«Взяли» того? Или не того? Загадочная история с берега Волхова, в которой много-много крови и... путаницы

С того дня прошёл уже 1 год и почти 5 месяцев. Но ясности, считает адвокат Сергей Паничев (на фото), обратившийся в нашу редакцию, – никакой. 

17 июня прошлого года было воистину кровавым для обычно спокойных окрестностей микрорайона Волховский близ слияния реки Питьба и Волхова. 

За один вечер на берегу случилось три побоища. Сначала молодой человек нокаутировал рыбака. Потом – там же – молодой человек «вырубил» при помощи здоровой палки другого рыбака. Далее (но уже на некотором отдалении от места первых ЧП) молодой человек размозжил обухом топора голову пришедшему на свадьбу гостю. 

И если с первым и третьим преступлениями нет никаких сомнений (виновник — некто Александр Скрябин, признавший вину и по одному, и по другому «эпизоду» и ныне уже отбывающий срок в 5,5 лет лишения свободы), то весь сыр-бор из-за того, который посередине. 

* * * 

Коль совсем уж по порядку, то сначала была свадьба. Вернее, её развитие, отмечаемое на лодочной станции Волховского. Среди прочих там присутствовали уже упомянутый Александр Скрябин и Фёдор Андрианов, которому ныне и предъявлено обвинение по «эпизоду», который посередине. 

Приключения, собственно, начались после того, как Скрябин, сев за руль гидроцикла, отправился покататься по реке. Удалившись от лодочной станции метров на 800-900, он, судя по всему, вызвал недовольство рыбаков. Мужики стали возмущаться тем, что мощный гидроцикл всю рыбу распугает. Как ныне утверждает Скрябин, недовольство имело форму сначала «нецензурных выражений», а потом «кидания камнями», – всё это задело его за живое. Он остановился, спешился и пошёл навстречу рыбакам. Один из них, утверждает ныне Скрябин, ударил его в лицо. Скрябин ответил: его удар стал нокаутирующим. 

Скрябин говорит, что он испугался, оттащил рухнувшего рыбака к берегу и стал «поливать» того водичкой, чтобы человек пришёл в себя. 

Тем временем был «вырублен» и второй рыбак — при помощи деревянной палки. Кто именно «вырубил» второго, Скрябин якобы не увидел – настолько был занят «приведением в чувство» того, кого «вырубил» сам. 

Во время сегодняшнего заседания в Новгородском районном суде Скрябин уточнил, что — пока сам он оказывал «первую помощь» – видел: с палкой двигался по берегу человек из компании, которая отдыхала неподалёку от места дислокации рыбаков. Что это за человек, известно: Юрий Климов. 

Потом, по словам Скрябина, этот человек попросил переправить его на другой берег реки, и Скрябин это сделал. 

После чего сам вернулся «на свадьбу» и ударил обухом топора ещё одного из гостей. Но этот эпизод никакого отношения к уголовному делу по обвинению Андрианова, которое уже третий месяц рассматривается в суде, не имеет. 

* * * 

Потом, когда вызвали и «скорую», и полицию, стали подводить итоги. И у первого, и у второго, и у тетьего из «вырубленных» мужчин были диагностированы серьёзные травмы. 

Сначала задержали Скрябина: его причастность к «первому» и «третьему» эпизодам не вызывала сомнений. 

Но быть причастен ко «второму» он никак не мог. 

По этому «эпизоду» спустя месяц, 18 июля, задержали Андрианова. 

Сам он с самого начала утверждал, что в той точке, где происходили первые два «эпизода», вообще не был, всё время находился на лодочной станции. 

И если сразу после ЧП потерпевший по «среднему» эпизоду – рыбак Николай Кузнецов (житель Арзамаса, находившийся тогда у нас в командировке, как и его друзья-рыбаки) говорил о том, что опознать обидчика не сможет, «запомнил его общие черты лица», то спустя месяц, когда Андрианова таки задержали, его вдруг... опознал. 

Мерой пресечения Андрианову избрали тогда арест. В СИЗО он находился около полугода, потом мера пресечения была заменена на домашний арест, ныне Андрианов – под подпиской о невыезде. 

Сегодня, как и прежде, он утверждает, что никакого отношения к «боям» с рыбаками – не имеет. 

* * * 

И вот что воистину интересно. Кроме потерпевшего Кузнецова, у происшествия должны быть, как минимум, семь очевидцев (не считая футболистов, игравших неподалёку): Скрябин, двое рыбаков – друзей Кузнецова и четверо человек из компании, отдыхавшей поблизости, среди которых и уже упоминавшийся Климов. 

Так был на «поединочном» берегу Андрианов? Или не был? 

Казалось бы, никто не может пролить свет на этот вопрос так, как люди из «второй» компании. 

И вот тут-то мы подходим к самому интересному. 

Несмотря на то что уже на начальных этапах следствия было известно, что у ЧП были те четверо, как минимум, очевидцев, очень долго никакого интереса у следствия они не вызывали. 

А потом, рассказывает адвокат Паничев, случилось следующее: 

– Выяснилось, что один из той компании – житель Волховского Данил Кондрушенко. Начали изучать обстоятельства. Сначала тот молчал. Говорил, что смог бы опознать человека, нанёсшего удар палкой, но кто был с ним на берегу он якобы не помнит. Проходит некоторое время, вечером – звонок. Звонит он – Кондрушенко. Сообщает, что хочет встретиться. Мы встречаемся, и он говорит: я, мол, могу сказать, кто со мной был тогда – собственная жена, Юрий Климов и его друг Евгений Забавнов. Потом мне позвонил сам Климов, сказал, что и он готов встретиться. Когда встретились, он меня узнал: работая ещё в полиции, я заканчивал следствие по его давнему делу. И стал рассказывать, что во время того конфликта он был, по меньшей мере, его участником. 

– Но он-то – при чём? 

– Ничего сложного. Все – нетрезвы. И появляется вдруг парень на классном гидроцикле: он – Скрябин. О, прокати! И он «катает» Климова. И тех, кто с ним, – тоже «катает». Всё – лучшие друзья теперь! И, как пояснял Климов, когда у Скрябина завязывается конфликт с рыбаками, он приходит «лучшему другу» на помощь. Хватает палку, становится участником драки и... Что именно он ударил рыбака этой палкой, Климов не признавал, говорил: что было дальше не помнит – его тоже ударили по голове. Когда очнулся, попросил, чтобы Скрябин переправил его на другой берег... Тогда я предложил Климову самому идти в полицию. 

И он пошёл. Как и его друг Кондрушенко. И дали на первых порах те показания, о которых чуть выше говорил адвокат. 

* * * 

А дальше у этой истории случился ещё один невероятный кульбит. 

Спустя несколько месяцев и Кондрушенко, и Климов от тех показаний отказались, и, что называется, «под протокол» заявили о том, что дали их «под воздействием» адвоката Паничева. 

Более того, потом в отношении адвоката Паничева в региональном СУ СК даже решали вопрос о возбуждении уголовного дела. Насколько известно – «отказное». 

* * * 

Сегодня в суде ожидалась кульминация. Для допроса в качестве свидетелей вызывались Скрябин, Кондрушенко, Климов. 

Свидетеля Скрябина, коротающего ныне век в колонии, – «доставили». Он ещё раз повторил, что на «поляне», где происходил «бой» с рыбаками, подсудимого Андрианова не было вообще. Подтвердил, что пока «оказывал помощь» нокаутированному им же человеку, «боковым зрением» видел, что по берегу бегает «человек с палкой». И этим человеком был не Андрианов, а Климов. Подтвердил, что «после всего» он переправил Климова «на тот берег». 

Свидетель Кондрушенко – явился. Сказал, что снова подтверждает: подсудимого Андрианова на месте того конфликта – «не видел», а в драке участвовали «Скрябин, Климов и его товарищ (имеется в виду – Забавнов)». Теперь он говорит это со всей ответственностью, будучи предупреждён (да простится мне тавтология) об ответственности за дачу заведомо ложных показаний... Почему на этапе следствия отказался от первоначальных показаний в пользу обвинительной Андрианова версии – не говорит. Но об этом, надо думать, его всё-таки потом спросят. 

И, наконец, главный персонаж – Климов... 

А вот он – в суд не явился. 

Не является человек в суд! Хотя вызывают его далеко не в первый раз... 

Пока в судебном процессе объявлен перерыв. Следующее заседание – 13 ноября. Климов вновь вызван для дачи показаний. 

Что станется с этой историей дальше, следить будем непременно. Разгадывает этот архисложный ребус судья Анна Недовесова. В судебном следствии сам потерпевший Кузнецов участия уже не принимает. Домой уехал – в Арзамас. 

...А виновному в совершении этого преступления «светит» до 10 лет лишения свободы – ч. 2 ст. 111 УК РФ: умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, совершённое из хулиганских побуждений, с применением предметов, используемых в качестве оружия. 

Фото автора