходят два парня в спортивных штанах с района. Слышали, что открылось какое-то кафе, пришли по своему обыкновению провести время. Сначала зашли вальяжно, потом остановились на секунду, на их лицах было видно удивление. Они изменили осанку, оправились, поправили курточки, подошли к бармену и спросили, где можно присесть. Я наблюдал, как они сели, поговорили, тихонечко попили пиво, расплатились и ушли. Вот он – пример того, как место меняет людей.

Также наша команда работала над ещё одним интересным проектом – журналом «Время Есть». Несмотря на то, что журнал существовал несколько лет, начинать пришлось практически с чистого листа. Но было желание сделать хорошее издание – наше, городское, которое было бы не хуже столичных. Тем более, что в команде уже были сильные дизайнеры, фотографы, редакторы, да и вообще была вера в то, что мы сможем. Я считаю, что у нас получилось, и читателям понравилось. Было приятно, когда несколько пачек журналов забрали в Питер, когда официальный дилер «Мерседеса» предложил нам дружить. И когда мы устраивали мероприятие Novgorod Fashion Night в «Парк Инн», «Мерседес» были нашими партнёрами.

— Вы ходили на лекции Владимира Варнаева в «Железном Папе». Скажите, Вы любите историю Новгорода?

— Я вообще люблю историю. Кто не знает свою историю, у того трудное будущее. Я в числе прочих обязанностей курирую городской комитет культуры, и мне интересно, чем живут люди, работающие в этой сфере. Было интересно сходить на лекции Варнаева, послушать, посмотреть на людей, которые пришли, понять, чем они занимаются. Мне понравилось, что есть желание рассказывать, делиться и просвещать, и то, что аудитория – это эрудированная молодёжь, которая готова дискутировать.

«Ваши новости» обещают внимательно следить за дальнейшими успехами Александра Матюнина и рассказывать о них нашим читателям.