Суррогатное материнство: доброе дело или торговля детьми?

К термину «суррогатное материнство» мы с вами уже почти привыкли. Даже в местных новгородских газетах не раз печатались объявления о поиске женщин на эту роль.

Ну а после того, как многие западные звезды, а вслед за ними и российские обзавелись детьми, рожденными именно таким способом, интерес к «суррогатному материнству» вырос еще сильнее. Причем в глазах общества оно стало приобретать положительную окраску: разве это плохо, что на свет появляются новые детки, что бесплодные пары и одинокие люди могут получить ребенка, причем не чужого – приемного, а своего собственного… Более того, суррогатных мам часто стали воспринимать как женщин, которые жертвуют собой ради других.

Вот только у каждой медали есть и другая сторона. И у медали под названием «суррогатное материнство» она совсем уж темная. Вот о ней я и хочу вам рассказать.

Но почему я вдруг занялась этой темой? Дело в том, что на днях в Новгород приезжала Ирина Силуянова, ведущий российский специалист в области биоэтики. Она встречалась с сотрудниками областной больницы, с новгородскими акушерами-гинекологами и священнослужителями. На одной из ее лекций по суррогатному материнству мне и удалось побывать.

Для начала – несколько фактов, которые заставляют всерьез задуматься.

Суррогатное материнство может быть некоммерческим и коммерческим. Так, в Дании, Канаде, Израиле разрешена его некоммерческая форма, при этом запрещена реклама и подбор суррогатных матерей. Что это означает? Женщина может выносить ребенка для своей бесплодной сестры, дочери и так далее. Финансовые отношения при этом исключены.

Суррогатное материнство полностью запрещено во Франции, Германии, Швеции, Норвегии и ряде штатов США. Оно не регулируется законодательством в Бельгии, Греции, Испании, Финляндии.

Но в каких же государствах официально разрешена коммерческая форма суррогатного материнства, проще говоря, где можно официально и законно продать / купить ребенка? В России, на Украине, в Казахстане и ЮАР. Самые цивилизованные страны мира, не так ли? Причем в России разрешены любые формы суррогатного материнства, в любой позиции, с коммерческим основанием.

Я всегда за то, чтобы называть вещи своими именами. Говоря о «прерывании беременности», говорите не «плод», а «ребенок», и тогда он из «совокупности клеток» или эмбриона, от которого можно избавиться на законных основаниях, превратится в ваших глазах в маленького человечка – живого, теплого, чувствующего боль, с сердечком, замирающим от ужаса. Говоря «суррогатная мать» - говорите – «женщина, которая продает детей за деньги». И все встанет на свои места.

На ребенка оформляется договор купли – продажи между «матерью» и потенциальными родителями, либо родителем. Материнство превращается в бизнес, причем очень доходный – вынашивание ребенка стоит 18-20 тысяч долларов, поэтому предложение со стороны потенциальных мам раз в десять превышает спрос…

Надо отметить, что православная общественность предлагала пойти на компромисс и последовать примеру Дании и Канады, то есть исключить из этих отношений деньги, но ее не услышали.

А между тем к услугам суррогатных матерей, несмотря на высокие цены, обращается все больше людей. Говоря о причинах этого, мы наталкиваемся еще на одну колоссальную для России проблему: бесплодие в нашей стране распространяется с чудовищной быстротой, причем не только женское, но и в равной степени мужское. Причины - это и осложнения после абортов, которых у нас в стране делается порядка 4 миллионов в год, это и сексуальная распущенность подростков и молодежи, а в результате эпидемия венерических заболеваний, которые, может быть, лечатся и легко, но влекут за собой неспособность иметь детей.

Но когда одинокие эгоистичные папа или мама покупают себе ребенка «с прочерком», не кажется ли вам, что права ребенка на полноценную семью при этом нарушаются? Мне – да.

Впрочем, «семья», та самая «ячейка общества», кирпичик, из которого складывается народ, государство - на наших глазах меняется и начинает приобретать причудливые формы. К счастью, нам пока далеко до скандинавских стран, где уже запрещено говорить «мама» и «папа», а дочка или сынок превращаются в «оно». Но и у нас процесс разрушения института семьи идет мощным ходом. И здесь, по словам Ирины Силуяновой, страшно вот что: традиционная семья (мама, папа, дети, а еще не забыть бабушек и дедушек) – это школа, которая формирует у ребенка способность любить, уступать, прощать, терпеть. Научиться этому можно только в семье. К сожалению, «трудные дети», которые потом становятся «трудными взрослыми», в свое время эту школу любви не прошли.

Удивительные примеры видят педиатры, которые одновременно наблюдают за развитием детей и в детских домах, и в обычных поликлиниках. Эти доктора могут засвидетельствовать, как рожденные здоровыми малыши, помещенные в дома малютки, перестают нормально развиваться, расти, приобретают различные деформации, теряют ко всему интерес. При этом слабенькие, но окруженные любовью родителей дети в семьях становятся крепкими и здоровыми. Знаем мы и другие примеры: по интернету ходит картинка, где показано, как «расцветают» на глазах печальные детдомовские заморыши, которых усыновили.

Но я немного отступила от основной нашей темы. Так вот, какие проблемы может нести за собой коммерческое суррогатное материнство, кроме того, что обесценивается святость материнства?

По мнению Ирины Силуяновой, суррогатное материнство - это еще и программирование сиротства. Сложнейшие медицинские манипуляции, которые производятся при создании такого ребенка, могут спровоцировать различные нарушения. А в результате от больного ребенка вполне могут отказаться и заказчики, и суррогатная мать. В недалеком будущем мы можем получить целые детские дома, заполненные такими сиротами. Страшен пример ребенка, о котором рассказывала программа «Человек и закон». От мальчика-бабочки с генетическими нарушениями отказались и суррогатная мать, и заказчики, а страшная болезнь вряд ли даст ему шанс на усыновление… Кстати, говоря о медицинских манипуляциях, нельзя не сказать, что искусственное оплодотворение разного рода это всегда убийство огромного количества эмбрионов.

Каждая любящая мама скажет вам, что общалась со своим малышом еще до его рождения, что ребенок реагирует на ее настроение еще в животе, радуется или сердится, что он узнает мамин и папин голос… Уже тогда начинается та самая «школа любви», о которой мы говорили выше. О чем же думает суррогатная мама, задача которой – выносить, родить и отказаться от малыша, воспринимая его на протяжении всей беременности как чужого?

Выше мы упоминали, что одинокие мужчины тоже отстаивают свои права иметь детей. В России уже проходят суды, где мужчины через суд добиваются ребенка с прочерком в графе «мать».

Есть мнение, что за всем этим продвижением официально разрешенного коммерческого суррогатного материнства стоит гомосексуальное лобби в ГосДуме. Ведь с помощью найма женщины - «гестационного курьера» - гомосексуальные семьи получают возможность завести детей. А вот и пример – 63-летний британский музыкант сэр Элтон Джон и 48-летний супруг стали родителями мальчика, рожденного суррогатной матерью.

Материнство – геном нравственности, отвечающий за сохранение человечности в человеческом обществе. Всепрощающая материнская любовь – это самое святое, что есть на свете. Обесценивая, продавая и предавая материнство и детство, мы, жители России, сдаем последний барьер.

P. S. Мне могут сказать: тебе легко говорить, а вот как быть бесплодным парам, как быть женщинам, годами мечтающим о ребенке? Хотите, отвечу? Усыновить.