Владимир Львовский размышляет о том, куда из новгородских водоемов делась рыба и как ее вернуть

От. ред. В октябре в Новгородской области традиционно проводят работы по зарыблению естественных водных объектов ценными видами рыб (судак, пелядь, сиг). Однако не это событие побудило Владимира Львовского обраться к теме безрыбья, а жалоба его земляка, заядлого рыболова на то, что рыбы в водоемах, где он привык рыбачить, не стало. Слово - Владимиру Михайловичу.

Где рыба? Этот мой вопрос совпал по времени с введением экономических санкций против нашей страны западными державами и ответными мерами Российской Федерации по защите своей продовольственной безопасности.

Я привык в начале изучать вопрос, сформировать свое мнение, а затем высказывать его. На сайте Министерства сельского хозяйства России я нашёл документ «Стратегия развития аквакультуры в Российской Федерации на период до 2020 года». Из документа видно, что «дефицит отечественного пищевого рыбного белка составляет 1,3 млн. т, половина которого (0,6 млн. т) покрывается импортными поставками. Если же за основу расчетов принять установленную Российской академией наук рациональную норму потребления рыбопродукции (23,7 кг/чел./год), то дефицит рыбного белка в России, без учета импортных поставок, составляет более 1,5 млн. т, что, несомненно, отрицательно сказывается на здоровье нации, продуктивной деятельности трудоспособного населения, продолжительности жизни людей в нашей стране». Да и без документов понятно, что рыбы у нас на столе мало.

Что же мы в Новгородской области можем сделать для того, чтобы наши граждане кушали свою рыбу в достатке? Стратегия даёт однозначный ответ: рыбу нужно разводить во всех возможных водоёмах.

В августе этого года в поле моего зрения попал Никольский рыбзавод в Демянском районе Новгородской области. Я понимаю, что не все читатели могут верно представлять что такое «рыбзавод», в нашем случае, это не завод, где раскладывают по баночкам рыбу, а заводят её, выращивая из икринок.

Никольский рыбзавод - один из старейших в России. Он носит имя своего основателя, потомственного дворянина Владимира Павловича Врасского. В 1890 году Владимир Павлович основал рыбозавод и внедрил на нем открытый им способ длительного хранения икры и молоки. Новатор в рыборазведении, он усовершенствовал способ «сухого» оплодотворения икры. Сухой, это значит не в водоемах, а в искусственных ваннах. Он получил название «способ Врасского», а за рубежом его стали называть «русским способом».

Мне удалось в августе этого года побывать на рыбзаводе имени Врасского, я сделал несколько фото и узнал, что в помещениях завода существует музей, где доходчиво, для любого посетителя растолковываются премудрости рыборазведения. Рыбзавод располагает в своём ведении системами прудов, где выращивается малёк сига, карпа и щуки. Всего у завода 56 прудов. Сейчас используется 34. Посещая рыбозавод, я узнал, что выпускать рыбу в водоемы области будут в октябре.

Процесс зарыбления водоёмов происходит во многих регионах нашей страны. Бывает так, что такое сложное мероприятие обустраивается как праздник рыбоводства. Часто первые лица субъектов Российской Федерации в информационной среде лично высказываются по поводу разведения рыбы и сами участвуют в выпуске в водоёмы выращенных на заводах мальков.

В нашем регионе губернатор области Сергей Митин в своём блоге также обратил внимание на рыбзавод имени Врасского. Надеюсь, на следующий год Сергей Герасимович сможет лично принять участи в зарыблении водоёмов области.

Мне повезло, я наблюдал весь процесс выпуска сигалеток в водоёмы, а именно так называют мальков сига на рыбзаводе – «сиг сего лета», это малёк, которому полгода. Он был получен из оплодотворённой весной икры.

К моему приезду сигалетки находились в больших, метра по четыре ваннах, в проточной воде. Комиссия с представителями надзорных органов производила завес пробных партий мальков, для определения их условного количества. С разных ванн отбирались сачками мальки в количестве 10 штук, в ведра с заранее завешанной водой. Затем ведра ставили на точные весы и вычисляли средний вес мальков. После этого в специально приготовленные полиэтиленовые мешки наливали воду, завешивали и запускали туда мальков. Снова происходило завешивание.

Потребитель услуги по зарыблению водоёмов оплачивает рыбзаводу определённое количество мальков рыб. Как правило, это организация, ведущая строительство на водоёме, к примеру, моста, или какого-либо другого путепровода, и принёсшая вред экосистеме. Учёт ведётся в килограммах. В двойные полиэтиленовые мешки набирается необходимое количество малька, туда из баллона подаётся кислород. Мешки раздуваются, их плотно перевязывают. В таком виде мешки транспортируют на автомашинах.

Когда мальков нужно перевести тонну, то задействуют специальную автоцистерну. В моём случае перевозили 20 килограммов мальков, это 1138 голов, поэтому обошлись грузовиком.

В помещении, где отбирали рыбу, соблюдали такой температурный режим, какой будет в воде зарыбляемого водоёма. При перевозке рыба, конечно, испытывает стресс. Мешки с рыбой укладывают после перевозки в малой воде у берега водоёма. Для акклиматизации. Только после этого малька выпускают в водоём. Делают это уже на глубине, которая позволяет рыбам переплыть из мешка на свободу. Я увидел сам, как все мальки устремились из мешков в глубины озера Вельё. Хотя было волнение на озере, из-за ветра, но ударяющая в берег волна не выбросила не одну сигалетку.

В чём я увидел проблему? Всех мальков рыб в этом году у Никольского рыбзавода приобрели те, кто по закону обязан возмещать ущерб природе. Я уже говорил, что это были строительные и эксплуатационные организации. А где же наши промысловики? Ведь это они в большей части виновны в том, что рыбы в наших водоёмах становится меньше!

Почему те, кто вылавливает рыбу из наших водоёмов и получает прибыль, не занимаются воспроизведением рыбных запасов? Кому, как не ильменским рыбакам стоять в очереди на рыбзаводе за получением малька для восполнения ущерба водоёму от промысла?

Ведь для примера, в «соседней» отрасли – лесозаготовке, арендатор лесных угодий обязан возместить ущерб природе от заготовки леса и высадить на освободившихся площадях саженцы ценных пород древесины. Почему не внедрить подобное на водоёмах России?

Приехав домой из Никольского, я купил на рынке ильменского судака и закоптил его. С удовольствием покушав богатую полезными для головного мозга веществами рыбу, я быстро написал этот текст.

И еще несколько фото: 

вот так на заводе взвешивают мальков

Пруды на заводе Врасского

Цистерна в воде