Продолжаем рассказ о зимующих птицах Великого Новгорода

Среди завсегдатаев зимней птичьей столовой эта птица выделяется особо деятельным, кипучим характером. Уж, казалось бы, найдётся ли тут кто-то жизнерадостнее синицы, которую из них ни возьми? А ведь находится, и имя этому живчику — поползень.

Продолжаем знакомство с зимующими птицами Новгородчины. Сегодня в центре нашего внимания два древолаза в самом прямом значении этого слова. Но для начала маленькое воспоминание.

Лет эдак около 35 тому назад снимался в Новгороде телефильм «Картина» по роману Даниила Гранина. Главную роль играл популярный артист Лев Прыгунов. А как раз в те самые дни в ДК имени Васильева проходила традиционная выставка даров сада и огорода, осенних букетов и всего, что связано с природой. В этой выставке участвовала городская станция юннатов, где я тогда работал. Мы вывезли на публику часть обитателей нашего живого уголка, в том числе небольшой вольер с местными певчими птицами.

Когда режиссёр «Картины» Булат Мансуров узнал о выставке, он решил использовать её в качестве фона для несколько сцен, и съёмочная группа обосновалась возле ДК. Перед съёмкой актёры ходили по залам, смотрели на экспонаты, и что характерно — с неподдельным интересом. Наша живность разместилась возле двери, и когда в зале появился Прыгунов, он сразу двинулся дальше, обошел столы с тыквами и кабачками, потом обернулся и увидел прыгающих по веткам птиц. А дальше случилось неожиданное.

Актёр в секунду буквально подлетел к вольеру и застыл, вглядываясь сквозь ячейки металлической сетки. Потом его лицо осветилось счастливой улыбкой, он повернулся к окружающим и громко объявил, указав рукой: «А вот этого я знаю. Это же поползень!».

На фото: Лев Прыгунов в фильме «Картина»

Меня тот эпизод поразил до глубины души. Девяносто девять человек из каждой сотни, проходившей по выставке, понятия не имели о названиях птиц, а тут — известная персона, явно далёкая от зоологии! И только через много лет прочитал о том, что живший в Казахстане юный Лёва Прыгунов всерьёз увлекался ботаникой и орнитологией, и после школы два курса отучился на биофаке Алма-Атинского пединститута…

Но вернёмся к поползню, проворному и смелому.

Среди близких по габаритам и более мелких птиц на кормушке он ведёт себя, как истинный хозяин положения, начальник, командир. Если кто и может посягнуть здесь на его статус, то лишь другой поползень. Самая задиристая синица поневоле отпрянет, едва этот крепыш погрозит ей острым, похожим на средних размеров шило клювом.

Этим орудием поползень быстро дробит семечки и хлебные сухари, раздалбливает и сковыривает верхние слои древесной коры в поисках прячущихся там насекомых. Микродятел, да и только! Между прочим, с немецкого одно из названий поползня — Spechtmeise — переводится как дятлосиница.

Хотя он и носит «говорящее» название, по стволам поползень всё же не ползает, а скорее бегает, цепляясь острыми когтями за малейшие неровности коры. Самая знаменитая способность этой пичуги — умение двигаться вниз головой — делает её одним из непревзойдённых акробатов мира пернатых.

На Руси поползней с давних пор называли еще ямщиками. Не за какое-либо внешнее сходство, конечно, а за голос — громкий лихой посвист, словно и впрямь ямщик подгоняет замедлившую ход тройку лошадей.

Учёные насчитывают более 20 видов поползней, из них обитающий у нас обыкновенный поползень обыкновенен более других, да и область его распространения внушает уважение: её лента тянется по Евразии от Атлантического побережья до берегов Тихого океана. Гнездится пернатый ямщик в дуплах, которые находит в лесах разного типа, а в последние десятилетия всё чаще выбирает вид на жительство в городских зелёных массивах. Здесь поползни также охотно занимают пустующие скворечники.

Ещё одна известная черта поползня, о которой много написано: если входное отверстие дупла или леток искусственного домика кажутся ему слишком широкими, он замазывает их принесенной в клюве глиной: «Враг не пройдёт!». Я встречал гнездящихся поползней в Кремлёвском парке и парке «ХХХ лет Октября» в Великом Новгороде и в парке курорта «Старая Русса», но, похоже, размеры «входной двери» их вполне устраивали. А вот в курортном парке прикарпатского города Трускавец мне повезло найти дупло поползней как раз с таким зауженным при помощи глины входом.

Самец и самка образуют пару на всю жизнь, стараясь придерживаться своей территории круглый год. В среднем 6-9 яиц появляются в их гнезде обычно на майские праздники. Через 2-2,5 недели насиживания из них вылупляются покрытые пухом птенцы. Ещё через три недели с хвостиком они начинают летать, и если их судьба сложится благополучно, то проживут лет 10-11.

В гнездовую пору поползни питаются почти исключительно животной пищей: насекомыми, улитками и иными беспозвоночными, а в конце лета переходят на орешки, жёлуди и семена. И в любое время года, будучи относительно сытыми, они запасают избыточный корм, с маниакальным упорством пряча его по разным щелям.

В книге «Птицы. Животный мир СССР», изданной в 1940 году, выдающийся орнитолог Сергей Бутурлин так описал этот процесс:

«Прилетев на кормовой столик с насыпанной коноплёй, он, пригнувшись, торопливо хватает 10—15 зёрен и стремительно улетает с ними в лес. А через две-три минуты он уже опять здесь и снова «грузится», быстро набирая в свой длинный клюв конопляные зёрна (рядком, как горошины в стручке)».

Вероятно, кого-то из молодых и юных читателей этот абзац заставит удивлённо приподнять брови, но еще в дни моих детства-отрочества-юности семена конопли мешками продавались в зоомагазинах как калорийнейший корм для птиц, и ничего, кроме пользы, от них не было, и никаких двусмысленных ассоциаций они не навевали. Это была безобидная сельскохозяйственная культура, сырьё для масла и пеньки. Однако иные времена — иные нравы...

Любители содержат поползней в клетках, но не ради унылой песни, а ради интересного поведения, как домашних любимцев. Самый дикий-раздикий ямщик очень быстро привыкает к людям и начинает брать корм из рук. Впрочем, и на воле — там, где птиц прикармливают специально, — поползни садятся на протянутую руку с семечками заметно смелее, чем синицы.

Второй наш древолаз, или, говоря точнее, ствололаз, в глаза не бросается, имея скромную внешность церковной мыши. Это пищуха. Заметить её можно либо случайно, либо в целенаправленном поиске. Да и сама она ведёт беспрерывный поиск — пропитания, исследуя щели коры своим тонким, на манер хирургической иглы изогнутым клювом.

Вниз головой, как поползень, не бегает. И вообще не бегает. Вот она-то действительно ползёт по стволу. В характерной манере. Только вверх и по спирали. Потряхивая крыльями и попискивая себе под нос. Начиная от самого низа и до середины ствола. После чего слетает к основанию следующего, и кружение по спирали продолжается.

Просторных дупел маленькая пищуха избегает. Уютно чувствует себя в морозобойных трещинах или за куском отслоившейся коры. В таких местах, куда, кажется, не втиснуть указательного пальца, лесная скромница размещает своё гнездо и выводит в нём 5-6 птенцов. Впрочем, почему именно лесная? И в городе пищухи находят свою экологическую нишу. Так однажды я обнаружил гнездо с птенцами в довольно бойком месте — на аллее Кремлёвского парка, ведущей от Летней эстрады к пешеходному переходу у бывшего универмага. Тот выводок благополучно встал на крыло и разлетелся.

Обычный срок жизни пищухи невелик — два года в среднем. Зафиксирован и рекорд долгожительства. Для одной из окольцованных птиц он составил восемь лет и 10 месяцев.

Известно, что пищухи нередко присоединяются к смешанным группам мелких птиц, следующих по лесу за дятлом: к синицам, поползням и королькам. Причем не потому, что так легче найти пищу, а в целях безопасности: больше пар глаз скорее заметят хищника. Но вот о том, что они посещают зимнюю кормушку, я узнал совсем недавно. Ещё более удивительно, что влечёт их туда. Не семечки, не крошки и не сало. Пищухи охотно поедают… отварной рис! Хотя, если вспомнить, что обычно их клюв извлекает из щелей коры яйца и куколки насекомых, отдалённо похожих на рисинки, то всё выглядит вполне логично.

Фото птиц - Андрей Коткин