Есть контакт! Руководитель регионального УФССП Татьяна Безызвестных снизошла до «Ваших новостей». Но вопросы — остались...

12 мая «Ваши новости» опубликовали статью «Молчание Татьяны Безызвестных... Вопреки нормам закона региональное УФССП продолжает игнорировать «Ваши новости». Теперь обращаемся в прокуратуру и следственное управление», посвящённую, если в целом, совершенно безрадостным реалиям жизнедеятельности этой службы.

Поводом для публикации стали отвратительные, на мой взгляд, действия пристава, несущего вахту в Доме мировой юстиции — Доме, который в силу определённых обстоятельств остаётся зоной, куда редко ступает нога журналиста (о самом инциденте — ещё и здесь).

Попутно возникли и прочие темы из жизни УФССП, которые до сей поры как-то уж очень деликатно обходились, но и они, определённо, требуют некоего осмысления.

В связи с тем вопросы, которые были заданы в вышеназванной публикации руководителю регионального УФССП Татьяне Безызвестных, звучали так (в чуть сокращённом виде):

Просим сообщить, установлены ли нарушения в действиях пристава? Имел ли он право хватать журналиста за куртку? Не называть свою фамилию? Прятать жетон под бронежилетом?

Во-вторых, как указывалось на межведомственном совещании в прокуратуре, посвящённом раскрытию и расследованию преступлений, подследственных службе судебных приставов, за прошедший год прокурорами выявлено более 180 нарушений закона! А общее число уголовных дел, по которым работали в прошлом году дознаватели УФССП — 305! Получается, что более половины уголовных дел расследовалось специалистами УФССП с нарушениями!

Хотелось бы получить комментарий этой удручающей статистики. Пояснения, каков характер этих нарушений? И что сделано, чтобы избежать их впредь?

В-третьих, на пресс-конференции в Новгородском областном суде заместитель председателя Светлана Есакова сообщила, что более половины жалоб на действия должностных лиц составляют жалобы на действия судебных приставов-исполнителей: «По России такие жалобы удовлетворяются в среднем на 48 процентов, у нас – 55,4 процента».

Хотелось бы получить комментарий и этой ситуации. Почему жалобы на действия приставов удовлетворяются «на 55,4 процента» (то есть — более половины!). И что сделано, чтобы исправить ситуацию?

 

Замечу, 15 апреля «Ваши новости» уже публиковали статью, посвящённую, в принципе, тем же самым вопросам. Но тогда никакой реакции на публикацию со стороны руководителя регионального УФССП не последовало. Только по этой причине мы вторично обратились к теме, отметив при этом, что молчание Татьяны Безызвестных — явно противоречит нормам федеральных законов.

И, очевидно, лёд таки тронулся.

На этот раз мы получили ответ за подписью Татьяны Безызвестных, которым в сюжет привнесена ещё одна интрига.

Этот ответ, как явствует из текста, являет собой реакцию на публикацию именно от 15 апреля, а не от 12 мая. Очень лаконичный, надо сказать, ответ. Приводим его полностью:

Информация, размещённая 15.04.2019 в «Интернет-газете Ваши новости», по вопросу деятельности судебных приставов в Управлении Федеральной службы по Новгородской области (далее по тексту – Управление) изучена, по фактам, изложенным в ней, проведена соответствующая проверка.

По результатам проведённой проверки факт применения по отношению к Вам физической силы не установлен.

Сведения о деятельности должностных лиц службы судебных приставов, указанные в абсолютных показателях, приведены Вами со ссылкой на информацию, полученную из органов прокуратуры и суда, комментировать данные сведения Управление полномочиями не наделено.

В целях урегулирования имеющихся у Вас вопросов о деятельности службы судебных приставов предлагаем рассмотреть их в рамках проведения личного приёма. Приём руководителем Управления осуществляется еженедельно по четвергам с 14.00 до 18.00. Предлагаем уведомить о планируемой дате и времени приёма по телефону 993-600 и прибыть на личный приём к руководителю Управления для рассмотрения интересующих Вас вопросов.

*   *   *

А теперь — по пунктам, по абзацам то есть.

Что касается проверки «факта применения физической силы», остаётся лишь диву даваться. Что это за проверка, если опрошены (да и опрошены ли?) представители только одной – заинтересованной – стороны: ответственно заявляю, что я даже не был приглашён к «проверяющим от УФССП», если таковые существовали.

Как я уже как-то писал, «получается, что все выводы сделаны на основании повествования лишь самого пристава. Как это было в детстве. Мама спрашивает: что, набедокурил? Нет-нет! – честно отвечает мальчик. И ему, разумеется, верят. И даже пальчиком не грозят!».

Так что – и это моё личное субъективное мнение – это была (если была) не проверка, а лишь её видимость: иллюзия проверки.

*   *   *

Второе. Очень интересен пассаж относительно того, что «сведения о деятельности должностных лиц службы судебных приставов, указанные в абсолютных показателях, приведены Вами со ссылкой на информацию, полученную из органов прокуратуры и суда, комментировать данные сведения Управление полномочиями не наделено».

Это, простите, как? Говоря совсем простыми словами, и пресс-служба прокуратуры, и заместитель председателя областного суда Светлана Есакова приводят конкретные факты о безобразной (последнее определение — моё) работе представителей УФССП.

Почему так? Почему всё плохо? Кто же ответит на этот вопрос, если не Управление? Ведь только там есть понимание и объяснение существующего положения дел. И кто сказал (неужели представитель отдела организационно-контрольной работы и взаимодействия со СМИ, а если проще – пресс-секретарь УФССП Геннадий Стрелков?), что «комментировать данные сведения Управление полномочиями не наделено»?

Напротив, ФЗ «О средствах массовой информации» говорит совсем о другом (ст. 38 – «Право на получение информации»):

Граждане имеют право на оперативное получение через средства массовой информации достоверных сведений о деятельности государственных органов, органов местного самоуправления, организаций, общественных объединений, их должностных лиц. Государственные органы, органы местного самоуправления, организации, общественные объединения, их должностные лица предоставляют сведения о своей деятельности средствам массовой информации по запросам редакций.

Обратите внимание, уважаемый пресс-секретарь: не «могут предоставить», а – «предоставляют». То есть – нет места для манёвра! Читайте же закон! Пригодится!

Вы не согласны с показателями, приведёнными прокуратурой и заместителем председателя областного суда? Так сообщите об этом! А если согласны, то извольте объясниться, в чём причина брака! Спросить об этом общественность имеет полное право: ведь вы, товарищи приставы, благоденствуете за счёт наших денег — денег налогоплательщиков!

Приведённый выше пассаж свидетельствует, кстати, и о том, что этот ответ, на самом деле, реакция таки на последнюю публикацию от 12 мая, а не от 15 апреля, ибо в той – первой – публикации я писал только о данных, приведённых прокуратурой. Данные из областного суда появились только во второй публикации.

Так что – уж точно! – излишнее лукавство, дабы соблюсти иллюзию следования нормам закона! Очень легко просчитывается!

*   *   *

И, наконец, третий, последний, абзац. Признаться, за более чем 30 лет работы в журналистике в такой форме – «Приём руководителем Управления осуществляется еженедельно по четвергам с 14.00 до 18.00» – меня в первый раз в жизни пригласили на аудиенцию к руководителю. Работа журналиста предполагает всё-таки несколько иной формат, нежели «запись на приём». Уж извините! Журналисты, как ни банально это звучит, не просто посетители, и преследуют они не личные интересы, а выражают – общественные.

Понимаю, что руководитель местного УФССП – величина невероятных значения и величины, и всё-таки...

Я, кстати, принимаю по средам с 9.00 до 12.00. Тоже можно записаться...

Ну, и главное: поскольку вышеприведённый ответ представляется не содержательным ответом, а, простите уж, элементарной отпиской, мы по-прежнему ждём «содержательного и конструктивного».

Поскольку ответ на первую публикацию (примем на минутку на веру версию отправителей — относительно того, к какой именно публикации относится ответ) мы получили спустя месяц, логично предположить, что ответ на эту мы получим приблизительно к 14 июня (хотя в законе – совсем иные сроки).

Тем не менее: ждём-с!

*   *   *

Да, чуть не забыл. Это второй ответ, который я получаю от УФССП. Первый — на иную публикацию — был подписан тогдашним заместителем руководителя регионального УФССП Олегом Гончаровым (ныне покинул нашу область).

И в нём я был поименован не Алексеем Витальевичем, а Алексеем Николаевичем, что, признаться, расценил как явно безответственное отношение.

На этот раз в ответе, подписанном Татьяной Безызвестных, отчество указано идеально верно. Выучили! Только почему-то просто: «Алексей Витальевич», а не «Уважаемый Алексей Витальевич», что предполагается нормами официального этикета.

Или меня в УФССП просто не уважают? Обидно, право!

Фото с официального сайта Управления Федеральной службы судебных приставов по Новгородской области