Из-под колпака можно вырваться

На сайте Новой новгородской газеты (главный редактор - Сергей Брутман) появилась моя статья, посвященная тяжбе с новгородской полицией, и теперь всякий желающий может ознакомиться с подробностями этого дела, приняв на вооружение какие-то из ранее примененных мною юридических приемов и в целом заимствуя опыт. Ранее я уже публиковала некоторую информацию по делу, но без особых подробностей. Теперь же приведу весь текст целиком:

«Новая новгородская газета» № 9 (809). 4 марта 2015 года

В нашем государстве повсеместно распространена практика, когда граждане, единожды удостоившиеся внимания со стороны правоохранительной системы, остаются в зоне этого внимания навсегда.

«В зоне внимания» - не означает, собственно, места не столь отдалённые: даже выйдя на свободу, человек подвергается постоянному контролю сотрудников полиции, его личная жизнь отныне становится жизнью общественной - она обсуждается соседями в беседах со все теми же полицейскими, её мусолят в рапортах и отчетах об оперативно-профилактических мероприятиях... В принципе, для того, чтобы испытать на себе все прелести формально-бюрократического подхода, распространённого в Управлении Министерства внутренних дел того или иного российского региона, вовсе не обязательно попадать за решётку: достаточно осуждения к любому виду наказания, хотя бы к штрафу. Регулярные визиты непрошенных гостей вам с тех пор обеспечены.

Я в этом смысле - пример типичный: будучи осуждена более шести лет назад к 160-ти часам обязательных работ за публикацию в Интернете неблагонадёжных стихов собственного сочинения и давно отбыв причитающееся мне наказание (судимость снята досрочно, в ноябре 2009 года), доселе никак не могла взять в толк, за что я столь любима отечественными правоохранителями и почему оные никак не могут наконец оставить меня в покое.

Не проходило и пары месяцев, как по месту моей регистрации наведывался очередной участковый уполномоченный (текучка кадров в отделе полиции не прекращалась, даже когда личному составу подняли зарплаты) и, не обнаружив меня дома, начинал обход соседей, бомбардируя их набившими оскомину вопросами: «Скажите, а где живёт такая-то? А с кем живет? А чем занимается? Почему спрашиваем? Да судима она была когда-то...А как вы можете её охарактеризовать?».

Соседи меня, неблагонадёжную особу, наперебой расхваливали, надеясь, что больше не придётся терпеливо выслушивать бессмысленные вопрошания ради галочки в полицейском отчёте. Да и о чем таком экстраординарном могут сообщить соседи? Разве что в который раз повторить общие фразы - дескать, веду себя прилично, учусь, работаю, подозрительных знакомств не вожу... Но господа полицейские всё приходили и приходили, задавали свои вопросы, из года остающиеся неизменными, и конца-края этому изрядно опротивевшему спектаклю не было видно.

Последней каплей, переполнившей чашу моего терпения, стала жалоба пожилой женщины, живущей в смежной квартире. «Женечка, - обратилась она ко мне со слезами, - Ну почему они все ходят да ходят? Уже утомили меня, всё одно и то же спрашивают... Сил больше нет!»

И тут я задумалась: мы, граждане Российской Федерации, соблюдающие законодательство страны, в которой живём, - твари ли дрожащие или всё-таки право на спокойную, неприкосновенную жизнь имеем? Почему нам приходится постоянно оправдываться перед родными, друзьями, соседями за давно искупленные грехи, за много лет назад исправленные ошибки, за поступки, в которых искренне раскаялись? Отчего даже за стихи, размещённые онлайн, человек на всю жизнь получает несмываемое клеймо, и, вдобавок к нему, когорту полицейских, отныне придирчиво проверяющих, «чем дышит» нелояльный субъект? Или же это «планида такая » - непрестанно оглядываться, выживая в дискомфортной среде, пытаясь побороть глубокое отчаяние и ощущение беззащитности в связи с невозможностью хоть как-то оградиться от вездесущих ребят в форме? Страшно даже помыслить, как живут люди, совершившие деяния более опасные с точки зрения уголовного закона (а ведь хотя бы гипотетически вероятность исправиться существует и для них тоже).

В общем, обратилась за защитой своих прав в Новгородский районный суд. И, как оказалось, не зря. Своим успешным опытом я бы хотела поделиться с читателями.

Перво-наперво я резонно предположила, что, если сотрудники УМВД по г. Великий Новгород ко мне ходят - значит, у них есть на то пускай хлипкое, но основание. Не в силах угадать это основание самостоятельно, я посредством интернет-приемной обратилась в прокуратуру Новгородской области и в УМВД с просьбой проверить действия сотрудников ведомства на предмет их законности и обоснованности.

Обе инстанции дали идентичные ответы, немало меня удивившие: оказывается, как лицо ранее судимое я состою на профилактическом учёте. Разве что выводы из этого постулата полиция и прокуратура сделали прямо противоположные. В Постановлении об отказе в возбуждении уголовного дела от 6 сентября 2014 года за подписью начальника ОП-1 УМВД России по г. Великому Новгороду сообщалось, что действия участкового, наведывавшегося ко мне домой в августе, незадолго до моего обращения, полностью законны и обоснованны. Заместитель прокурора города Синяев, напротив, не соглашался с таким подходом, считая, что действующий закон нарушен, в связи с чем факт нарушения внесен в проект обобщенного представления на имя начальника УМВД города. Решив не только разобраться с этим противоречием, но и положить конец постоянным, бессмысленным и беспощадным походам сотрудников полиции по мою душу, я обратилась в Новгородский районный суд с иском об обязании снять с профилактического учёта и взыскании компенсации морального вреда, причинённого неправомерными действиями сотрудников полиции, в качестве ответчика указав УМВД по г. Великий Новгород. Соответчики в лице Министерства финансов РФ, несущего материальную ответственность за действия лиц в погонах, а также УМВД России по Новгородской области были привлечены на этапе подготовки дела к судебному разбирательству непосредственно судом.

К слову, разве не было бы более справедливым выплачивать компенсацию тем, чьи права нарушены действиями сотрудников правоохранительных органов, не из казны, а напрямую из зарплаты нарушителей? Полагаю такую новеллу целесообразной, поскольку она, возможно, поспособствовала бы росту правовой грамотности в рядах тех, кто, казалось бы, должен наши права охранять. В исковом заявлении об обязании снять с профилактического учёта и взыскании компенсации морального вреда, причинённого неправомерными действиями сотрудников полиции, я ссылалась на Приказ Министерства внутренних дел Российской Федерации от 31 декабря 2012 года №1166 «Вопросы организации деятельности участковых уполномоченных полиции», которым регламентируется профилактическая работа с различными категориями граждан, а также дается исчерпывающий список этих категорий: освобождённые из мест лишения свободы и имеющие непогашенную или неснятую судимость за совершение тяжкого или особо тяжкого преступления; больные алкоголизмом или наркоманией; совершившие правонарушения в сфере семейно-бытовых отношений и представляющие опасность для окружающих; совершившие административные правонарушения против порядка управления и (или) административные правонарушения; входящие в неформальные молодежные объединения противоправной направленности, совершившие административные правонарушения против порядка управления и (или) административные правонарушения, посягающие на общественный порядок и общественную безопасность.

Проводя профилактику в отношении этих лиц, участковым уполномоченным полиции, тем не менее, не следует забывать, что, согласно п. 68 Приказа, основанием для снятия лиц с профилактического учёта и прекращения индивидуальной профилактической работы является не только окончание (истечение) сроков нахождения на профилактическом учёте, но и прекращение противоправного поведения, когда поведение и образ жизни лица, состоящего на профилактическом учете, не нуждаются в дальнейшем наблюдении. Для тех же, кому были назначены виды наказания, не связанные с лишением свободы, либо наказание назначено условно, срок нахождения на профилактическом учёте устанавливается до истечения срока наказания, указанного в приговоре суда (снятия с учёта в территориальном подразделении уголовно-исполнительной системы). Таким образом, по букве закона, снятие судимости в 2009 году гарантировало и снятие профилактического учёта, но полицейские, видимо, считали иначе. В том же исковом заявлении я указала, что с 2009 года я не являюсь судимой, много лет не практикую никаких форм противоправного поведения, и с правовой точки зрения моё поведение безупречно.

Поскольку, в соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума ВС РФ №10 от 20 декабря 1994 года, моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях, проявлениями которых, в свою очередь, являются стыд, страх, стресс и иные неблагоприятные эмоции, я подробно описала в исковом заявлении своё психологическое состояние после (и вследствие) визитов ответчика и просила суд обязать УМВД России по г. Великий Новгород снять меня с профилактического учёта и прекратить индивидуальную профилактическую работу со мной, а также взыскать с ответчика компенсацию морального вреда за его незаконные действия. В дальнейшем, ввиду непризнания ответчиком незаконности своих действий, исковые требования пришлось увеличить, а именно, попросить признать незаконными описанные в мотивировочной части иска действия в моем отношении сотрудников ОП-1 УМВД России по г. Великий Новгород, в том числе действия участкового уполномоченного полиции ОП-1 УМВД России по г. Великий Новгород Яковлева С.В., проводившего 22 августа 2014 года оперативно-профилактические мероприятия в отношении меня по месту моего жительства.

В своём отзыве на исковое заявление представитель Министерства финансов полагал мои требования не подлежащими удовлетворению по тем основаниям, что факт причинения действиями полиции морального вреда не был, по мнению ответчика, мною доказан, а основания для продления срока нахождения на профилактическом учёте якобы являлись законными и обоснованными.

Сытый голодного не разумеет, и тот, кто в течение долгих лет не подвергался регулярному «профилактированию », едва ли способен постичь и прочувствовать страдания ближнего своего. К тому же, незначительное количество некогда судимых вообще допускает крамольную мысль, что свои права можно и нужно попытаться отстоять. Не этот ли факт побуждает материально ответственных за действия полиции ведомств утверждать в своих отзывах далекие от действительности вещи об отсутствующем моральном вреде и «типовом исковом заявлении, не содержащем анализа доказательств ». Складывалось ощущение, что «типовым» во всей этой истории являлся именно отзыв ответчика, и только он один.

Каково же было мое удивление, когда в ходе судебного разбирательства представители УМВД по городу Великий Новгород огорошили присутствующих новостью: вопреки написанному в отзыве Минфина и в противоречие приобщенным к материалам дела документам прокуратуры, ни на каком профилактическом учёте я... не состояла! Неужели все эти посещения, опросы, беседы и прочие оперативные мероприятия и не имели под собой законного основания и выполнялись лишь только по прихоти проводящих их сотрудников? Будучи не в силах поверить услышанному, я затребовала у ответчика журнал профилактического учёта за прошедшие шесть лет, чтобы убедиться в отсутствии своей фамилии в нём.

Действительно, в основное заседание этот журнал был предоставлен, но... лишь за последние два года, и в нём меня не оказалось. На вопрос, где аналогичный журнал с 2009 по 2012 годы, прозвучал любопытный ответ: оказывается, в то время он вёлся только в электронном виде. Просьба оформить бумажную копию электронной версии журнала и предъявить её в суд оказалась невыполнимой: вся информация, по словам ответчика, давно уничтожена. Восхищает как тщательное следование регулирующим документооборот инструкциям, так и высочайшее качество делопроизводства в отделе полиции №1 по городу Великому Новгороду.

Разумеется, в отсутствие надлежащим образом ведущегося журнала сотрудники полиции утверждали, будто на учёте я не состою, а участковый Яковлев, заявив об этом на оперативно-профилактическом мероприятии, всего лишь... добросовестно заблуждался! Поэтому, если кого-нибудь из вас, уважаемые читатели, полицейские вдруг ославят как судимого, состоящего на профучете - не обижайтесь на них, ведь они просто «добросовестно заблуждаются».

Выслушав свидетельницу - одну из соседок, уставшую от постоянных расспросов о моём житие-бытие, - запросив в прокуратуре материалы проверки по моему обращению и выслушав мнения сторон, стороны, затратив неимоверные усилия, все же смогли отыскать золотое зерно истины в груде пустой породы.

Заявившись в финальное заседание, состоявшееся 30 января сего года, юристы полиции представили на суд новое оправдание действиям участкового: оказывается, в день, когда участковый Яковлев приходил по адресу моей регистрации, отделом полиции проводилось оперативное мероприятие «Улица», направленное на профилактику угонов и других преступлений. Впрочем, не до конца понятно, какое отношение это мероприятие имело к моей скромной персоне - в угонах меня никто не обвинял, у меня угнать нечего - машин нет... Да и полицейский Яковлев, не прикреплённый к участку, на котором я проживаю, едва ли пошёл бы по адресам в отсутствие соответствующего распоряжения. К тому же никаких документов, приказов, касающихся этой «Улицы», суду предоставлено не было. Удивительно чётко все у отечественной полиции: можно хитрить, изворачиваться, выдумать любую «Улицу», «Проезд» или какую-нибудь «Подворотню», громко обозвать свежесочинённую затею «оперативным мероприятием», а затем ею мотивировать любые свои действия, будь они законными или не очень. И доказывай потом в суде, что ты - не осёл... Кстати, согласно ч. 1 ст. 249 ГПК РФ, обязанности по доказыванию обстоятельств, послуживших основанием для принятия нормативного правового акта, его законности, а также законности оспариваемых решений, действий (бездействия) органов государственной власти, органов местного самоуправления, должностных лиц, государственных и муниципальных служащих возлагаются на орган, принявший нормативный правовой акт, органы и лиц, которые приняли оспариваемые решения или совершили оспариваемые действия (бездействие). Сиречь доказывать законность предпринятых ими действий должны именно полицейские.

Но даже не эти ухищрения и попытки увильнуть меня поразили - всё-таки право на защиту любыми не противоречащими законодательству способами никто не отменял. Полной неожиданностью стало поведение представителей ответчиков. Так, в коридоре перед залом судебного заседания они весело смеялись, с присущей государственным служащим корректностью характеризуя других обращающихся в суд с исками к правоохранительным органам. А в ходе процесса представитель областного УМВД, откинувшись назад, внезапно захохотала - не так громко, чтобы услышал судья, но достаточно демонстративно, чтобы я это увидела. В данный момент я как раз вела речь о том, как тяжело переносятся постоянные профилактические мероприятия, проводимые по поводу и без такового; о состоянии стресса, в котором приходится жить... Жаль, что зачастую не только эмпатии (простого человеческого сочувствия), но даже вежливого снисхождения чужие мучения у дам и кавалеров в погонах не вызывают.

Как бы то ни было, решением Новгородского районного суда от 30.01.2015 года действия часткового уполномоченного Яковлева были признаны незаконными, взыскана компенсация морального вреда в размере 3000 рублей, а также судебные расходы; уплаченная госпошлина мне возвращена. На сегодняшний день решение в законную силу не вступило, и я ни секунды не сомневаюсь, что для ответчиков делом первостепенной важности станет подача апелляционной жалобы в областной суд.

Казалось бы, что может быть проще, чем борьба за справедливость в Отечестве, пусть и сопряжённая с тяжбами со всей государственной полицейской машиной? Силы, время и нервы - вот цена, которую должен быть готов заплатить простой гражданин за удовольствие быть избавленным от навязчивого внимания со стороны шестерёнок и винтиков этого всесокрушающего механизма, порой калечащего судьбы. Но разве кто-нибудь, даже наш самый гуманный суд в мире, даже всемогущий гарант Конституции, может поручиться за то, что очередная оперативно-профилактическая «Улица» не ворвётся нагло в чужую жизнь, не развеет в прах иллюзии о правовом государстве и торжестве закона над произволом? Увы, мне известен ответ на этот вопрос... отрицательный ответ.

p.s. редактора

Не могу пройти мимо интересной детали: именно представительница «слабого пола» вступилась за свои права и честь и выиграла в этой борьбе. Наверное, это не случайная деталь: среди людей, ощущающих себя ГРАЖДАНАМИ, мужчины попадаются реже, и эта пропорция - гораздо больше простого демографического перекоса в пользу женщин. И это наблюдение вовсе не 8-м Марта навеяно...

просто цифра:

63% составляет доля женщин с высшим и послевузовским образованием в нашей губернии по сведениям Новгородстата.