Новгородцы с восторгом смотрели на реконструкцию сражения в Тёсово-Нетыльском

На четыре километра, по словам сотрудников ГИБДД, вытянулись припаркованные машины – огромное число людей приехало взглянуть на реконструкцию.

Реконструкторы из Москвы, Петербурга, из других мест приехали в Тёсово накануне, а некоторые в пятницу. Вдоль узкоколейки расхаживало множество людей в форме красноармейцев, в немецкой форме (встречались и испанцы).

- Мы пытаемся соблюсти историческую достоверность, - рассказал «Вашим новостям» руководитель оргкомитета фестиваля Павел Желтов. – В сорок втором наши воевали ещё числом, а не умением. И здесь примерно двести немцев и четыреста наших. А люди из Тёсово изображают мирных жителей.

Среди немцев выделялся высокий офицер со стеком в руке.

- Вы в каком звании? - спросили мы оккупанта.

Свысока посмотрев на нас в монокль, он ответил:

- Гауптман, офицер службы пропаганды в штабе. Как можно увидеть по Железному кресту и кресту Гинденбурга, я награждён ещё в первую мировую. Я кайзеровский офицер, но меня призвали из запаса.

- А стек вам для чего?

- Вообще, его использовали для верховой езды, но кайзер Вильгельм ввёл фельдмаршальский стек, и некоторые офицеры тоже стали их носить в подражание фельдмаршалам.

А вообще Андрей Малов-Гра – историк, иногда он выступает консультантом фильмов, несколько раз в эпизодах играл Александра I, благо царь тоже был двухметрового роста.

- В фильмах часто солдаты воюют в новенькой форме. Другие ляпы в них находят. А как вам здесь?

- На съёмках часто реконструкторы, которые играют в массовке, не дают «фактурить» формы – где им потом новую брать? Или, например, офицеры Первой мировой любили носить фуражки, глубоко надвинув их на затылок, а сейчас в кино их напяливают на глаза, как советские дембеля. Артиста не всегда можно заставить постричься, как следует – у него завтра съёмки в другом фильме. А консультанта на съёмочную площадку не всегда и зовут – ты сценарий посмотрел, форму подобрал и на этом спасибо. Здесь же всё достаточно достоверно. Если и есть погрешности, то такие, которые заметит только специалист.

Тут краем уха мы услышали, как девушка санинструктор распекает подчинённых. Подошли послушать:

- Не надо мне говорить, что это у вас медицинские петлицы. Это у меня медицинские петлицы. Несколько человек пришли с трёхлитровыми флягами. Это современщина, попса. Давайте от этого уходить.

Немецкие медсёстры, занимавшие поблизости железнодорожный вагон (о нём позже) были поприветливее.

- Вообще-то на передовой в перевязочных пунктах у немцев женщин не было, - сообщила нам одна из них, - только в лазаретах.

Советский пулемётчик рассказывал детворе про свой пулемёт:

- Два часа боя. Очень надёжный пулемёт бельгийского конструктора Максима. Этот пулемёт 1939 года выпуска найден в Карелии. В кожух заливали четыре с половиной литра воды, чтобы его охлаждать. Вот здесь была сделана горловина, чтобы засыпать снег, но это себя не оправдало. Для пулемётчика задержка равносильна смерти.

- А сколько человек в расчёте?

- У нас в конной команде восемь человек. Мы кавалеристы, Донской полк. Здесь мы погибли все, к сожалению.

...«Путь пролегал по лесам и болотам, лишенным каких бы то ни было дорог. Передвигались только по компасу. Впереди топографы прокладывали маршрут. Глубокий снег, под ним - незамерзающие болота. Гаубицы весом по 2400 кг тонули сразу на оба колеса. Лошади выбивались из сил. Люди - огневики и управленцы - надели лямки и совместно, с помощью подручных материалов, тащили на себе через топи орудия. Скорость продвижения определялась метрами, и все же мы старались не отставать от пехоты. На всем пути следования встречалось очень много убитых лошадей - след, оставленный кавалерийским корпусом. Картина ужасная. Весь световой день - налеты немецкой авиации. Правда, бомбы, попадая в болото, рвались на большой глубине, а прямые попадания случались редко».
Из воспоминаний В. П. Дмитриева.

Старт к началу сражения был дан после трёх часов дня. Собралось несколько тысяч зрителей. И для многих проблемой оказалось что-либо разглядеть – люди выстроились вдоль узкоколейки в несколько рядов. Многие забрались на деревья, на крыши сараев, на машину. Корреспонденту «Ваших новостей» повезло наблюдать за боем с кунга машины МЧС – за что приносим благодарность спасателям.

Впрочем, многие не переживали из-за того, что ничего не видно, а налегали на шашлык – вдоль железки шла оживлённая торговля.

...«У орудий оставались только командиры орудий и наводчик, все остальные были на работах. Постоянно командировались команды на тыловые склады, а это 50-55 км туда и обратно. Но такой марш совершали за 5-6 дней. Наш один снаряд и заряд к нему весили около 30 кг. Значит, один человек мог принести максимально только один снаряд и заряд, а второй нес продовольствие, которое съедалось большей частью за время марша. Так что результат таких походов был крайне скромным».
Из воспоминаний В. П. Дмитриева.

Описывать в подробностях само шоу – вряд ли стоит. Его нужно видеть. Шла борьба за коридор снабжения Второй Ударной армии. Вначале красноармейцы выбили немцев с позицией. Но затем они несколько раз в результате ожесточенных атак переходили из рук в руки. К противникам подходили подкрепления. В бой вступало всё больше техники. 

...«Проклятые комары, мухи, вши - враги наши ненавистные. Разве какой писатель станет их описывать, если его никогда не кусали. А я их до конца дней не забуду. Вшивость - дело не новое, но чтоб в таких масштабах... Серые дьяволы ели нас поедом, со злостью, сплошь покрывая тело и одежду. Их не давили - просто, если выпадала свободная минута, стряхивали на землю. Они, паразиты, ухитрялись внутри каждой пуговицы жить по 5-6 штук. Шутка ли - шесть месяцев без бани! И все шесть месяцев не раздевались». 

Из воспоминаний И. И. Калабина.

В представлении участвовали советская танкетка, зенитка, пушка-сорокапятка. Была и «полуторка», поднятая со дна реки под Великим Новгородом. А у немцев был танк Pz-2, привезённый реконструкторами из Москвы. Наши его, в конце концов, подожгли, одного танкиста взяли в плен, а второго застрелили тут же у танка («Конец Илюхе», - сказал кто-то из стоящих рядом зрителей).

Участвовала и раритетная железнодорожная техника из музея Тёсово-Нетыльской железной дороги. За три месяца был отреставрирован деревянный вагон вишнёвого цвета, изготовленный в своё время в Германии. В нём и располагался во время игры немецкий перевязочный пункт.

Директор музея Алексей Помигуев сказал «Вашим новостям», что, благодаря, в том числе, фестивалю, удалось привлечь внимание к музею, который должен сохранить память об узкоколейных дорогах.

Бой закончился нашей победой. Но – тактической. Коридор немцы всё равно закроют, а Вторая Ударная погибнет. Однако война в сорок втором году не закончится.

Руководитель оргкомитета фестиваля Павел Желтов сказал журналистам, что областное правительство было готово помочь с деревянными трибунами, но на их доставку и сборку средств всё равно не было. На вопрос: будет ли реконструкция в будущем году, он ответил:

- Мы надеемся. Что можем сейчас сказать. Желание у нас есть. Интерес у людей – тоже. С каждым годом их становится всё больше.

...Реконструкторы сговаривались встретиться в мае в Воронеже. Автомобили с людьми в военной форме с петлицами за рулём один за другим трогались с места. Погон в Красной Армии ещё не ввели.

Фото: Татьяна Яковенко, Михаил Строженков.

Большой фоторепортаж - здесь