Егор Сесарев: «Пишу тебе из Питера»

С удовольствием продолжаю пополнять свою коллекцию портретов участников проекта «Голос». И на этот раз хочу представить вам Егора Сесарева.

Мы договорились встретиться в одном из ресторанчиков в центре Питера. Каково же было мое удивление, когда собеседник примчался к месту встречи на самокате! «А что, очень удобно, - пояснил музыкант. – Он складывается, с ним и в метро можно. А за рулем автомобиля я себя вижу только лет после тридцати».

Однако это необычное прибытие в «Жан-Жак» было далеко не единственным удивительным моментом во время этой беседы.

Кстати, почему именно Егор? Ведь к общению готовы многие участники «Голоса». Но этот парень заинтересовал меня еще на проекте, а позже я наблюдала за ним до и во время выступления на концерте в Петербурге, читала отзывы уважаемых джазовых музыкантов о нем и посты самого Егора в соцсетях, которые отличались от большинства постов звезд своей глубиной и подчас философскими размышлениями.

Так что еще до встречи я была уверена, что беседа получится интересной. И не ошиблась.

- Егор, я с удивлением узнала, что ты закончил физико-математический лицей. Получается, что в тебе уживаются физик и лирик?

- Я в большей степени гуманитарий, но очень люблю математику, алгебру, геометрию. По геометрии у меня итоговая пятерка, хотя я не был отличником. А вот с физикой я особо никогда не дружил.

Это была одна из лучших школ в городе – с замечательным преподавательским составом и, в большинстве своём, одаренными детьми. Там действительно были хорошие, светлые ребята, с которыми мы общаемся до сих пор. А вот первые три класса я отучился в не самой благополучной школе, где в туалетах можно было встретить наркоманов.

В общем, я гуманитарий, который любит математику. Даже думаю пойти и купить себе учебник с задачами, для поддержания вычислительных способностей мозга в хорошем состоянии. В последние несколько лет меня очень заинтересовало самообразование, изучаю английский, полюбил историю, недавно перечитывал подаренную отцом «Историю России».

- Английский ведь нужен тебе и для творчества, ты много поешь на нем. Поделись, как изучаешь язык?

- Хотя в последние годы с ним стало получше, но все же мой английский оставляет желать лучшего, мне надо совершенствовать и произношение, и грамматику, пополнять словарный запас.

- Учишь по текстам песен?

- Да, и по текстам песен, и смотрю фильмы. Причем много фильмов и интервью по звукорежиссуре, где много сленговых профессиональных слов. Это совершенствует и английский, и дает новую звукорежиссерскую информацию одновременно. Есть у меня и книжки на английском, где нужно переводить тексты и делать упражнения, но я не так часто за них берусь. Они порой лежат без дела месяцами, а потом, бывает, наплывом беру их и сижу с ними месяца два, порой каждый день. Потом опять отойдет, и не занимаюсь. Но вообще хочу совершенствовать свой английский, есть желание заняться этим серьезно и целенаправленно.

- Постоянное самообразование для творческого человека действительно очень важно, ведь чем больше знаешь слов и терминов из разных сфер, тем больше у тебя, как у поэта, в распоряжении рифм и интересных образов. Но расскажи о том, что тебя вдохновляет? Меня, например, вода – реки, озера, море.

- Нет, пожалуй, не вода, хотя я люблю у воды отдыхать, релаксировать. Даже брал блокнотик, чтобы записать какие-нибудь лирические тексты, свесив ноги в канал Грибоедова (смеется)... Но нет, не пришло ничего особенного.

Кстати, Маяковский говорил, что не стоит ждать вдохновения свыше, а нужно постоянно вести кропотливую работу, записывать образы, слова, что-то интересное. А когда придет вдохновение, из этого можно собрать что-то целое.

Я могу вдохновиться чем угодно, различными эмоциями, даже часто негативными. Например, происходит недопонимание с кем-то, или ссора, что-то в подобном духе – и вот такие эмоции тоже вдохновляют на лирические произведения. У меня так часто бывает. Можно вдохновиться чужой музыкой и песней, прозой, поэзией, хорошей погодой за окном, да чем угодно. Очень сильно меня вдохновляет на создание песен Питер. Он изменил меня за время, которое я здесь живу.

- Почему между двумя столицами ты выбрал именно Питер? Весь шоу-бизнес – в Москве.

- Я абсолютно сознательно выбрал Питер. Причем на момент, когда я переехал сюда, я бывал в нем всего один раз, а в Москве – около 20. В Москве я по-другому себя ощущаю, хотя тоже ее люблю. Но Питер мне роднее, это мой город, я чувствую себя здесь своим, в своей тарелке, хотя здесь порой грустновато бывает. Особенно когда погода такая. В Москве небо выше. Да, в Москве весь основной шоу-бизнес, все основные залы, как это не прискорбно. Но такова реальность петербуржских музыкантов, которые занимаются поп-музыкой.

Ну а если продолжить тему вдохновения, то еще меня очень вдохновляет мой сын. Ему четыре месяца. Иногда я наигрываю что-то и вижу, что ему нравится. Значит, интересная мелодия пришла.

- Кстати, как назвали сына?

- Лев Егорович.

- Лев Егорович Сесарев! Звучит! Кстати, про фамилию Сесарев. Она ведь означает, что у тебя кто-то из предков был писарем, человеком образованным. Никогда не хотелось узнать свою родословную?

- Даже я этого не знаю! А родословную узнать, конечно же, интересно. Знаю, что один из моих предков служил в конной гвардии при Петре. Затем семейное древо пускает свои ветви в Красноярский край, а потом я переехал в Петербург.

- А как же Норильск?

- В Норильске мой отец служил в армии и 43 года там прожил. Я очень люблю Норильск, хотя он невзрачный и серый... Нет, не серый, скорее белый – круглый год зима. Но там у меня возникает совершенно особенное ощущение. Мне кажется, этот город не похож на другие маленькие города. Может быть, все так говорят про свою малую родину? Но у меня особенные впечатления от Норильска не только потому что он родной, не только по ностальгическим причинам, просто он совершенно особенный, северный, какой-то волшебный.

- Жители Норильска сильно отличаются по темпераменту и характеру от петербуржцев?

- Нет, многие норильчане переезжают в Петербург, потому что им здесь комфортно. В принципе есть какие-то схожие моменты в характерах. Но там народ как-то сплоченнее. Может быть, срабатывает инстинкт самосохранения – холодно, нужно держаться вместе. Там все очень дружные, дружелюбные.

- Твоя семья была связана с музыкой?

- Нет, но мама у меня - творческий человек. Очень любит читать стихи. Когда-то она мечтала стать балериной. С детства мы с ней ходили в Норильский заполярный театр драмы. Это самый северный театр в мире! Туда на гастроли приезжали и другие театры – петербургские, московские, красноярские. Поэтому она меня с детства обогащала культурно.

Отец с искусством не связан, но хорошо поет. Я его слышал всего несколько раз в жизни на семейных застольях, у нас очень много родственников из Красноярска, и по сей день стараюсь там бывать и навещать. Семейные застолья всегда сопровождались песнопениями, все очень красиво пели. Папа и его сестры раскладывали песни на несколько голосов, мне это очень нравилось.

- Помимо этого, какая музыка звучала дома в твоем детстве?

- Ничего такого, что могло бы повлиять на мои музыкальные вкусы. Музыкальное образование происходило позже, уже самостоятельно. Мы слушали то, что и все. То, что преподносила советская эстрада. Я маленький очень любил группу «Кармен», Олега Газманова, «Любэ». А лет с восьми начал слушать «Нирвану». Она мне в школе очень нравилась, и ее до сих пор слушаю.

- Кстати, слышал о премьере документального фильма о Кобейне? Она как раз проходит в эти дни.

- О нет, надо посмотреть обязательно.

- В музыкальной школе ты, насколько я знаю, учился играть на гитаре?

- Да, с девяти лет.

- Ты сам выбрал этот инструмент?

- Да, я ведь мечтал быть гитаристом. Сначала меня отдали на классическую гитару, я отзанимался там четыре года, играл фламенко. А потом, когда мне оставалось доучиться один год, у нас появилось джазовое отделение. А я мечтал об этом и перевелся с потерей нескольких лет во второй класс на электрогитару и проучился еще пять лет, то есть всего в музыкалке я учился 9 лет.

- Знаю, что ты также играешь на барабанах и клавишах.

- Если гитарой я владею более-менее, то клавишами чуть похуже, ну а бас-гитара, барабаны – совсем чуть-чуть. Да, я играю в режиме аранжировки и сочинения на многих инструментах, но, как правило, потом я приглашаю профессиональных музыкантов, которые все сделают лучше, с более правильным ощущением времени и подходом к инструменту.

В совершенстве я и голосом не владею, тем более, никогда не учился петь. Уже давно хочу пойти к преподавателю по вокалу, давно собираюсь, но здесь есть риск – если попадешь к неправильному преподавателю, он может сломать то, что уже наработано. А я в принципе пою и делаю это достаточно хорошо, как мне кажется. У меня уже сложилось свое звукоизвлечение, своя манера, а преподаватель может ее сломать. В общем, есть сомнения на этот счёт.

- Но в таком случае что же ты умеешь делать хорошо?

- Я, наверное, профессионально владею аранжировкой. Да, в этом я могу назвать себя профессионалом. Но ведь всегда есть куда стремиться. В аранжировке я крепко себя ощущаю, а во всем остальном понимаю, что у меня есть слабые места, пробелы, и надо совершенствоваться.

- Говорят, что талантливый человек талантлив во всем. Ты реализуешь себя в каком-нибудь еще виде искусства, кроме музыки?

- Здорово, когда у людей есть разные способности. Но я не то чтобы замкнут, просто у меня все вокруг да около музыки, в ней я развиваю свои способности, в разных стилях, в аранжировке, в сведении. Кроме музыки не выхожу за рамки.

- Но со временем, может быть, начнешь рисовать или захочешь сыграть в театре, например?

- Рисование, живопись – точно не мое. Насчет театра думаю, что вряд ли обладаю актерскими навыками и умениями, чтобы заниматься актерством. В этом плане я не ощущаю себя Джаредом Лето.

- У музыкантов в песнях, у поэтов в стихах часто встречаются какие-то ключевые слова. Например, у Александра Васильева, которого мы с тобой оба любим, в песнях часто звучит слово «Город» в значении Петербург. У тебя есть такие слова?

- Такие слова у поэтов, писателей, певцов, которые пишут какую-то лирику, я назвал бы даже словами-паразитами. Все мы живем в одном и том же внешнем мире, так или иначе к нам приходят самые банальные и стандартные вещи. Ну, например, - слова «небо», «осень», «любовь».... Как правило, совершенствуя свои навыки, уходишь от них, если постоянно пишешь тексты.

- И много читаешь.

- Много читаешь, да, да. Подпитываешь мозг, наполняешь его чем-то интересным, откуда можно почерпнуть что-то необычное.

В принципе, многие мои песни про любовь, но я стараюсь писать о ней так, как не было еще написано. Использовать какие-то интересные метафоры. Их можно будет услышать в альбоме, потому что многие песни, что уже выпущены, по лирике сыроваты, я не доволен многими своими работами. Сейчас, в последние полтора года пишутся более сильные песни, я ощущаю, что перешел на новый уровень.

- Ты повзрослел, стал отцом...

- Да, возможно и это сыграло свою роль. Что-то произошло со мной за это время и подвигло на более серьезные вещи.

- Сын у тебя есть, про дом не знаю, а дерево посадил?

- Нет, пока нет. В детстве косточки бросал, надеясь, что дерево вырастет (смеется). Дом пока тоже не построил, решил начать с бани.

- Все впереди. Но я хочу продолжить тему твоего дебютного альбома. Смотрю, появляются новые песни, значит, что-то еще для него напишется?

- Да вот надеюсь, что нет (смеется). Новые песни отвлекают, я понимаю, что они не могут не войти в альбом, они подходят по настроению... И я уже не раз откладывал релиз. Альбом вроде был готов еще пару месяцев назад, и вот опять и опять появляются новые песни. А это значит, нужно работать над аранжировкой, записью... В какой-то момент я понял Пола Маккартни, который сказал – не буду писать новые песни, пока не запишу альбом. И вот у меня похожие ощущения, что уже пора. Последнюю песню я даже решил не усложнять аранжировкой - написал ее утром, а днем пригласил клавишника Колю Мороза, он сыграл на клавишах, на следующий день я поехал на студию записал вокал – и песня готова.

Звонил на днях Гоше Юфе с «Голоса», попросил его сыграть на виолончели.

- Юфа такой классный музыкант!

- Да, он очень крутой! Сказал, что сейчас очень сильно занят, но постарается на той неделе записать. И все, это будет последняя песня на альбоме.

- Как называется альбом?

- «Из Питера».

- Это же строчка из песни «Аэроплан».

- Да, «Пишу тебе из Питера».

- Кстати, про «Аэроплан». В ней возникает тема неба, и вот новая песня тоже называется «Sky», «Небо». Случайна или нет эта тема?

- Не думаю, что в этом есть закономерность. Но, пожалуй, я люблю находиться в небе, смотреть на небо. Может, просто его в Питере не хватает – ясного, прозрачного, и я сочиняю об этом песни? Кстати, песня «Аэроплан» - не из тех, что рождаются за пять минут, чем-то вдохновленная. Она была написана, чтобы быть написанной. Это будет самая легкая песня в альбоме.

- А дизайн обложки разрабатывается?

- Он пока в голове. Есть понимание, как должна выглядеть обложка, мы ищем с менеджером место в Питере, где бы так сфотографировать, ищем локацию, но пока не можем найти.

- Планируется презентация твоего альбома в Питере?

- По сути она уже была, в марте, в клубе «А2». Это был большой полномасштабный концерт. Мы сыграли весь материал с будущей пластинки, кроме последней песни «Sky». Мы долго готовили программу. На сцене нас было девять человек. Саша Бон приезжал специально из Москвы, чтобы принять участие, я презентовал проект Jam Cafe с Филиппом Курчавой. Очень хороший концерт вышел, лучший в моей карьере на сегодняшний день.

- Слушаю о концерте и вспоминаю твой пост о времени, которое на концерте изменяет свой ход. Что с тобой происходит в этот момент?

- Возникает совершенно особенное ощущение времени. Время вроде бы останавливается, но совершенно не замечаешь, как оно пролетает. Я не знаю, из-за чего это происходит. Может быть, выброс гормонов? Находишься в таком состоянии, неопределенном временном пространстве... Как будто исчезает звук и ты наблюдаешь людей, которые замедленно смотрят и реагируют. А потом понимаешь, что уже пролетело несколько песен, а ты этого даже не заметил и об этом не думал. Я стараюсь во время выступлений много не думать, отключаться, отдаваться эмоциям. Потому что так или иначе во время выступлений ты поешь одну и ту же песню раз пятьдесят, затем сто и примерно знаешь, что ты будешь делать в первом куплете, а что во втором. Отрабатываются какие-то жесты, определенная манера поведения в конкретном образе, ты отключаешься.

Но это не всегда получается, особенно если что-то идет не так – я начинаю думать. Например: а почему этот парень так подозрительно на меня смотрит, что ему не нравится? Почему эта девушка не танцует? Или мысли о чем-то отвлеченном. Я стараюсь их отгонять и полностью отдаваться этому неопределенному времени и пространству и как-то в нем утопать.

Вроде бы время - это определенное понятие, но на сцене оно становится очень относительным. Ты понимаешь, что все относительно – для людей в зале оно течет по другому, а для тебя вот так. Это чувство посещает не только меня, но и всех музыкантов со мной на сцене.

- Песня Майкла Джексона «Билли Джин», которую ты поешь, о фанатках, ненормальных поклонницах. Пока еще не сталкивался с таким навязчивым вниманием или, не дай Бог, историей?

- До недавнего времени я отвечал, что у меня нет таких фанаток, которые постоянно меня сопровождают и слишком активно себя ведут. Но в последнее время появилось какое-то количество людей, которые дают о себе знать каждый день по многу-многу раз. И я не могу сказать, что комфортно себя при этом ощущаю. Я всегда с удовольствием пообщаюсь с человеком, который ко мне подойдет после концерта, меня нельзя назвать неприступным. Но не все адекватно чувствуют грань, когда интерес переходит в навязчивость.

- Продолжу разговор о Майкле Джексоне, песню которого ты так вдохновенно поешь. Я открыла его для себя очень поздно, только в прошлом году, благодаря общению с нашим общим знакомым, музыкантом Валерой Степановым.

- Да, Валера обожает Джексона не меньше меня. Я уже говорил о том, что в детстве не был наделен большим количеством хорошей музыки. Так вот кассета Джексона была из немногих кассет с достойной музыкой.

Я очень люблю Джексона. Он повлиял на меня не только в плане вокала, а скорее в плане сценической экспрессии, эмоций, отдавания себя, актерского самовыражения, научил каким-то танцевальным движениям. Майкл Джексон для меня один из эталонов музыкальной сценической деятельности.

- Но любимейшим твоим музыкантом был и остается Рэй Чарльз, у тебя на руке даже запечатлен его портрет. В связи с ним вот такой вопрос-размышление... Ты никогда не думал о том, что он, обучаясь в интернате для слепых детей, сумел получить такое прекрасное музыкальное образование, освоить несколько инструментов? У нас детям-инвалидам живется очень не просто. Так вот, ты не задумывался о том, чтобы в будущем создать какой-то проект, поработать с такими детьми, вовлекая их в творчество?

- Если честно, то пока не думал. Но это очень интересно и очень важно. И я обязательно поразмышляю на эту тему.

- Продолжая разговор о всемирно известных музыкантах, хочу спросить о Робби Уильямсе, который недавно приезжал в Питер. Ведь на слепом прослушивании на «Голосе» ты пел его «Angels». Удалось побывать на концерте?

- Я не пошел, хотя возможность была. Но я не стремился. Посмотрел выступления с тура, который проходит, на Ютубе и меня это не впечатлило. Я люблю Робби Уильямса по альбомному творчеству, мне нравятся его песни, и мне не хотелось разочаровываться.

- Самые надоевшие вопросы от журналистов, наверное, связаны именно с «Голосом»?

- Да, конечно, в основном они про «Голос». Хотя про него тоже можно спросить что-нибудь интересное, но, как правило, спрашивают стандартное - и после «Новой волны», и «Голоса». В принципе, банальный вопрос в небанальной беседе может быть интересно воспринят и на него можно получить искренний ответ. Но когда тебя засыпают банальностями, то становится неинтересно - начинаешь отвечать одно и то же. И ничего нового не даешь ни себе, ни читателям.

- И все же задам один из таких банальных вопросов. Прежде чем поехать на «Голос», ты смотрел предыдущие сезоны?

- «Голос» не смотрел, только отдельные выступления в интернете, популярные или по рекомендациям. Мне очень нравился Антон Беляев.

- Что касается Антона... Меня, помимо его творчества, восхищает работа пиарщиков «Therr Maitz».

- Думаю, дело не только в пиарщиках, но в личности и харизме самого Беляева.

- Но согласись, что работа по продвижению у них очень активная и нестандартная. Вот, например, мне приходит рассылка новостей от «Гринпис» – получаю письмо, а там красочные фотографии Антона, выступающего за раздельный сбор мусора. Даже так!

- Антон - молодец, что привлекает внимание общественности к таким моментам. Человек публичный вообще должен думать о том, что говорит. Вот и я стараюсь, понимая, что для кого-то уже являюсь кумиром.

Это значит, что мои слова могут мотивировать к каким-то действиям и подражанию. Поэтому важно, чтобы слова не были восприняты превратно. Вот почему я  стараюсь излагать свои мысли максимально правильно и понятно. В том числе, стараюсь говорить о каких-то правильных вещах и культивировать в своих ответах правильные ценности. Потому что считаю, что я должен так делать.

- Вот ты и стал мне интересен после того, как я это поняла. По комментарию, который я запрашивала, по постам в соцсетях. Стало понятно, что у тебя дар слова.

- Когда ты пишешь, то все продумываешь, можешь переписать предложения. Конечно, к написанию текстов, стихов нужно иметь одаренность, но при хорошей работе над собой интеллектуальный человек всегда достигнет какого-то приемлимого уровня, и у него уже будет получаться что-то адекватное, а не просто писанина.

- Для того, чтобы хорошо излагать свои мысли, важно еще и много читать. У тебя находится время на художественную литературу?

- Да, конечно. Сейчас читаю маленькие рассказики Чехова. Очень нравится. До этого прочитал большой роман «Доктор Живаго».

- Ох, непросто же его читать. Сколько раз открывала и собиралась осилить, всегда перескакиваю на гениальные стихи в конце.

- У меня также произошло, я перескочил с прозы на поэзию и очень вдохновился его стихами. Даже написал песню «Марбург» - она тоже будет в альбоме.

Но все же я осилил и сам роман. Хотя «Доктор Живаго» невероятно сложно шел. Казалось, что автор надуманно пишет и хочет вложить в книгу и в каждое предложение какой-то невероятный объем информации. И вот в какой-то момент понимаешь, что уже не разбираешься во всем этом. Я даже несколько раз хотел бросить, слегка разочаровавшись. Но не пожалел, что прочитал до конца, потому что в последних частях эта всеобъемлющая книга раскрывается полностью, и там настолько глубокие диалоги, настолько показывается сила любви! Это меня очень впечатлило.

- Какие у тебя еще есть любимые поэты, кроме Пастернака?

- Бродский, Маяковский, Блок, наверное... Бродский - абсолютный гений. Такое не надумаешь и не натренируешь. Конечно, есть одаренность, которую он в себе воспитывал, тренировал, совершенствовал, но есть что-то и от природы, от Бога данное человеку.

Кстати, у Александра Васильева есть песня на любимый мой стих Маяковского «Лилечке». И если честно, мне не нравится, как он ее сделал. Не стоило так. Это мое личное мнение, потому что я очень люблю творчество Васильева. И мне он нравится и как поэт, и как музыкант с детства. Но сочетание любимых элементов в этой песне не понравилось, не проникло.

- Смотрю на надпись SESAREV на твоем телефоне. Скажи, как у тебя обстоят дела с гаджетами, зависим ли ты от интернета?

- Да, зависимость есть, и есть желание заглядывать каждые 15 минут в телефон, в инстаграм, чтобы посмотреть, сколько лайков поставили. Совершенно бесполезная информация.

- «Мир должен знать, что я ем?»

- До такой степени, к счастью, нет. Еду не фотографирую. В лифте тоже не фотографирую.

- Знаю, что недавно ты проводил мастер-класс, на котором делился творческими секретами. Что это было и будешь ли продолжать?

- Да, было такое, но я не собираюсь профилироваться по мастер-классам. Просто школа, которая занимается музыкой, предложила мне для своих ребят провести такую встречу. Хороший мастер-класс получился, в форме диалога, мне задавали вопросы, я искренне отвечал, рассказывал, что знаю о шоу-бизнесе. Я, конечно, не с головой в шоу-бизнесе, но все-таки знаю больше, чем те люди, что пришли на мастер-класс. Так что надеюсь, что донес до них что-то полезное. Я рассказывал о своем пути, о том, как попасть на конкурс, так как знаю кухню изнутри, знаю, что там любят, что не любят. С чем нужно туда идти, с чем – нет, что нужно в себе совершенствовать в рамках российских реалий. Спрашивали и о творчестве, о том, как пишутся песни. Я старался отвечать на все вопросы искренне.

- Знаю, что теперь тебя самого приглашают в жюри. Как ты чувствуешь себя по другую сторону?

- Да, я периодически бываю в последнее время в жюри детских конкурсов. Вот недавно был в Доме молодежи Васильевского острова. Почему нет? Детки относятся с уважением, внимают, когда говоришь с ними.

- Третьего мая по телевидению показали юбилейный концерт Димы Билана, где вы с коллегами по «Голосу» исполняли его песню. Расскажи об этом.

- Да, мы пели с Сашей Боном, Ксаной Сергиенко, Симоной да Сильва песню Safety. Получилось хорошо, интересно.

Шоу записывали в «Крокус Сити Холле» – там было более масштабно, чем здесь, в Петербурге в Ледовом, там были впечатляющие декорации, все визуально интереснее.

- Итак, мы ждем эфира и релиза твоей пластинки. Когда же ее можно будет подержать в руках?

- Я уже несколько раз называл точные и неточные даты выхода альбома, и пока это только заставляло чувствовать себя смущенно (улыбается) В ближайшее время я должен доделать альбом, чем я сейчас каждый день и занимаюсь.

- Удачи тебе, Егор. Пусть у тебя все получится!

Фото: Сергей Free, Алексей Александров, Е. Анисимова (сайт «Субкультура»).