Интересные подробности о «деле Константинова»

Вчера Новрайсуд вынес приговор по делу учредителя и бывшего директора ООО «Центр недвижимости» Александра Константинова и ещё шестерых людей, признанных виновными в так называемом «обналичивании» материнского капитала. Дело громкое, резонансное, с самого его зарождения сопровождавшееся интенсивной, в другой ситуации сказали бы PR-кампанией друзей и родственников обвиняемых, объединившихся в группе «ВКонтакте» «В поддержку А. Константинова и других обвиняемых!».

От простого…

Позиция стороны защиты формулировалась уже не раз: Константинов и его товарищи закон не преступали – «Центр недвижимости» лишь выдавал займы женщинам, имеющим право на получение материнского капитала. Потом эти займы гасились перечислениями из пенсионного фонда.

Неудобным моментом было лишь то, что, выдавая займы, риэлторы удерживали от 50 до 70 тысяч (вообще-то, примерно восьмая часть размера маткапитала) как «вознаграждение за работу». Вопрос, стоит ли работа риэлтора по одной сделке пятидесяти-семидесяти тысяч, конечно, дискуссионный, но такая «ценовая практика» уж сложилась в Новгороде. Факт «удержания» сумм подтверждали многие «мамочки».

С точки зрения человека, не вовлечённого в бизнес, связанный с недвижимостью, это казалось не совсем правильным: думалось, что государственные мужи, разрабатывая программу поддержки российских семей, никак не планировали, что за счёт этой программы будут «поддерживаться» и российские риэлторы.

На законодательном уровне было определено, что вся сумма материнского капитала должна быть потрачена на улучшение жилищных условий (есть и другие «цели», но здесь речь не о них), как вариант – на приобретение жилья. О риэлторах в законе ничего не сказано. О займодавцах сказано. В таком контексте: «Часть средств материнского капитала может направляться на (…) уплату процентов по кредитам или займам на приобретение жилого помещения».

Вопрос с «удержанием» сумм, конечно, непростой.

Вот что говорит по этому поводу государственный обвинитель Андрей Петров:

– В этом случае оперативными сотрудниками было выяснено, а следствием и судом – подтверждено, что практически всегда деньги по займам «мамочкам» выдавались после того как жильё подобрано, составлены договоры займа и купли-продажи, получено свидетельство о государственной регистрации права собственности, а документы уже направлены в пенсионный фонд. Заранее женщины были предупреждены и о том, что получат они не всю сумму, а её часть – за вычетом того самого «риэлторского вознаграждения». Женщины соглашались, поскольку сотрудники агентства убеждали их в законности этих действий. Это была хорошо отлаженная схема. Если бы функции займодавца ограничивались выдачей займа и получением потом его возврата (с процентами) от пенсионного фонда, вопросов бы не было. Но тут часть денег уходила на «оплату работы риэлтора»: на цели, не предусмотренные Федеральным законом «О дополнительных мерах государственной поддержки семей, имеющих детей».

– То есть, получается, Константинов и его коллеги привлечены к ответственности за то, что они оставляли у себя часть денег, выданных в счёт тех, которые положены женщинам по государственному сертификату?

– Отчасти – да. Но только отчасти.

…к сложному

Есть, например, в деле такой эпизод.

Как полагает следствие, однажды успешный риэлтор Александр Юрьевич Константинов сделал очень удачное приобретение. В популярной тогда газете «Из рук в руки» было опубликовано объявление о том, что продаётся «объект недвижимости», расположенный в деревне Дуброви Демянского района. Этим «объектом недвижимости» являлось здание бывшего административного здания конторы СПК «Вельё».

Это здание было продано родственнице Константинова за 200 тысяч рублей: при условии перевода «объекта недвижимости» из категории «нежилых строений» в категорию «жилых строений». Что и было сделано. Засим в помещении была проведена перепланировка, в результате чего получились пять отдельных как бы квартир. На каждую получен техпаспорт.

Одна из этих как бы квартир была продана представительнице чудовской диаспоры Софии Топчи. Как полагает следствие, эта сделка купли-продажи была заключена формально: исключительно с целью переоформления объекта недвижимости с родственницы Константинова на постороннего ему человека.

После этого в сюжете появилась полноправная владелица материнского сертификата Анжела Михай. С ней «Центр недвижимости» заключил договор займа на 387 тысяч рублей (размер материнского капитала в то время) для приобретения квартиры у Топчи – в том самом теперь уже жилом доме в Демянском районе, переоборудованном из деревенской «конторы».

Всё остальное было точно так, как и в более простых случаях. Составлен договор купли-продажи с указанием цены приобретаемой недвижимости уже в 390 тысяч рублей (не всего здания, а одной лишь комнаты в нём), получено свидетельство о государственной регистрации права собственности. Документы были направлены в пенсионный фонд, там приняли решение об удовлетворении заявления Анжелы Михай и о перечислении из бюджета РФ суммы материнского капитала займодавцу – ООО «Центр недвижимости».

Анжела Михай была допрошена следователем. Говорила о том, что на руки никаких денег не получила. И о том говорила, что в приобретённом ею «объекте недвижимости» (квартирой его трудно всё-таки назвать) не жила и не живёт. Да и в славной деревеньке Дуброви была единственный раз в жизни. Посмотрела – уехала. Как туда добраться, пояснить не смогла: на такси, с её слов, ездила – не запомнила дорогу.

В период следствия «объект» был осмотрен.

Из протокола осмотра: «Указанная квартира находится в одноэтажном кирпичном доме. Перед входом в дом имеется веранда, вход в которую оборудован дверью без запорных устройств, крыша частично обрушена, имеется два не застеклённых окна, беспорядочно разбросан различный мусор, присутствуют следы жизнедеятельности птиц… Входы в комнаты оборудованы деревянными дверьми, которые находятся в незапертом состоянии. Электроснабжение и освещение отсутствуют, водоснабжение также отсутствует, туалета нет. Стены между комнатами частично разрушены, имеется пробой, соединяющий между собой комнату за комнатой. Следы жизнедеятельности человека во всех комнатах отсутствуют. На стенах имеются различные таблицы, объявления, свидетельствующие о том, что в доме ранее находилась организация, а не жилое помещение. Внутреннее помещение не приспособлено для проживания, требует ремонта».

В этом случае следствие пришло к выводу, что в результате «проведения сделки» из бюджета было похищено 347 тысяч рублей. Откуда эта сумма? В результате элементарного арифметического деления. Если стоимость всего здания 200 тысяч рублей, а оно впоследствии поделено на пять квартир, то стоимость одной из квартир – 40 тысяч рублей. После чего из 387 тысяч вычли 40 – получилось 347 тысяч.

В этом «объекте недвижимости» была продана и ещё одна «квартира» – на тех же самых условиях. Женщине тоже по фамилии Михай, но с именем – Долареса.

А был ещё такой случай. Благодаря коммуникационному центру того времени – газете «Из рук в руки» – встретились друг с другом жители посёлка Кневицы (Демянский район) Матвеевы и агент ООО «Центр недвижимости» Георгий Соколов (его дело рассматривается отдельно, почему – читайте здесь). Матвеевы продавали квартиру за 100 тысяч рублей. Сторговались на меньшей сумме. Квартиру оформили на общего с коллегой Константиновым товарища – Александра Кудряшова (по делу имеет статус свидетеля), причём в договоре купли-продажи квартиры указали цену в 400 тысяч рублей.

«Мамочку» для этой квартиры привела уже Патрина Михай (приговорена к 4 годам и 10 месяцам колонии, её муж Сергей Михай – к 2 годам и 10 месяцам) – жительницу Тверской области Герду Рудель.

Всё было оформлено в полном соответствии с традицией.

На счёт ООО «Центр недвижимости» поступило 387 тысяч «возвратных» рублей. В этом случае следствие пришло к выводу, что из бюджета было похищено 307 тысяч рублей.

Один из «объектов недвижимости» – здание бывшей начальной школы в деревне Шишково Демянского района, тоже переведённое из «нежилых» в «жилые» с делением на четыре «квартиры» – было оформлено на падчерицу Константинова.

В этом «объекте недвижимости» были реализованы две квартиры. В сумме, получилось у следователя, из бюджета похищено 629 тысяч рублей.

…А всего в этом деле таких сюжетов, когда ущерб, по мнению следственно-судебных органов, не ограничивался размером «риэлторского вознаграждения», – с дюжину (всего же в этом деле 48 эпизодов).

Касательно дел этой категории позиция самого Константинова такая: в стране – рыночные отношения, поэтому владелец жилплощади имел право назначать любую цену (пусть кому-то она и покажется явно, как говорили раньше, спекулятивной), смысл же деятельности любого агентства недвижимости – получение прибыли.

Но с такой позицией не соглашаются ни прокуратура, ни суд.

И часто возникающие вопросы

Первый касается потерпевшей стороны. Из раза в раз почему-то поминаются благодарные «мамочки». Дескать, нет ведь среди них ни одной обманутой! Ни одной недовольной! Нет… Но «мамочки» в этой истории никак не могут иметь статус «потерпевших». Действиями Константинова и его коллег, согласился суд, ущерб нанесён пенсионному фонду РФ.

Второй вопрос касается статуса «мамочек». Есть тут один тонкий момент. В тех сделках, где объектами недвижимости были квартиры, не имеющие отношения к друзьям и родственникам сотрудников ООО «Центр недвижимости», как установлено следствием, тоже были случаи явного несоответствия цены приобретённой жилплощади и размера материнского капитала. То есть формальные признаки «нецелевого использования средств» со стороны некоторых «мамочек» усматриваются тоже. Но в отношении них уголовные дела не возбуждались. Как считает государственный обвинитель Андрей Петров, по причине того, что они – женщины, в большинстве своём искренне не осведомленные о тонкостях закона – искренне заблуждались, не понимали, что совершают противоправное деяние, к тому же и риэлторы – люди для них авторитетные – убеждали в том, что не возбраняется тратить остаток на собственные нужды.

КонстантиновСергейПатрина

Фото автора, на снимках:

Александр Константинов после оглашения приговора;

Сергей Михай после оглашения приговора;

Патрина Михай после оглашения приговора.